Сердце бешено колотится, когда я увеличиваю масштаб, снимая Коа, который погружается в волну, вырывается в последнюю секунду и набирает большое количество очков. Следующим идет Зейл, выполняющий воздушное упражнение за воздушным упражнением с легкостью и точностью, что также приносит ему большое количество очков.
Я фокусирую свой объектив на Гриффине, который выглядит как никогда сосредоточенным: он гребет за волной и без колебаний заходит на нее.
Вырезает на волне замысловатые узоры, а затем выполняет потрясающий по красоте аэроспид, полностью закручиваясь в воздухе. Мой палец удерживает кнопку съемки, а камера срабатывает в режиме затвора.
Когда он приземляется, толпа разражается радостными криками, почти все встают и хлопают ему. Не глядя в объектив камеры, я вижу огромную улыбку, которая расплывается по его лицу, когда он садится на доску и смотрит на ликующую толпу.
Не могу удержаться от того, чтобы не растянуть губы в ухмылке и не хихикнуть.
Я знаю, что именно этого момента он ждал с момента возвращения в команду. Ему потребовалось много работы, чтобы вернуться к этому, но он сделал это. То, как он преодолел все физические и ментальные блоки, мешавшие ему добраться до этого, вдохновляет.
Я знала, что он может это сделать, но я так счастлива, что теперь он знает, что сам сделал все.
Солнце начинает опускаться за горизонт, бросая розовый отблеск на океан и песок, когда соревнования подходят к концу. Все трое мальчиков гребут к берегу, их лица озарены широкими улыбками, они смеются и игриво толкают друг друга. Я иду к палатке и встречаю их там, пока мы ждем окончательной оценки судьи.
— Фин, я и не знал, что ты умеешь так кататься! — восклицает Зейл, его глаза горят от восторга.
— Я должен был выложиться на полную, это наш последний шанс попасть в отборочный тур.
Габриэль присоединяется к нам в палатке и похлопывает Гриффина по плечу.
— Ты отлично справился, парень. Я знал, что у тебя еще все впереди.
Улыбка Гриффина сходит с лица, но он быстро возвращает ее на место. Я наблюдаю за тем, как он благодарит Габриэля, а затем его глаза переходят на мои.
Улыбаюсь ему, не желая разрушать адреналиновый кайф, который он сейчас испытывает, и притягивает меня к себе для поцелуя.
Рядом с нами включается камера, и мы отстраняемся, чтобы увидеть Меган, стоящую рядом с нашей палаткой с фотографом. Ее глаза переходят с Гриффина на меня, на лице застыла психованная улыбка, от которой по моим рукам поползли мурашки.
— Наверное, поэтому ты и не хотел снова встречаться, да? — спрашивает она, пренебрежительно махнув рукой в мою сторону.
Гриффин ничего не отвечает, но его тело напрягается рядом со мной, и он крепче сжимает мою талию.
Он боится?
Не знаю, боится ли он ее или того, на что она способна, но мне не нравится, что она так управляет им.
Насколько она плоха, чтобы Гриффин был так сильно на взводе?
— Ты, должно быть, Меган, — говорю я. — Приятно познакомиться.
— Приятно — это последнее слово, которое я бы использовала.
Она оглядывает меня с ног до головы, прежде чем преувеличенно зевнуть.
— Мисс Мартинес, чем я могу вам помочь сегодня? — спрашивает Габриэль, вставая между нами и ней.
— Тренер Мэтьюс, рада снова вас видеть.
Она оживляется, а ее глаза жадно оглядывают Габриэля.
— Не сомневаюсь, — сухо отвечает он, — интересная статья о мальчиках.
Она вздрагивает.
— Рада, что вам понравилось.
— Я бы не стал заходить так далеко.
Зажимает рот, и ее брови сходятся вместе, когда смотрит на Габриэля. Когда он не отстраняется, она уходит со своим оператором, бормоча себе под нос. Гэбриэль поворачивается и ухмыляется нам обоим.
— Рад узнать, что твой вкус в отношении женщин значительно улучшился.
Он похлопывает Гриффина по плечу и уходит в сторону сцены.
Я фыркаю, глядя на Гриффина, у которого отвисает челюсть.
— Он что, сделал тебе комплимент и оскорбил одновременно?
— Вот ублюдок, — бормочет он, закрывая рот.
Гриффин берет меня за руку, и мы присоединяемся к остальной команде перед сценой и смотрим, как ведущий идет к крестику, отмеченному в центре, с маленькой карточкой в руках. Он опускает взгляд на бумагу, а затем возвращает свое внимание к толпе.
— На этом соревновании было очень много очков, но, к сожалению, только три команды могут пройти в отборочный тур.
Он настраивает микрофон и встает прямо.
— На третьем месте — «Вэйв Варриорс».
Небольшая группа людей приветствует и хлопает в толпе, когда тренер «Вэйв Варриорс» выходит на сцену, чтобы принять свой билет на Отборочные соревнования.
— На втором месте — команда «Рип Райдерс», — объявляет он.
Мое сердце начинает биться, когда я вижу, как вся команда выходит на сцену, чтобы принять свой билет. Они самодовольно улыбаются нам, прежде чем покинуть сцену. Думаю, потеря Колтона не так сильно их подкосила, как мы думали.
— Меня сейчас стошнит, — простонала Малия, нервно потирая губу.
— И на первом месте, — он делает драматическую паузу, — «Сальтвотерские Шреддеры»!
Толпа разразилась криками радости и бурными хлопками, когда команда крепко обняла друг друга. Гриффин высовывает голову из объятий, ищет меня и притягивает к себе.
— Мы сделали это, ребята, — говорит Кайри, ее голос дрожит от эмоций, — мы наконец-то едем на отборочные.
— Кто-нибудь из «Сальтвотерских Шреддеров» подойдет, чтобы принять ваш билет и ответить на вопросы прессы? — спрашивает ведущий в микрофон.
— Фин, ты должен идти, — подталкивает его Малия в сторону сцены.
— Да, поднимайся, — говорит Колтон, пропуская Фина на сцену с помощью Коа и Зейла.
Я наблюдаю, как Гриффин берет билет у ведущего и пожимает ему руку, прежде чем встать перед микрофоном. Он проводит рукой по мокрым волосам и улыбается толпе, девушки падают в обморок.
— Гриффин Джонс, — кричит репортерша из толпы, ее светлые волосы завязаны в пучок, — могу я задать вопрос?
Он улыбается ей со сцены.
— Конечно.
Она делает шаг вперед, оператор снимает происходящее.
— Это лучший серфинг в вашей команде за всю вашу карьеру, что вы, ребята, сделали по-другому, чтобы добиться этого сегодня?
Гриффин поднимает глаза на команду, прежде чем находит мои, и слегка смягчается.
— Сегодня с нами был наш счастливый талисман.
У меня перехватывает дыхание, когда он подмигивает мне, и по коже бегут мурашки.
Он только что назвал меня счастливым талисманом команды?
Я никогда не слышала, чтобы кто-то так меня называл. Большую часть своей взрослой жизни я провела в роли талисмана, приносящего несчастье. Мое горло сжимается, а глаза блестят, когда он возвращает свое внимание к репортеру.
Она уже полностью развернулась, осматривая толпу в поисках того, кому он подмигнул. Пригибаюсь за Колтоном, не желая быть втянутой в интервью.
— Клянусь, иногда Гриффин ведет себя как настоящий книжный бойфренд, — визжит Кайри, становясь рядом со мной и Колтоном.
— Тебе нравятся такие вещи?
Колтон с любопытством наблюдает за Гриффином на сцене.
— Что, романтика? Да, все девушки любят.
— Приятно слышать.
Ее щеки раскраснелись, но она смотрит прямо перед собой, пока Гриффин не уходит со сцены и не возвращается к нам.
Габриэль встречает нас у палатки с самой большой улыбкой на лице, пока мы собираем вещи и идем к машине. Клянусь, он даже улыбается всю дорогу домой, насвистывая по радио песни в стиле кантри, пока его пальцы отбивают такт.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВ
Е
РТАЯ
ГРИФФИН
Элиана сидит, скрестив ноги, напротив меня у изножья кровати и читает планы своей кампании, делая пометки красным маркером в блокноте, сосредоточенно сдвинув брови. Я до сих пор не сказал ни ей, ни команде, что не буду заниматься серфингом на отборочных соревнованиях через две недели. Я знаю, что должен, но пока не готов с этим смириться.
