— Недовольство повелителя будет рассеяно в самое ближайшее время, — сладким голоском пропела она. — Мы уже идем по следу. Очевидно, он приведет нас к тайной твердыне Дану и эльфов. Нам потребуются войска, повелитель. Второй и пятый легионы, этого, полагаю, будет достаточно.
— Двенадцать тысяч мечей? — Император непритворно удивился. — Но зачем столько? Это же целая армия! Я считаю, что…
— Два легиона, — улыбка мгновенно покинула лицо волшебницы. — И полагающаяся конница. Осадных машин не надо.
— Три тысячи конных, итого — пятнадцать. С этим можно завоевать королевство!
— Радуга смиренно просит Повелителя преклонить свой слух к нашей просьбе, — Сежес откровенно издевалась.
«А что, если?..» — быстро подумал Император. И, поспешно пряча только что возникший в голове план, кивнул.
— Император преклоняет слух к просьбе Радуги. Вы получите легионы. Как только вы сообщите мне, куда должна двинуться армия.
Это допускалось. Император командовал войском, на это маги семи Орденов пока что не покушались. Да и зачем, если приказы армии все равно исходят от них?
— Разумеется, — Сежес церемонно присела. — Как только мы будем знать точно, мы тотчас же сообщим повелителю. Надеюсь, легионы будут готовы.
— Легионы будут готовы выступить через час, — с раздражением ответил Император, указывая на громадные часы в дальнем конце зала советов. Часы эти Радуга подарила его деду.
— Замечательно, — Сежес поклонилась, и остальные маги последовали ее примеру. — И последнее, чем мы дерзнем отягчить память повелителя мира. В Черном Городе, на Лобном месте, сегодня уже вот-вот должна совершиться казнь. По приговору Суда Радуги. Нами схвачена женщина, практиковавшая магию без патента семи Орденов. И, разумеется, податей в имперскую казну она не уплачивала также. Она занималась черной волшбой, в том числе… м-м-м… тантрического характера. Любовные напитки, от которых люди сходили с ума, впадали в буйство и зубами грызли собственных недавних любовников — это самое меньшее и легкое из обвинений. Кроме того, она практиковала некромантию, строжайше запрещенную всем, кроме Верховных магов, — в интересах кое-каких частных сыскных контор. В результате один труп у нее вырвался, и несколько часов терроризировал мирных обывателей, пока команда магов не уничтожила его. В соответствии с эдиктом вашего покойного прадеда, Радуга обладает правом собственного Суда по обвинениям в незаконном колдовстве. Суд состоялся, женщина приговорена к смерти… А теперь покорнейше просим позволения удалиться. Идти по следу магов-изменников нелегкое дело, требуется присутствие всех нас. Да! Эскорт повелителя ожидает его за дверью. Семеро адептов третьей ступени. Они будут неотлучно с вами, повелитель. Мы обязаны исключить любую случайность. — Она лилейно улыбнулась.
«Наверное, это правильно…» — нашел в себе силы подумать Император.
«…Проклятые маги! И эта лилейная ухмылка Сежес!.. Конечно, она не случайно заговорила о суде и казни. Прадедушка, чтоб ему отлились все его бесчисленные злодейства, в обмен на продлявшие жизнь и потенцию эликсиры даровал Радуге право собственного суда. И теперь любой подданный Империи мог оказаться в руках магов — не перед судом гласных, как в крупных купеческих городах, отчаянно цеплявшихся за последние остатки вольностей, и даже не перед судом сеньора, который, каким бы дураком и самодуром ни был, побаивался связываться с сильными крестьянскими общинами. Восстания поселян, поражавшие как жестокостью повстанцев, так и карателей и тем не менее никого толком так и не замирившие, крепко засели в памяти даже самых тупых баронов.
А маги… понятно, что обвинить кого-то в незаконном колдовстве проще пареной репы. Тем более если за фабрикацию доказательств берется сама Радуга.
И даже Император бессилен помиловать этого осужденного. Прадед зачем-то добавил еще и этот пункт. А чтобы изменить изданный другим Императором указ, надо… ох, сколько всего надо!»
Император вновь почувствовал, как внутри закипает черная злоба. Он будет душить и вешать, жечь живьем и сажать на толстые колья, чтобы помучились, чтобы не получили легкой смерти. Как только… как только…
Ладно, хватит об этом. И о казни тоже хватит. Он не в силах ничего изменить — так зачем думать об этом?..
…Никакими делами государства он сегодня заниматься не стал. Сегодня человек Серой Лиги должен был отправить первое сообщение. О, нет, нет, конечно же не Императору — Патриарху. Может, оно уже пришло?
Разумеется, просто так отправиться к Серым было нельзя. Та встреча с Хеоном подготавливалась долго и в строжайшей тайне — хотя кто знает, можно ли утаить хоть что-то от Радуги? Мысль, посетившая Императора в Черном Городе — насчет визита в обиталище Патриархов, была, конечно же, чистым ребячеством.
Доверять Император мог только Вольным. Эти презирали магов и не боялись смерти. Пытками — как простыми, так и магическими — их можно было только убить, но не заставить говорить. Правда, точно так же, как и магов, они презирали шпионов Серой Лиги. И следить за Вольными проще простого. Подобно магам Радуги, они не расстаются со своими куртками, а уж о том, чтобы красться незаметно, и речи нет. «Разведчик — не воин», а ничего страшнее для Вольного не существует. Дозорными и прознатчиками у них служит особая каста отверженных… Ни один из них пока не принял имперского подданства.
«Проклятье! Никого, никого под рукой, ни одного, ни единого!»
Нет сил сидеть. Сорвался с места, рывком отдернул занавесь. Под нудным дождиком уныло мокла столица. За дверью томились присланные Радугой адепты — эти молча ждать не умели, кряхтели, переговаривались, для чего-то обращались к Вольным — те, разумеется, не отвечали ни слова.
«Клетка. И выхода нет. Некого послать к Серым. И нельзя идти самому. И кто-то, похоже, на самом деле пытается до него дотянуться — если отбросить мысль, что оба покушения не что иное, как разыгранное Радугой представление, повод приставить к нему еще и караул из магов».
Закинув ногу на ногу, владыка Империи беспомощно сидел возле покрытого бегущими дождевыми струйками оконного стекла.
Чуда он не дождется. Серая Лига не всесильна. Если вокруг него теперь постоянно будут ошиваться эти семеро мерзавцев в однотонных плащах, Патриархи (они-то знают, как обстоят дела на самом деле и кто в действительности правит Империей!) могут и отказаться от всего дела. С них станется. Ссориться с Радугой — такое только в страшном сне приснится.
И неотступно преследовали его слова Сежес — «казнь начнется вот-вот…».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
