Она решила, что слишком много думает. Согретая его объятиями, все еще ощущая бедрами его плоть, Джейн хотелось одного — заснуть в его руках. Завтра она все обдумает. Но не сегодня.
Она отбросила беспокойные мысли, поуютнее устроилась и заснула.
Глава 14
Из дневника Майкла Херста:
«Бывают дни, когда я сам себе удивляюсь».
Солнечный луч защекотал Майклу нос. Он протянул руку, чтобы почесаться, и услыхал шорох у двери. Приподнявшись на локте, он успел увидеть, как Джейн шмыгнула в коридор, держа в руке ботинки.
Она, видно, решила, будто он все еще спит. Повернувшись на спину, Майкл потянулся, наслаждаясь полнотой жизни. Он почувствовал сильное напряжение внизу живота и увидел, как зашевелилось одеяло в определенном месте.
— Вот ненасытный. Давай спи. Она уже встала и ушла, — пробормотал он.
А не позвать ли ему Джейн? Дом небольшой, и если крикнуть погромче, она услышит. Пока он это обдумывал, он уловил голоса, доносившиеся снизу. Похоже, миссис Макферсон и какой-то мужчина. Кто это может быть? Любопытство заставило его быстро подняться, умыться и одеться. Майкл взял башмаки и так же, как Джейн, вышел, неся их в руке, за дверь и остановился на верхней ступеньке лестницы.
Из гостиной отчетливо доносились голоса.
— Если вы уверены, что мистер Херст не хочет завтракать сейчас, то я поставлю эту сковородку в печь.
— Спасибо, — сказала Джейн.
Майклу показалось, что голос у нее звучит напряженно. Слишком напряженно. Он подался вперед и снова услышал голос миссис Макферсон.
— Лорд Макнилл, вы действительно не хотите яичницу, а то я приготовлю?
— Нет, благодарю вас, миссис Макферсон. Я лишь зашел нанести визит нашим гостям.
— Ладно. Я буду на кухне, если понадоблюсь.
Шаги хозяйки затихли.
— Ну-с, Дженнет.
— Да, дядя?
Голос Джейн звучал не то чтобы холодно, он был ледяным.
Майкл мог представить, какой поклон она ему отвесила. Кого же она назвала дядей? Ах да, Дэвида.
— Твой кузен сообщил мне, что ты его посетила. Он также упомянул, что ты называешь себя придуманным именем.
— Джейми никогда не умел хранить секреты.
— О, мне пришлось буквально выжимать из него каждое слово.
— Тогда кто же сообщил вам? A-а, Элспет.
— Он не долго прожил бы в браке, если бы не научился ценить то, что имеет.
— Понимаю. Чего вы хотите, дядя Дэвид?
Майкл пожалел, что не видит ее лица, по которому многое мог бы понять. Он посмотрел вниз. Честный человек должен был себя обнаружить. Но тогда он прервал бы очень интересный разговор, а ему совсем этого не хотелось.
Возможно, невоспитанно подслушивать, некоторые люди даже назовут это слежкой. Лично он считал это частью работы исследователя. Пусть подслушивать невоспитанно и грубо, но еще хуже иметь секреты… как Джейн.
Майкл осторожно уселся на верхней ступеньке, стараясь не шуметь, и наклонился к перилам, чтобы видеть, что происходит в гостиной.
Дэвид Макнилл стоял у камина. Высокий и широкоплечий, с седыми волосами, морщинистым лицом, он тем не менее казался вполне бодрым. Он не был похож на жителя Барры. Пальто с пелериной на нем было расстегнуто, позволяя видеть хорошо сшитый жилет, а в складках замысловато повязанного галстука блестел рубин. Его элегантный наряд выглядел бы более уместно в салонах Эдинбурга.
— Дэвид, если вы пришли убедить меня, чтобы я уехала, то зря потратили время. Я появилась здесь по определенной причине — мне нужна одна вещь. Как только я буду ее иметь, я уеду.
Дэвид натянуто улыбнулся:
— О, моя единственная племянница, я хотел бы заверить, что мне приятно тебя видеть, но ты же знаешь, что это неправда, а притворяться я не собираюсь.
Джейн фыркнула:
— Мы терпеть друг друга не можем, да?
Майкл усмехнулся. Молодец, Джейн!
Улыбка исчезла с лица Дэвида.
— Я бы так не сказал, скорее, я разочарован. В соответствии с соглашением, которое ты заключила с моим сыном…
— Но не с вами.
— С кем бы то ни было… Речь не шла о том, что ты когда-нибудь вернешься.
— Вообще-то я сказала ему, что вернусь, когда мне исполнится девяносто, так что я просто немного поспешила.
У Дэвида это не вызвало улыбки.
Джейн пожала плечами:
— Я не собиралась возвращаться, однако обстоятельства изменились, и вот я здесь. Знаю, что вы мне не поверите, но когда я уезжала, то думала, что устроила все дела. Я передала Джейми свои права и даже потратила время, объясняя ему, как управлять поместьем, хотя, кажется, ему это не помогло.
— Те документы не стоят бумаги, на которой написаны. Ты и дня не отсутствовала, как появились слухи о твоем исчезновении. Джейми повезло, что я оказался рядом. Ты не знаешь, через что мы прошли за все эти годы, пока ты беспечно бродяжничала неизвестно где…
— Я ничего не делаю беспечно. Я не хотела выходить замуж за Джейми. Вы это знаете.
— Да, знаю. Ты весьма однозначно высказалась по этому поводу.
— А вы заперли меня в темнице без еды и питья.
— Всего лишь на пару дней. Потом тебя выпустили. К тому же ты могла бы оттуда выбраться. — Он усмехнулся. — Твоя подруга… как ее звали? Ах да, Линдси. Она приносила тебе еду… по крайней мере два раза. Я ее видел.
— Вы видели… Вы знали, что я смогу убежать?
Дэвид кивнул.
— Тогда зачем вы меня там оставили?
— Я хотел, чтобы ты поняла — я не желаю тебе вреда, а просто хочу, чтобы ты вышла замуж.
— За Джейми.
— Кто еще должен владеть Баррой и Кисимулом, как не Макнилл? Самым заветным желанием твоего отца был твой брак с Джейми, чтобы сохранить за кланом земли и замок.
— Он ни разу не обмолвился об этом.
— Почему, скажи, он так часто приглашал Джейми в Кисимул? Он слишком хорошо тебя знал, лучше, чем я, и хотел подвести тебя к этому решению. Но я не умел действовать так тонко и потерпел неудачу. Как только я заявил тебе, что ты должна выйти за Джейми, ты уперлась как мул. В тот момент ты выглядела точной копией своей матери.
Майкл увидел, как Джейн прижала руку ко лбу.
— Отец… он действительно хотел, чтобы я вышла за Джейми? Я-то всегда думала, что все это затеяли вы, пытаясь обманом заставить меня выйти за него.
Дэвид возмущенно фыркнул:
— Какое мне было дело до того, что ты думала? То, что нам с Джейми пришлось вынести, чтобы прикрыть твои поступки…
— Но не сжигать же Кисимул!
Лицо у Дэвида потемнело, и Майклу сверху было это видно.
— Большая его часть из камня. Его можно выстроить заново.
— Замку семьсот лет, а вы его разрушили!
