Верьте вы в Полярную звезду,
Она будет вечно направлять вас.
Пусть правда, честь и верность,
Будут всегда на вашей стороне.
Люблю тебя,
Шалом.
Я стаяла так несколько минут, пытаясь понять. Последствия? Кто он и что он сказал? И что это была за поэма?
Медленно, слова Августа снова возникли в голове, что они узнали о дневниках не из телевизора, они уже знали что они существуют, они знали даже что было там написано, и чему я могла быть подвержена…
Кто я… что я сказал…уповай на Полярную звезду…
Я посмотрела на подпись папы и попыталась вспомнить, как он подписывал письма, которые отправлял во дворец. Я всегда думала, что он всегда закручивал буквы в конце ради забавы. Они были в форме восьмиконечной звезды: Северная Звезда.
Кривая на букве “и” в моем имени. Хотел ли он чтобы это что-то значило и для меня тоже? Возможно это всегда что-то значило, потому что он общался с Августом и Джорджией?
Август и Джорджия! Его компас: восемь точек. Рисунок на ее куртке, это были не цветы вообще. Рисунки отличаются, но это всегда означало звезды. Мальчик Крисс, которого она осудила на Обвинении. Это не крест тогда я увидела на его шее.
Это было чтобы определять друг друга.
Мой отец был северным повстанцем.
Мне казалось, что я видела эту звезду и в других местах. Может быть, когда шла на рынок или даже во дворце. Глядело ли это мне в лицо на протяжении многих лет?
Пораженная я посмотрела на Аспена, в его глазах застыли вопросы, которые он не могу задать вслух.
Мой отец был повстанцем. Полупустые книги по истории, которые он скрывал в своей комнате, друзья на его похоронах, я не знала ничего… и дочь по имени Америка. Если бы я обращала на это внимание, я бы поняла все это много лет назад.
- И это все? - спросила Кота, его голос звучал обижено. - Что, черт возьми я должен с этим делать?
Я отвернулась от Аспена, сосредоточившись на Коте.
- Что не так? - спросила мама, вернувшись в комнату с чашкой чая.
- Папино письмо. Он оставил мне этот дом. Что я должен делать с этой свалкой?
Он встал, сжимая страницы в руке.
- Кота, папа написал это до того, как ты переехал, - пыталась успокоить его Кенна. - Он пытался обеспечить тебя.
- Ну, ему не удалось, не так ли? Когда мы не были голодными? Этот дом точно ничего не изменил бы. Я все сделал сам. - Кота бросил бумаги через комнату, и они разлетелись во все стороны.
Он запустил пальцы в волосы и раздражёно вздохнул. - У нас есть ликер? Аспен, дай мне выпить, - потребовал он, даже не посмотрев на него.
Я повернулась и увидела на лице Аспена тысячи эмоций: раздражение, сочувствие, гордость и одобрение. Он направился в кухню.
- Стоп! - приказала я. И Аспен остановился.
Кота посмотрел разочаровано. - Это то, что он должен делать, Америка.
- Нет, не должен, - выплюнула я. - Ты, возможно, забыл, что Аспен теперь Двойка. Это делает тебя лучшим кандидатом, чтобы принести ему выпить. И не только его статус, но и все остальное что он сделал для нас.
Хитрая улыбка появилась на лице Коты. - Ха. А знает ли об этом Максон? Он знает, что это все еще происходит между вами? - спросил он, показывая пальцем на нас с Аспеном.
Моё сердце перестало биться.
- А что с ним будет, ты подумала? Вас ждёт порка, и люди говорят, что такой девушке этого будет мало, из-за того, что она сделала, - Кота, довольный, поставил руки на бока и посмотрел на нас сверху вниз.
Я не могла говорить. Аспен тоже молчал и я подумала, что наше молчание либо спасло нас или обрекло.
Наконец, мама нарушила молчание.
- Это правда?
Мне нужно было подумать; мне нужно найти правильный ответ, чтобы объяснить все. Или способ борьбы с ним, потому что это действительно не была правда…больше нет.
- Аспен, иди проверь Люси, - сказала я.
Он начал идти, пока Кота не запротестовал.
- Нет, он останется.
Я потеряла его. - Я сказала, что он идет. А сейчас, сядь!
Тон в моем голосе, в отличие от всех, что я когда-либо слышала, поразил всех. Мама села сразу же, шокированная. Аспен пошел по коридору, и Кота неохотно сел.
Я попыталась сосредоточиться.
- Да, до Отбора я встречалась с Аспеном. Мы планировали рассказать всем об этом, как только накопим деньги, чтобы пожениться. Перед моим отъездом мы расстались, и я встретила Максона. Я забочусь о Максоне, и даже при том что Аспен почти всегда со мной, между нами ничего нет. - Больше, поправила я себя мысленно.
Тогда я повернулась к Коте. - Если ты подумал, даже на секунду, что можешь шантажировать меня моим прошлым, то советую подумать об этом еще раз. Ты как-то просил, чтобы я поговорила с Максоном о тебе, и я это сделала. Теперь он точно знает что ты, мягкотелый и неблагодарный осел. - Кота сжал губы, готовый взорваться. Я заговорила быстрее.
- И ты должен знать, что он обожает меня, - величественно сказала я. - Если ты думаешь что он поверит тебе, а не мне, то удивишься, как быстро по моей просьбе, ты будешь избит плетью. Ты хочешь проверить?”
Он сжал кулаки что-то обдумывая. Если я права, если ему ударят по рукам плетью, то это будет конец его карьеры.
- Хорошо, - сказала я. - И если я услышу, что ты еще что-то плохое говоришь о папе, то я попрошу его об этом. Тебе чертовски повезло иметь отца, который так сильно тебя любил. Он оставил тебе дом, и возможно он хотел забрать его снова, после твоего ухода, но не сделал этого. Он по-прежнему был уверен в тебе, и это все что я могу сказать.
Я убежала прочь, направляясь в свою комнату и хлопнула дверью. Я и забыла, что Джерад, Мэй, Люси и Аспен ждали меня там.
- Ты встречалась с Аспеном? - спросила Мэй.
Я ахнула.
- Ты была немного громкой, - сказал Аспен.
Я посмотрела на Люси. Слезы были в ее глазах. Я не хотела, чтобы она хранила еще один секрет, и ей было больно думать об этом. Она была такой честной и верной, и как я могла попросить ее выбирать между мной и семьей, которой она обязана служить?
- Я расскажу все Максону, когда мы вернемся, - сказала я Аспену. - Я думала, что защищаю тебя, что я защищаю себя, но все что я делала - лгала. И если Кота знает, то возможно и другие люди тоже. Я хочу быть той, кто скажет ему это.
Глава 26
Я провела оставшуюся часть дня прячась в своей комнате. Я не хотела видеть обвиняющее лицо Коты или решать вопросы мамы. Еще хуже была Люси. Она выглядела очень грустной, так что я бы скрыла этот секрет от нее. Я даже не хотела, чтобы она прислуживала мне и казалось, что она была в порядке помогая маме при возможности или играя с Мэй.
Имелось много чего, о чем мне стоило подумать. Я продолжала репетировать свое выступление перед Максоном. Я пыталась найти лучший способ признаться. Должна ли я оставить в покое Аспена и сделать это во дворце? Если так и он спросит об этом, получится хуже, чем бы мне признались в первую очередь?
