лабиринта.
Кира стояла посреди той самой мраморной галереи с деревянной дверью в конце, из-за которой в прошлый раз они с Шепотом поссорились. Страх сменился злостью.
— Ты снова меня сюда привел?! Мы же договаривались!
— Нет.
Они конечно ни о чем не договаривались, но от этого было не менее обидно. Проделать такой долгий и опасный путь, чтобы снова оказаться возле этой дурацкой двери! Кира вернулась в спальню привычным маршрутом.
Утром она не стала дуться на Шепот. Пришлось принять, как данность, что он раз за разом будет вести ее исключительно туда, пока она его не перехитрит.
— Ты тут? — робко прошептала она днем в саду.
— Да.
— О чем бы ты хотел услышать?
Ответом ей было молчание.
— Молчишь. Тогда я расскажу о своем лучшем друге, если ты не против?
— Я?
— Раз мы с тобой ни разу не виделись, ты пока не мой лучший друг, извини, — усмехнулась Кира, промолчав, что он ей вообще не друг. У нее нет и может быть друзей в Империи.
— Нет.
— Ты меня видел?
— Не я.
— А это не считается.
— Жаль.
— Итак. У меня в Лионкоре есть лучший друг. Хотя правильней говорить «был». Его звали Колль. И сначала мы были заклятыми врагами.
— Как?!
Кира прямо представила себе, как Шепот шокирован. Обычно он ее не перебивал.
— Вот так. Колль — сын главного печника…растопщика… Не знаю этого слова на имперском. В общем, его отец — мастер Света и отвечает за поддержание тепла во дворце и за все отопительные темпорали. Колль тоже сильный маг и точно пойдет по стопам отца.
Кира села на лавочку и закрыла глаза, представляя лицо друга.
— И?!
— Я отвлеклась, прости. Мы с ним враждовали. Ведь я девчонка, да еще принцесса, но все равно хотела играть с мальчишками. А он меня всегда задирал и старался не допускать в их компанию. То гадость скажет, то за косы дернет, или вообще толкнет.
— Злой! — возмутился Шепот.
— Был злым, но я его проучила. Сначала дралась с ним. Но Колль был старше и сильней, поэтому у меня никогда не получалось его победить, сколько я не старалась. А потом нас увидел Верховный Магистр. Он нас не разнял. А затем отчитал именно меня, ведь он видел, что я первая попыталась ударить. Колль обзывался, но не бил меня, пока я не полезла драться. Я расплакалась, это было так обидно.
— Что?
— Понимаешь, ведь сэр Зандр догадался, что я не дружить хочу, а ищу повод подраться, чтобы победить нахального мальчишку. Сейчас я понимаю, что вела себя глупо.
— Дальше.
Шепот был самым благодарным и внимательным слушателем.
— Сэр Зандр дождался, когда я успокоюсь и дал мне самый неожиданный совет. Такого я не ожидала. И ты тоже ни за что не догадаешься!
— Какой?!
— Он сказал, чтобы в следующий раз, когда Колль решит меня чем-то обидеть, молча подойти к нему и просто дать пощечину. Не сильную, но хлесткую и унизительную. Потом развернуться и спокойно уйти. Сэр Зандр даже потренировал меня, представляешь?!
— Нет…Дальше?
— Я всю ночь представляла, как бью Колля по щекам. И всех своих врагов. Днем я его специально искала, но нигде не могла найти. Через несколько дней он сам добрался до меня и начал дразнить. И я поступила, как мне посоветовали. Дала ему пощечину и ушла, не оглядываясь. Мальчишки потом рассказали, что Колль расплакался и убежал. Я ликовала. На следующий день Колль подошел и пригласил играть в мяч. Хотя я думала, что он меня ударит. Так мы и подружились. Он стал меня защищать и бить тех, кто меня обижал. Хотя такие быстро кончились.
— Ты злая.
— Иногда приходится быть злым. Согласен? — рассмеялась Кира.
— Нет.
Каждую ночь они болтали в ожидании, когда Запретный Город погрузится в глубокий сон. Кира вспоминала о доме, о прошлой жизни и людях, которые ее окружали. Шепот требовал все больше воспоминаний, а потом вел ее темными путями по Запретному Городу. Неизменно приводя к той самой двери.
— Да пойми ты, я не могу ее открыть! — Кира от досады даже топнула ногой, жалея, что не может ударить ею по двери, к которой уже испытывала нечто, сродни лютой ненависти.
— Не открыть.
— Так и я о том же, — прозвучало все еще недовольно, но уже без злости. Невозможно спорить, когда с тобой соглашаются.
— Да. Не открыть.
И тут Киру осенило! Всесвет, какая же она глупая!
— Что-то другое нужно?
— Да. Камень. Человек.
— Сюда? — она отошла на шаг вправо.
— Да.
— Еще вправо?
— Да.
— Куда дальше?
— Еще.
Но дальше идти было некуда.
— Тут стена.
— Вправо. Камень. Человек.
— Повернуть? Так?
— Да.
Перед ней возвышалась мраморная статуя голого мужчины. Прямо на уровне глаз было то, что на севере у обнаженных фигур прикрыто складками ткани.
— Срамота какая, — Кира попыталась скрыть свое смущение негодованием. — Хоть бы тряпочку сделали.
Нагота статуи почему-то взволновала ее. Кире показывали все, вот абсолютно все, на гравюрах и картинах, но тогда она не испытывала ничего подобного. Сейчас было весьма любопытно, но как-то особенно неудобно в присутствии наблюдателя, хоть и невидимого.
— Что теперь? — деловито поинтересовалась она.
— Нога.
— О, вижу!
Принцесса озадаченно смотрела на пусковой механизм темпораля, ловко замаскированного под мизинец.
— Это опасно?
— Не бойся.
— Не боюсь, а опасаюсь.
— Период один-три.
Кира надавила и послала слабый импульс. Спустя пару мгновений по статуе прошла дрожь, и раздался противный скрежет. Она отскочила, озираясь в ожидании стражников. Что они действительно все глухие, она сомневалась. Тем временем сбоку на мраморе появилась трещина и начала расширяться.
Резко распахнувшись, статуя обнажила свою суть. В статуе был замурован человек!
