«Амлак Кырие Эльесон!» Масло струилось со лба, текло за ворот рубахи. Знахарка едва успевала вытирать его. На заднем плане ревели ишаки, изо всех сил пытавшиеся сорваться с привязи. «О нет, дети мои, наш народ не нуждается в новых подсказках. На нашу долю выпало достаточно испытаний. И мы уже знаем, что близится Судный день. Что грехи наши тяжки, вина безмерна…» Проповедник медленно поднял руку и прошелся ладонью по волосам. Знахарка вытерла струйку масла с его жилистой шеи, промокнула за ухом.
«Некоторые из вас предоставляли убежище ворам и разбойникам, скрывавшимся от правосудия. Некоторые из вас предавали отечество, внимая речам изменников и смутьянов. Некоторые употребляли в пищу животных, не жующих жвачки и не имеющих раздвоенного копыта…» Запустив пятерню в его умасленные волосы, знахарка аккуратно расчесывала колтуны и вычесывала гниды. При этом ее рука слегка дрожала.
«А теперь вы взываете “Амлак Кырие Эльесон!”, вы, забывшие о расплате, забывшие о том, что грядут последние времена! Вы взываете к Нему и вы же ропщете. Разве сие не грех? Скоро дойдет до того, что слуга поднимет руку на господина, дитя восстанет против родителя, чернь пойдет войной на своего императора. На того, кто кормил их медом и молоком. На того, кто вознес их выше себя самого…» Пальцам было не справиться с шевелюрой, и знахарка пустила в ход деревянный гребень.
Когда речь пошла о наказаниях, дьячок, стоявший рядом с таботом, показал толпе ксилографию с изображением ада. Черти рвали грешников на куски, толкли в ступе чье-то расчлененное тело. Другой дьячок достал из-под рясы икону с изображением Георгия Победоносца. Святой Георгий готовился нанести смертельный удар поверженному дракону и смотрел прямо перед собой. Казалось, он тоже внимательно слушает проповедь.
«Мы грешили против Господа, против отечества, друг против друга и против себя самих. Грехи наши тяжки, вина безмерна, но…» В одно мгновение знахарка вышла из транса, отшатнулась от проповедника и пустилась бежать. Добежав до своего укрытия под деревом ванза, она остановилась отдышаться и тут же почувствовала, как в пятку вонзился шип.
«Радуйтесь, Господь наш Кырие Эльесон умеет прощать. Он знает наши слабости, ведь мы – Его чада. Он знает, что внутри каждого из нас растут сорняки. Не для того ли Он пришел в этот мир, чтобы освободить нас от сорной травы, что душит нас изнутри? Ведь душа человека – это и есть райский сад. Но даже райский сад нуждается в прополке, и потому…» Речь проповедника становилась все менее связной. Очевидно, она была рассчитана на неискушенного слушателя, которого легко покорить цветистыми образами и сложными метафорами. Но жара и жажда давали о себе знать; оратор начал выдыхаться, и внимавшая ему толпа сразу почувствовала слабину.
В это время из тростниковых зарослей грациозно вылетела цапля. Подобно длинной и узкой лодке, цапля плыла по волнам раскаленного воздуха, медленно взмахивая крыльями-веслами. Знахарке показалось даже, что она слышит плеск воды. Снова впадая в транс, она представила себе, что проклятый шип вонзился не в ее пятку, а в пятку проповедника. Да, это у него в пятке сидит заноза, а она, знахарка, ощущает физическую боль сострадания. Теперь ее задача состоит в том, чтобы помочь ему избавиться от занозы. Она посмотрела на его голые стопы. Они показались ей несоразмерно маленькими. Казалось, они не привыкли к ходьбе босиком. Опустившись на колени у его ног, она достала лупу и пинцет. Жаркий ветер разносил запахи ванзы и жасмина.
«И потому даже у нас, слабых и грешных, есть надежда, есть еще шанс – быть может, последний – встать на путь праведный. Ибо сказано: “Придите ко Мне, все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас”…» Проповедник продолжал говорить, но уже без убеждения, без огня. Что-то сломалось, лопнула какая-то пружина, и теперь все колесики крутились вхолостую. Но, так или иначе, проповедь требовалось закончить, поэтому он продолжал говорить, а толпа продолжала слушать.
И вдруг, прервавшись на полуслове, проповедник издал страшный вопль и начал метаться из стороны в сторону, как будто силясь высвободиться из чьей-то хватки. На его губах появилась пена. Продолжая кричать, он повалился наземь, но вскоре снова вскочил на ноги и побежал, а вернее поскакал, фыркая и прядая ушами, как лошадь. И, разбуженный этим криком и фырканьем, табот сдвинулся с места, а вслед за ним потянулись лошади, ишаки, клирики, паства.
1
Длинная просторная рубаха без воротника, основная мужская одежда в арабских странах.
2
Арабские духи.
3
Мурси – племя, живущее на юге Эфиопии.
4
Социалистическое всеэфиопское движение – одна из противоборствующих политических группировок, образовавшихся после свержения императора Хайле Селассие I.
5
Эфиопская народно-революционная партия – группировка, боровшаяся со СВЭД и режимом Менгисту Хайле Мариама.
6
«Краса небес в зияющий просвет» (пер. М. Лозинского).
7
Те, кому нет сорока.
8
Здравствуй! (араб.)
9
Европеец (амхар.)
10
Шамма – накидка из газовой ткани.
11
Тефф – высокогорный злак, произрастающий главным образом в Эфиопии и Эритреи, где он является основной зерновой культурой.
12
Мэсоб – перевернутая плетеная корзина, используемая в Эфиопии в качестве обеденного стола.
13
Дерг – амхарское название Временного военного административного совета, главного органа власти при режиме Менгисту Хайле Мариама (1974–1991).
14
Около десяти долларов.
15
«Слава царей» («Кэбрэ нэгэст») – эфиопская книга XIV века, повествующая о происхождении Соломоновой династии.
16
Тобия – разговорное произношение слова «Эфиопия». Кроме того, Тобия – имя главной героини повести Афэуорка Гэбрэ Иесуса «Вымышленная история» (дословно: «История, рожденная сердцем»); поскольку красавица Тобия – вымышленный персонаж, фраза «увидеть Тобию-красавицу» имеет иронический подтекст.
17
Ладно (амхар.).
18
Женская сорочка из шелка или хлопка.
19
Жаркое, для приготовления которого используется сложный набор специй «бербере» и пряное топленое масло «нитер киббэ».
20
Средневековое собрание «календарных» песен, авторство которых приписывается поэту Яреду, жившему в VI веке н.э. Для записи этих песен в XV веке была создана специальная нотная грамота.
