— Да, — ответила она.
Остановившись, она взглянула на Дорни. Его глаза блеснули, он моргнул. Поблизости никого не было. Она сделала глубокий вдох.
— Мой дед оставил некую информацию вашему отцу. Тот передал ее вам по наследству.
Дорни заколебался.
— Мне? — удивленно спросил он.
— Кровная клятва, — пояснила Шеррис.
Несколько секунд Дорни молчал. Затем глаза его расширились, и он глубоко вздохнул.
— Во мне, — выдохнул он. — Это во мне, дорогая леди!
Он посмотрел ей в глаза.
— Но как?.. Как я смогу?.. Но это, же привилегия, милостивая госпожа! Исключительная честь! Скажите мне! Скажите, что я должен сделать!
Она глядела в пол, раздумывая, как бы это преподнести. Все способы, приходившие ей в голову, казались сейчас неподходящими.
Дорни дернул кадыком.
— Ну, конечно же! Дорогая леди…
Она подняла голову и увидела, что он прокусил свою нижнюю губу. Потекла кровь. Он достал из кармана белый платочек и предложил его ей.
— Если вас не затруднит, моя госпожа… — Он вежливо кивнул, глядя на ее губы.
Шеррис поняла. Она поднесла платок ко рту и, когда кончик платка пропитался слюной, отдала его Дорни. Тот быстро поднес его к ранке. Она хотела отвести взгляд, но только сжала зубы. Дорни немного пососал платок, затем приложил его к нижней губе и держал, пока кровь не остановилась…
— Что бы я ни должен был сообщить — скажу это только вам, дорогая леди, — сказал он, сделав несколько глубоких вдохов и выдохов. — А теперь мы?..
Гости хороводом растянулись по периметру круглого зала, точно оболочка гигантского пузыря. Их с Дорни подтолкнули вперед, С минуту они наблюдали за танцем. Дорни огляделся, словно что-то искал. Казалось, в нем нарастает возбуждение. Наконец он произнес:
— Станцуем, милостивая госпожа? — Он взял ее за руку.
— Что? — спросила она. — Но…
Он вытащил ее из толпы зрителей и притянул к себе, обхватив за талию. Она автоматически обвила руками его шею. В глазах Дорни появилось странное сияние и какая-то пустота. Шеррис почувствовала, что дрожит.
Он отступил на шаг и начал пробиваться сквозь танцующие пары. Дорни рассеянно натыкался на людей, те начинали возмущаться, но сразу же стихали, как только осознавали, что чуть не выругали своего хозяина.
Он протискивался вперед и тащил за собой Шеррис, которая изо всех сил старалась поспевать за ним. Они стремглав пересекли широкий зал, разрушая аккуратно выстроенные фигуры древнего танца.
Влекомая вперед, мотаясь из стороны в сторону и пытаясь при этом не угодить под каблук Дорни, Шеррис не могла проследить за чьей бы то ни было реакцией; но они и впрямь привели смешавшихся танцоров в состояние ступора. Оркестр запнулся, мелодия смолкла. Бэнсил Дорни танцевал по кругу: в одну сторону, в другую. Дирижер оркестра растерянно смотрела на него, затем взмахнула палочкой, и оркестр попытался сыграть какую-то подходящую мелодию. Несколько гостей начали образовывать пары и тоже принялись танцевать.
Шеррис смотрела на потное, с остекленевшими глазами лицо Бэнсила Дорни. Ее охватила волна отвращения, к горлу подступила тошнота.
Теперь они двигались по спирали, которая постепенно сжималась, по мере того как Дорни делал все новые па — снова, и снова, и еще… в сужающемся водовороте. Вдруг Дорни отстранился от нее и развернулся. Его белые одежды всколыхнулись, и он повалился на пол, точно сраженный молнией. Его голова со стуком ударилась о твердое дерево, так что Шеррис почувствовала под ногами толчок. Кто-то вскрикнул. Она, пораженная, застыла на месте, ее оттеснял поток людей, ринувшихся к распростертому на полу в свете ламп телу.
Она качала головой.
— Простите… — Сквозь толпу пробирался доктор Клайв.
Шеррис взглянула на его руки.
К ней подскочил Миц и оттащил ее прочь.
— Шеррис, что с тобой? Шеррис!..
Гости продолжали сбегаться со всех сторон, точно засасывемые водоворотом.
— Что? — спросила она. — Что?..
— Что произошло? С тобой все в порядке?
Перед ней проступило озабоченное лицо Мица.
— Я… я…
В толпе раздались ахи и охи. Шеррис поймала несколько обращенных на нее взглядов, тут же поспешно отведенных. Миц отвел ее подальше. Между ней и толпой возник Длоан. С другой стороны ее обнимала Зефла.
Из толпы пробился человек и направился прямо к ним. Это был Синудж. Он что-то строчил в маленьком блокноте.
Синудж подошел к Шеррис, которую охраняли Зефла и Миц. Он поставил в блокноте выразительную точку, захлопнул его и сунул в карман. Обернувшись к толпе, он пожал плечами.
— Мертв. — Он достал сигару и зажег. — Впрочем, он все же сообщил нам то, что требовалось. — Посмотрев куда-то мимо Зефлы, он хмыкнул: — Глядите, бар свободен.
И пошагал прочь.
Часть вторая
Признаки упадка, орудия лжи
Глава 9
Снова вместе
Обзорная галерея была выстроена в виде ступенчатой, уходящей вниз аудитории на тысячу мест. Несколько десятков человек сидели на порядочном расстоянии друг от друга; большинство спали. Она села, выбрав место подальше от остальных.
Почти все поле зрения заполнял гигантский экран, во всю ширь экрана сиял Голтар. Огромный глобус вращался с мягкой и величавой неудержимостью. Казалось, его необъятная поверхность проплывала перед глазами с каким-то величавым беззвучным рокотом.
Голтар был сказочно прекрасен: исполинский шар — голубой, белый, охряной, зеленый. Он был… будто сама любовь!
Будто зачарованная, она сидела, глядя на Голтар. Худощавая, но с развитой мускулатурой, роста — чуть выше среднего. И абсолютно лысая. Крошечные липучки на наружных уголках век придавали голубым глазам под светлыми бровями странную, непривычную форму. Широкий нос со словно бы раздутыми ноздрями. На ней был темный комбинезон; к груди она прижимала рюкзачок.
Она сидела и не сводила глаз с планеты на громадном экране.
Шеф местной полиции оказался на редкость понятливым. Да-да, он был лично знаком с мистером Дорни, и только неотложные служебные дела не позволили ему появиться на приеме. Конечно же, он прекрасно понимает, сколь удручающе подействовало на нее сие прискорбное событие. Нет-нет, не стоит беспокоиться, следствие все выяснит, от нее же требуется лишь письменное изложение происшедшего. Доктор Клайв уже установил, что смерть наступила в результате кровоизлияния в мозг… Спору нет, в наши дни такое нечасто встретишь, но ничего сверхъестественного в этом нет. Ну что вы, что вы, не надо винить себя. Конечно же, она вольна отправляться, куда угодно; он отлично понимает ее стремление покинуть это место, с которым, увы, у нее отныне связаны столь трагичные воспоминания. Он, во всяком случае, не собирается ее задерживать. Это было бы бесчеловечно по отношению к несчастной жертве секты фанатиков, известной своими изуверствами. Ему, шефу местной полиции, не доставит особого удовольствия, если эти фанатики настигнут ее на подведомственной ему территории. Он уверен, что она разделяет его мнение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
