всю вторую мы с ней проболтали, говоря о самых разнообразных вещах — от сериалов и фильмов до любимых туристических мест и предпочтений в еде.
Настолько погрузились в беседу, что остаток пути пролетел полностью незаметно. Вроде бы только проехали указатель, после которого оставался ещё час пути, а теперь уже подъезжали к первой ферме.
Большую кипу распечатанных договоров, в которых были проставлены данные собственников ферм, мы с собой тоже прихватили. Но начав общаться с фермерами, быстро выяснили, что сразу их подписывать никто не готов. Несмотря на проведённую встречу и тот факт, что мы детально разобрали все основные вопросы, каждый считал своим долгом поговорить индивидуально. Чаще всего дублируя те же самые вопросы и ничуть не удивляясь, получая на них абсолютно идентичные ответы. Смысла в такой беседе не было. Ничего нового ни один из фермеров не узнавал — я всего лишь дублировал им старую информацию, которую уже озвучивал на общей встрече. Но обойтись без этого этапа у нас никак не выходило.
Когда мы покинули третью ферму, успешно проведя «переговоры» и отсняв весь необходимый материал, Камила тяжело вздохнула и хлопнув дверью машины, бросила взгляд в сторону дома, где сейчас собралась почти вся семья, провожавшая нас взглядами. После чего тихо проговорила:
— Если не считать нормализации криминала, вот эта черта мне нравится меньше всех остальных.
Тронув автомобиль с места, я покосился на девушку.
— Какая именно?
Та с лёгким удивлением глянула на меня. Усмехнувшись, кивнула в сторону фермы, от которой мы отъезжали.
— Ты же сам прекрасно понял. Обязательное желание продемонстрировать, что ты ничуть не хуже собеседника. Как будто кто-то вдруг может стать человеком второго сорта, если является младшим партнёром.
Мысль девушки была вполне понятна, хотя выражена довольно грубо. Я же, глянув в зеркало заднего вида, пожал плечами.
— Все хотят быть успешными. Каждому нужна самореализация. Если человек видит, что кто-то добился большего, чем он сам, этого достаточно, чтобы вцепиться в глотку.
На долю секунды замолчав, тут же продолжил:
— Если посмотреть на ситуацию объективно, нам таких проблем они не устраивают. Всего лишь подчёркивают свою собственную важность.
Девушка задумчиво кивнула, судя по лицу, не до конца со мной согласная. А я утопил педаль газа, направляя автомобиль к следующей ферме.
Там всё повторилось: ещё один сеанс вопросов и ответов, вслед за которым следовало подписание договора и начало съёмок. Видео и фото на самом деле тоже отнимали немало времени. Короткие базовые сценарии, которые можно было использовать в качестве шаблонов, я подготовил заранее. Тем не менее, их каждый раз приходилось корректировать. Далеко не всем фермерам они сходу нравились. Бывало такое, что приходилось придумывать нечто новое буквально на лету. В момент, когда фермерская семья стояла неподалёку и буравила меня взглядами. Видимо, предполагая, что креативные идеи рождаются в голове строго по запросу, появляясь сразу, как только в них возникает необходимость.
Мы ездили от одной фермы к другой, подписывая договоры, снимая видео и втягиваясь в разговоры с нашими будущими поставщиками. Если изначально была надежда, что успеем разобраться со всеми за один день, то спустя несколько часов стало ясно, что так быстро всё решить не получится. Учитывая, сколько времени мы тратили на каждую ферму, нам понадобится как минимум два дня. Не меньше.
После пятой или шестой фермы у меня в голове сформировался набор ответов, который позволял минимизировать расход времени на процесс переговоров. А Камила, уже прекрасно понимая, в каком формате надо снимать, каждый раз стремилась приступить к процессу ещё до того, как мы подписывали договор. Это в какой-то степени экономило время, позволяя нам двигаться по списку быстрее. Но критического влияния на ситуацию оказать всё равно не могло — управиться к вечеру мы не успевали.
Поэтому я позвонил деду Фелипе, поинтересовавшись, не против ли он, если мы заедем переночевать. Тот пришёл в состояние неописуемого восторга. По крайней мере, более воодушевлённого голоса я от него не слышал уже давно. Фактически настояв, чтобы мы ехали к нему, а не к семье Диас. Плюс сказал, что прямо сейчас прозвонит своих друзей и объяснит им, что не стоит тратить наше время на «тупые вопросы».
Конечно, я сразу же упомянул, что к его друзьям мы планировали заехать завтра утром, потому как все их фермы располагались рядом с дедом. На что Фелипе раздражённо хмыкнул, заявив что-то в духе «лучше раньше, чем позже». После чего попросил позвонить ему за час до нашего прибытия и прервал разговор, закончив беседу в своём излюбленном стиле.
До момента, когда настолько стемнело, что вести съёмку стало невозможно, мы успели проехать ещё пять ферм. А закончив с последней, направились к деду Фелипе.
Камила, которая до того весело и непринуждённо болтала, слегка притихла. А когда до места назначения оставалось буквально несколько сотен метров, осторожно поинтересовалась:
— Он вообще про меня что-то говорил?
Я с удивлением глянул на неё.
— В каком смысле?
Чуть поколебавшись, девушка всё же уточнила:
— В прошлый раз, когда он приезжал, показался суровым. Почти не улыбался. Он вообще… одобрительно на всё смотрит? Или мне готовиться к моральному прессингу?
На этом моменте я не выдержал и рассмеялся. Повернул голову, взглянув на чуть сбитую с толку Камилу.
— Дед Фелипе порой выглядит, как человек, что привык купаться в крови юных девственниц. Но на самом деле сердце у него доброе. И тому, что мы начали встречаться, он безумно рад.
На лице девушки проступило выражение лёгкого недоверия.
— Ты сейчас правду говоришь? Или просто пытаешься меня успокоить?
Усмехнувшись, я свернул на грунтовку, что вела к дедовой ферме.
— Скоро сама всё увидишь. И поверь, полностью со мной согласишься.
До самого момента, когда мы подъехали к дому деда Фелипе, Камила бросала на меня подозрительные взгляды. Да и потом, когда мы вошли в дом, тоже косилась с лёгким недоверием. Которое растаяло, как только дед позвал нас ужинать.
Если честно, я даже не предполагал, что вечно мрачный и хмурый дед, который обычно через каждые десять слов упоминал, что было бы неплохо вырвать кому-то ноги, отстрелить яйца или отрубить голову, окажется таким мастаком в плане светских бесед. Но за ужином он вёл себя так, как будто был рождён в семье испанского гранда и каждую неделю завтракал с королевой. Трансформация была настолько неожиданной, что первые несколько минут я банально отмалчивался, пытаясь привыкнуть к его новому стилю общения и немного под него подстроиться. Потом
