понимает и Сергей. Таежное товарищество выработало в Сергее ряд твердых жизненных правил, которые кажутся грубыми и страшными лишь человеку новому, плохо знающему быт Колымы. Сергей крайне самолюбив, слегка истеричен, и Нина Михайловна, понимая умом особенности формирования характера Сергея – не принимает их сердцем. Размолвки между ними возникают случайно, по пустяшным поводам. Сергей выписывается из больницы и уезжает на разведочные работы, на речку Базапчу. Здесь Костиков работает со своими постоянными товарищами. Сергей наиболее грамотный из своих товарищей и старается привить своим друзьям доброе. Нина Михайловна пишет Сергею письмо, но письмо теряется. Время идет, Нина Михайловна выходит замуж, а Сергей укрепляется в решении оставить Колыму, переехать на «материк» и там попробовать начать новую жизнь, настоящую жизнь. Сергей встречается с Ниной Михайловной перед отъездом с Колымы. Оба говорят друг другу – кем каждый из них был для другого. Сергей уезжает. Таков сюжет повести. В ней много недочетов. Но сначала об удачах автора. Повесть отличается цельностью замысла, продуманной композицией. В ней нет лишних глав, лишних сцен. Есть безусловная психологическая правда в том, что Сергей и Нина не сближаются, что глубокая взаимная симпатия наталкивается на непреодолимые трудности. С верным ощущением времени года, погоды написаны страницы, посвященные работе шурфовиков. Это – лучшие сцены повести. Здесь автор пытался наметить и характеры и дал хорошие описания.
К сожалению, этих удач недостаточно для одобрения повести в целом. В повести много места занимают военные страницы, посвященные первому году войны. В них нет ни одной сцены, ни одной мысли, ни одного наблюдения, не встречавшихся раньше – в многочисленных повестях, романах, рассказах, посвященных войне[129]. В сцене смерти лейтенанта на руках у Костикова предсмертные поучения лейтенанта недостоверны. Правды поведения в этих поучениях нет.
Автор должен хорошо понять, что истинно художественное произведение всегда открытие, новость, находка. Новизна эта многостороння: новизна материала, сюжета, характеров, наблюдений, описаний, языка…
В повести много общих рассуждений, размышлений главного героя, изложенных языком газетных статей (стр. 47, 48, 58, 61, 62, 88 и др.). Если эти рассуждения призваны характеризовать психологию Сергея Костикова – тогда их надо резко сократить, сжать, а если это – авторские раздумья, то их следует пересмотреть в сторону большей серьезности, большей обоснованности. Например, объяснение причины создания лагерей необходимостью восстановления хозяйства страны после войны обличает явно недостаточное знание вопроса автором – ведь лагеря существовали много лет и до войны и самое трагическое пережито заключенными до войны, а не после. Трактовка уголовного рецидива в повести противоречива. Наряду с верными суждениями встречается и излишняя романтизация уголовщины. Правильное решение этого вопроса важно при пользовании лагерным материалом и автору надо хорошо подумать в эту сторону дела – тем более, что его герой – не уголовник-рецидивист, не блатарь, а самый настоящий «фраер».
Характер Сергея не очень сложен и мог бы быть изображен гораздо экономнее, чем это сделал автор. Художественная проза требует краткости, точности, лаконичности. Повесть выглядит многословной. Автор должен думать над каждой фразой – не лишняя ли она? Что эта фраза вносит в портрет героя? В развитие действия?
Характер Нины Михайловны еле-еле намечен. Автор должен искать решение вопроса о характере в поведении героя, в тех художественных подробностях и деталях, взятых из живой жизни, с помощью которых должен раскрыться замысел.
Больничные сцены не очень выразительны. Там нет тех мелочей, которые и дают жизнь рассказу. А вот в Бахапчинских картинках жизнь есть. Чувствуется и шурфовая лебедка и взорванный грунт. Есть жизнь и в плоте, к которому подвязывают два бревна, чтоб мог плыть Сергей, и в катере, у которого обламывается руль.
Задача изображения характеров – главная задача литературного произведения – выполнена в повести плохо – в большинстве сцен простым сообщением, описанием, а не раскрытием внутренней жизни героев художественными средствами.
Большой, решающий недостаток повести в ее языке. Автор сделал в письме, приложенном к рукописи, особое предупреждение на сей счет. Но ведь оружие писателя – это слово, ведь без отличного знания языка, без умения пользоваться всеми богатствами родной речи – нет писателя. Научиться грамотно писать, не только в смысле общей грамотности, но литературно грамотно, понять дух языка – первейшая обязанность писателя. В этом вопросе не может быть никаких «скидок». Пусть автор возьмется за изучение правил русской речи. Как бы поздно ни пришлось ему это делать. Внимательное чтение классиков (Как строится образ? Характер? Сюжет?) воспитает у автора требовательность к своей собственной работе, вкус к слову.
В чем «огрехи» языка «Людей суровой Колымы»? Прежде всего – это обилие всяческих штампов. Даже сама первая, ответственнейшая фраза повести и та штамп. «Первые яркие лучи солнца» и т. д.
«Тоскливый взгляд, устремленный в даль необъятного голубого неба» (7)
«Тайга застыла в немом великолепии своей красоты» (138)
«Это была волшебная счастливая ночь» и т. п.
Таких фраз надо избегать. Есть фразы, где нагромождение одинаковых частей речи мешает понять смысл фразы.
«а может быть такие, как этот… убеждает их в том, что они чем-то ниже людей» и т. п.
Неблагополучно и с возвратными частицами.
«качающих» вместо «качающихся», «искрящих» вместо «искрящихся», «изменившем мире» вместо «изменившемся мире» и т. д.
В повести много орфографических ошибок.
Приведенные примеры легко удесятерить.
Следует одобрить намерение автора (с помощью Сергея Костикова) разобраться в ряде важных вопросов жизни. Надо только помнить, что писательское дело – дело трудное. Иногда недостаточно знать материал и понимать «что к чему». Нужно иметь литературные способности, писательское зрение, которое может быть развито, укреплено постоянными целеустремленными упражнениями. Писатель приходит затем, чтобы сказать новое людям, а не повторять хорошо известное. Писатель должен очень хорошо знать язык, на котором он пишет.
Можно посоветовать автору (после надлежащих исправлений) послать рукопись в магаданский альманах «На севере дальнем»[130].
Для «Нового мира» повесть «Люди суровой Колымы» не представляет интереса.
В. Шаламов Москва, А284. Хорошевское шоссе, 10 кв. 2
Быт Варлама Шаламова в конце 1950-х – начале 1960-х годов и работа в журнале «Новый мир»
Интервью с С. Ю. Неклюдовым, 30.01.2019
Как писались рецензии для «Нового мира»? В какой-то момент он <Шаламов. – К. Ф.> купил машинку «Эрика» – не помню, когда это случилось точно, видимо в начале 1960-х годов. Почему мне так помнится? Потому что помню, как свою первую курсовую отстукал на этой машинке, а я поступил в университет в 1960 году. Машинка появилась незадолго до этого, она была бракованная, купить ее было трудно, она просто так не продавалась. Были какие-то наши советские, очень плохие. А
