Читаем без скачивания Охота на «Икара» - Тимоти Зан

— А ты не знаешь, кто такие эти похитители? — спросил Никабар.

— Все, что я про них знаю, — они очень хорошо организованы, — ответил я. — И они почему-то считают, что им до зарезу нужен «Икар».

— Они «считают», что он им нужен?

— Ну, я лично не вижу никаких причин, чтобы устраивать на нас такую охоту, — ответил я. — Любой груз, который прошел таможенный контроль на Гамме и был разрешен к перевозке в запечатанном виде, не должен вызывать какой-то нездоровый ажиотаж. Может быть, их интересует сам корабль, но, по-моему, это еще менее вероятно.

Я посмотрел на Теру в упор.

— Но как бы там ни было, все сводится к тому, что вам от меня никуда не деться. Если попробуете найти мне замену, откуда вам знать, что вы наняли пилота, а не специально болтающегося рядом с вами угонщика? А когда вы поймете, в чем дело, будет уже слишком позд но. Не замечали, что ни одна из наших кают не имеет замков?

Они переглянулись. Тоскливо переглянулись. Уныло. Обменялись взглядами типа «мне это не нравится, но другого выхода нет». Но им было никуда от меня не деться, и они понимали это. Так уж сложилось, что круг лиц, заслуживающих доверие, исчерпывался экипажем «Икара». И можно было сказать наверняка, что никто из них не сможет пилотировать этот бред конструктора-микроцефала.

— Если ты думаешь, что после этого разговора мы будем больше доверять тебе, то глубоко ошибаешься, — подвел черту Никабар. — Откуда нам знать, может, ты только и вынюхиваешь, как бы продать нас подороже?

— А откуда мне знать, что ты не собираешься про дать корабль с потрохами? — парировал я. — Или Тера, или кто-то еще? Ответ: ниоткуда. Если бы у меня был выбор получше, я бы ухватился за него обеими руками. Но выбора у меня нет. Здесь и сейчас — нет.

— Тогда с чего тебе беспокоиться о судьбе «Икара»? — не унимался Никабар. — Или любого из нас?

Я посмотрел ему прямо в глаза.

— Потому что я подписал контракт перегнать этот корабль на Землю. И именно это я и собираюсь сделать.

— А нам остается только верить в это или нет?

Я вздохнул. Мне вдруг надоело играть в эти дурацкие игры.

— Верьте во что хотите, — ответил я. — Но когда мы прибудем на Землю, я бы хотел получить от вас извинения по полной программе.

Было бы большим преувеличением сказать, что Никабар улыбнулся. Но физиономия его стала чуть менее мрачной. Ну да, он же бывший морской пехотинец, мельком подумал я. В морской пехоте тонкостям взаимопонимания не учат.

— — Я запомню, — пообещал он.

— Я даже не буду возражать, если вы будете нижайше просить у меня прощения, — предупредил я, снова переключая свое внимание на Теру. — Ну а ты? Согласна немного потерпеть тесное соседство с подонком, который продал душу, или сбежишь с корабля в первом же порту?

Признаться, я ждал, что мои слова, или по меньшей тон, вызовут у нее более бурную реакцию. Но она :то стояла и смотрела на меня, и в ее карих глазах было не столько презрение, сколько жалость.

— Я остаюсь, — ответила она. — Я тоже выполняю свои обязательства по контракту.

— Хорошо, — согласился я. — Значит, мы все опять большая дружная семья. Как мило. Реве, твоя вахта, наверное, еще не кончилась?

— Я остаюсь на корабле, Маккелл. Пока что, — спокойно сказал он. — Но не забывай о том, что я говорил 1гебе. Если обнаружится, что мы везем оружие или наркотики, я выхожу из дела.

— Не забуду, — пообещал я.

Он еще какое-то время сверлил меня тяжелым взглядом, потом кивнул в ответ и хлопнул по кнопке замка. Дверь открылась, и он скрылся в коридоре. Тера последовала за ним, но на пороге задержалась.

— Выход есть, Джордан, — сказала она тихим, спокойным, искренним и полным бескрайнего идеализма голосом, каким всегда выдают простые способы вылезли из крупных неприятностей. Вообще-то я терпеть не могу подобные сочетания. Но как ни странно, барышне оно было где-то даже к лицу. — Всегда можно найти выход. Надо просто очень захотеть.

— Когда-то я тоже так думал, — ответил я. — Думал, что на любую загвоздку найдется простое и быстрое решение.

— А я не говорила, что решение должно быть быстрым или простым, — с жаром сказала она. Идеализма в ее речах поубавилось, зато доля благонамеренности резко возросла. — Я просто сказала, что оно есть, если ты действительно захочешь найти его.

— Я буду иметь в виду, — пообещал я. — А пока я занимаюсь этим многообещающим умственным трудом, попробуй уразуметь, что какой-никакой гарантированный кусок хлеба все же лучше голодной диеты, на которой сейчас сидят все, кроме паттхов, конечно. Для компьютерных спецов вроде тебя все просто, вам не надо летать на космических кораблях; компьютеры есть везде. Но я еще не научился летать на бухгалтерских арифмометрах, ясно?

— Думаю, все зависит от того, как дорог тебе этот гарантированный кусок, — сказала барышня. — По сравнению, скажем, с самоуважением.

И она снова повернулась к двери, нацелившись покинуть рубку на этой высокой ноте.

— Кстати, Тера, — окликнул я ее.

Барышня затормозила — почти неохотно, наверное, ей не понравилось, что я испортил ее драматический уход со сцены.

— Да?

— Эверет говорил мне, что, когда он собирал всех по тревоге в связи с побегом Шоуна, ты была в механической мастерской, — сказал я. — Что ты там делала?

Тера окатила меня презрением.

— Я искала набор часовых отверток, — надменно ответила она. — Один из моих дисплеев что-то забарахлил, и я решила попробовать его подстроить.

— А-а, — протянул я. — Спасибо.

Она жгла меня взглядом еще пару ударов сердца, после чего обронила:

— Всегда пожалуйста.

Повернулась и вышла, закрыв за собой дверь.

Я выждал минуту, пока они с Никабаром разойдутся на выходе в коридор, потом встал и снова открыл дверь. Я не меньше прочих люблю уют и покой, но если кому-то придет в голову прогуляться по средней палубе, мне нужно быть в курсе.

Вернувшись в кресло, я снова занялся тем, от чего меня отвлекла делегация недовольных: принялся хмуро I таращиться на дисплеи. Тера и Никабар, по крайней мере, пришли и высказали все, что обо мне думают. Интересно, сколько еще народа разделяет их подозрения, но не спешат выяснять отношения открыто?

Я вовсе не стремлюсь снискать всеобщие симпатии. Ну, по правде говоря, меня это волнует не меньше, чем остальных, но я давно уже для себя уяснил, что личности, которым я нравлюсь, встречаются крайне редко. Однако на данный момент жизненно важный вопрос заключается не в популярности, а в доверии и дисциплине. Если и есть какой-то шанс проскочить через затягивающуюся петлю паттхов, то он требует, чтобы мы все работали слаженно и сообща.

Все мы. Включая диверсанта.

Было бы чрезвычайно полезно узнать, чего же он добивается. Но пока что мне никак не удавалось состыковать воедино три или четыре инцидента, которые имели место на корабле. Если кто-то знает, что содержится в грузовом отсеке «Икара», и если содержимое его обладает такой ценностью, как все мы думаем, то почему он не сдал нас паттхам в Потоси и не потребовал вознаграждения? Или же наводка наджиков на контрабанду драгоценными камнями была неудавшейся попыткой именно это и сделать? А как сюда вписываются нападения на Джонса и Иксиля?

Внезапно я выпрямился в кресле, в моей голове промелькнула мысль, которую я сам десять минут назад высказал Никабару, мысль о том, что похитители могут подсунуть им своего пилота. Очень даже возможно, что паттхи именно это и пытаются сделать, у них вполне достаточно денег, чтобы швыряться ими, а я — единственный, которого они знают из всей команды. Один хорошо продуманный удар может навсегда вывести меня из игры, и тогда остальным останется только искать нового пилота.

А если паттхи могут трясти большими суммами перед носом пилотов, то что им мешает купить и механика? Наш внедренный агент, независимо от его талантов и умений, не может один вести корабль таких размеров и формы. Но вот двое агентов паттхов вполне могут с этим справиться.

И если для комплекта ему нужен механик, то легче всего заполучить его на борт, организовав вакансию. Наш диверсант добился успеха и убрал с дороги Джонса. Но я опередил его, у меня уже был наготове Иксиль. Может быть, угроза отравления была просто неуклюжей попыткой запугать моего напарника?

Если это так, то их ждет глубокое разочарование. Каликси вообще не так-то просто запугать, а Иксиля — тем более.

Тогда остается один-единственный вопрос: почему «Икар» все еще не попал в руки паттхов? Кажется, мне удалось нащупать ответ и на него. Дядя Артур сказал, что Генеральный директор паттхов лично связывался с правительствами планет, лежащих на нашем предполагаемом пути. Но что, если он говорил не от лица всех паттхов? Я всегда полагал, что паттхи очень монолитны, по крайней мере, когда дело касалось их отношений с другими расами, это выглядело именно так. Но что, если это не совсем так?

В таком случае наш диверсант не сдал нас этим несчастным монополистам только по той причине, что у него не было под рукой тех паттхов, которые в этом заинтересованы. Может быть, таможенный обыск на Потоси был попыткой предупредить кого-то, только этот «кто-то» не получил послания вовремя. Или мой трюк с именем Антоновича избавил нас от неприятностей и позволил нам покинуть планету быстрее, чем некоторые этого хотели.