Чувствуя как портится и без того не лучезарное настроение, отвернулась, сытая трагикомедией, уставилась в окно, за которым проплывала набережная. Этикет обязывал поддержать разговор с Никой. Для этого я была приглашена. И Ника не отрывала от меня взгляда, равнодушная к финским достопримечательностям.
— Как вам Финляндия и Йоэнсуу? — повернулась к девушке, не скрывавшей заинтересованности.
Или мне кажется, или она из этих?
— Я уже была пару раз в Хельсинки. Ничего, но я не люблю снег, зиму… да и лыжи не очень, — призналась девушка. — С братом приехала. Он женится скоро.
Последние слова потонули в грохоте музыки. Девушка недовольно покосилась на водителя, который не торопился убирать слишком громкий звук.
— Предсвадебное путешествие, — тонко пошутила я, когда, наконец, совесть водителя проснулась и убавила звук.
— Да, Пашка хотел, чтобы я познакомилась с его невестой.
— И как впечатление? — поддержала разговор.
Машка соврала. Получается у нас всего две пары. Она и Димочка, и неизвестные пока Паша и Настя.
— Еще не поняла, но ничего. Вроде адекватная, — пожала плечами Ника, разглядывая лейблы на моей куртке. — Он для знакомства всю семью хотел взять с собой. И мама была не против. Но отец сказал, что меня одной вполне достаточно.
— Правильно, — подал голос Димочка. — Не стоит на девушку вываливать столько «хорошего» сразу. А то бедную разорвет от счастья.
Он засмеялся собственной шутке. Машка надулась, что любимый слушает гостью, а не ее. Мы с Никой переглянулись. Для меня бестактность Димы не стала новостью. Человек талантливый талантлив во всем, это же верно и для ущербного.
— Родители едва не поругались из-за этого. Мама так переживает за него. Брат сильно изменился. Раньше он был, как скала, не пробиваемый, а теперь нервный, агрессивный. Чуть что вспыхивает. На ровном месте скандалы устраивает. Маме удалось узнать, что все из-за девушки. Он влюбился. Когда осознал это — начался кошмар. У таких как он любовь — это борьба с собой, ну а мы все за компанию огребали. Я даже уехала на пару месяцев в Европу, когда уже конкретно достал.
— Ну, теперь все позади. Девушка с ним, — улыбнулась я, сочувствуя семье тирана и эгоиста.
— Она еще не дала окончательного согласия, — уклончиво ответила Ника.
Во взгляде девушки скользнула печаль и робкая надежда.
— Разумный мужчина редко влюбляется в безнадежный случай, если это не игра в чувства. Так что девушка, скорее всего, согласится, — успокоила Нику. — Свадьба дело времени.
— Я свадьбу брата на Новый год загадала… и мама… и отец… и даже Грызлик, — делилась семейными проблемами Ника.
— Грызлик?
— Да, Пашка завел собаку. Терьера. Как в фильме «Маска». Грызликом назвал. Он первым делом как появился, сгрыз его загранпаспорт.
— Ой, там что-то происходит на льду, — Машка перебила исповедь Ники, тыкая пальцем в сторону реки.
— Кажется, тонет кто-то, — предположил Дима, снизив скорость и вглядевшись в мечущиеся у берега фигуры людей. Резко затормозив, выругался:- Ну, вот пробка образовалась из-за брошенной машины!
— В полынье тонет ребенок или собака… не понять, — проговорила Ника. — Собака… но в детской шапке.
— Ой, смотрите, кто-то бежит спасать, — переживая, Машка закрыла ладонями глаза. — Какой молодец!
— Идиоты всегда найдутся, — отозвался Дмитрий, останавливаясь в длинной веренице машин и ожидая развязки события. — Это он бросил свой «Мерс» посреди дороги. Теперь другим не проехать!
На глазах Дима из воспитанного принца превратился в парнокопытного «Росинанта».
— Не идиоты, а герои, — упрямо не соглашалась Ника. — Парень молодец!
— Кто такой? — закусив губу, волнуясь за смельчака, проговорила Маша.
— Куртка как у брата, — задумчиво, словно сама себе проговорила Ника.
— Едем, — поторопила Дмитрия Машка. — Темнеет быстро. Хотелось бы засветло добраться до коттеджа.
Дмитрий не ответил, зазвонил телефон, и он выскользнул на улицу, забыв о Маше. Девушка обиженно отвернулась, глядя в другую сторону в окно.
— Чем больше проявляешь чувств, тем хуже ответное отношение. Подпись: все парни на Земле, — Ника с неприязнью глядела на смеющегося Диму. — Они все словно сговорились и мстят нам за что-то.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Видя, что настроение девчонок упало и грозит вылиться вечером в катастрофу, когда накатаются гости и Иван, я думала чтобы предпринять для поднятия духа. Машка злилась на невнимание Димы. Ника на вынужденное пребывание в неуютном и сыром городке из-за прихоти брата-самодура.
— Девочки, извините, срочное дело, — дверца открылась, явив довольное лицо Дмитрия. — Маш, отвези девочек. Я подскочу позже. Ок, милая? Освобожусь — позвоню.
Глава 47
Не дожидаясь ответа, он закрыл дверь и поспешил в сторону собравшихся на мосту людей.
— Ок, — кисло откликнулась Машка, переползая на место водителя и включая зажигание. — Мне кажется, у него кто-то есть. Он изменился с тех пор, как я ему призналась. Глупо было говорить это первой. Парни такое не ценят.
— Запасной аэродром? — Ника с неожиданной злостью посмотрела вслед Диме. — Пусть сам побудет запасным аэродромом.
Я включила психолога, поддерживая разговор и соображая что же делать для поднятия настроения.
— Дело не в аэродроме. Парни охотники. Даже самые скромняги мечтают о воображаемом гареме. Когда ты признаешься — это сигнал, что ты уже в нем, и пора искать новую цель, — ответила обеим, не понимая смены настроения у Ники.
Парень похожий на брата ей испортил день? Надо же так достать своих из-за какой-то девчонки! Вот бы посмотреть на эту… роковую женщину-вамп.
— Может наоборот, лучше признаться и по реакции понять стоит ли игра свеч, — ответила, немного подумав, Машка. — В ожидании его «люблю-будь-моей-женой» можно всю жизнь просидеть. И остаться в итоге у разбитого корыта.
— Выйдя за него тоже можно остаться у корыта, — подала голос Ника, без интереса разглядывая превратившиеся в кашу улицы города. — Если не обращать внимания на язык, окружающее напоминает московские дворы. Стоило ли уезжать?
Меня вдруг осенило, взглянув на время, неумолимо отсчитывающее секунды, приближающие нас к вечеру, я скомандовала Машке:
— Маш, ребят не будет до полуночи. Что мы будем делать в пустом коттедже столько времени? Давай заедем и посидим где-нибудь. Настроение у всех как-то не айс, надо с этим что-то делать. А то к вечеру кусаться начнем.
Подруга, пробирающаяся по запруженной машинами улице, пожала плечами, не найдя слов для возражения. Она резко свернула на свободную улицу, расчищенную дорожными службами от снега, и остановилась возле вывески караоке-бара. Сердце в нехорошем предчувствии сжалось, но ситуация требовала жертв.
— Маш, мы просто посидим с парой коктейлей, — предупредила я подругу, молча кивнувшую мне. — Никаких Сердючек на бис.
— Ань, не до бисов вообще, веришь? — Машка уже раздевалась, проходя внутрь.
Ничего не подозревающая Ника шла за нами. Внутри уже собирались посетители. На небольшой сцене низенький и полноватый финн исполнял йодль, старательно выводя рулады. Ему вяло хлопали. Мы расселись и заказали по коктейлю. Певца сменил другой, решивший дать мастер-класс по йодлю. Его активно поддержали друзья.
— Они серьезно? — вскинула брови Ника, удивляясь выбору репертуара.
— Другой менталитет, — вздохнула Маша, отпивая пару глотков, игнорируя трубочку.
— Русской душе, любящей удаль и размах, не понять, — поддакнула я, перемешивая радужные слои в один непонятный цвет.
День не задался, финны сменяли друг друга, выводя рулады голосами разной степени паршивости. Ну, так казалось нам, слушающим все это. Настроение не появлялось, хотя официант уже дважды сменил стаканы на полные. Я с завистью смотрела на аборигенов. Им было весело, каждого исполнителя приветствовали аплодисментами и смехом. И ни один(!), ни один не пялился в телефон. Они пришли пообщаться вживую и общались.
