— Но если мы хотим уничтожить Себастьяна… — начала Изабель.
— У нас нет доказательств, что Себастьян что-то замыслил, — прервал ее Магнус. — Вполне возможно, он просто хочет поселиться в уютном коттедже в Идрисе.
— С Клэри и Джейсом? — спросил Алек.
Магнус пожал плечами:
— Кто знает, зачем они ему понадобились? Может, ему просто одиноко.
— Себастьян не стал бы похищать Джейса с крыши только потому, что истосковался по крепкой мужской дружбе, — сказала Изабель. — Он что-то задумал.
Все посмотрели на Саймона.
— Клэри пытается выяснить, что именно. Ей нужно время, и не говорите, что времени у нас нет. Она сама об этом знает, — сказал он.
Алек провел рукой по волосам.
— Мы только что потеряли целый день. Это непозволительно. Больше никаких глупых идей! — закончил он резко.
— Алек… — Магнус положил руку на плечо возлюбленного. — Алек, что с тобой?
Алек посмотрел на него и вдруг сказал:
— Ты кто такой?
Магнус вздрогнул:
— Александр, ты…
— Ладно, это была шутка.
— Да ты… — возмутился Магнус.
Прежде чем он успел продолжить, дверь распахнулась, и в гостиную вошли Майя и Джордан. Щеки обоих раскраснелись от мороза; Саймон заметил, что на Майе была кожаная куртка Джордана.
— Мы только что вернулись от Люка, — взволнованно проговорила девушка. — Люк еще не проснулся, но, похоже, он скоро поправится… — Увидев мерцающую пентаграмму и еще не рассеявшееся облако черного дыма, она осеклась. — А чем вы тут занимались, ребята?
Благодаря чарам и способности Джейса ловко взобраться на старый мост и затащить на него Клэри им удалось убежать от итальянской полиции. Когда опасность миновала, они остановились и рассмеялись. Клэри была на седьмом небе от счастья; ей хотелось уткнуться Джейсу в плечо, но внутренний голос напомнил, что это не Джейс, и ее смех затих.
Джейс принял внезапную перемену ее настроения за усталость. Он взял ее за руку, и они вернулись на улицу, с которой начали свой путь. По телу Клэри пробежала дрожь.
— Тебе холодно?
Джейс прижал ее к себе и поцеловал, потом приподнял и пронес сквозь стену дома.
Опустив ее на пол, он пинком захлопнул невесть откуда взявшуюся дверь и уже собирался сбросить куртку, когда раздался сдавленный смешок.
В комнате вспыхнул свет. Себастьян сидел на диване, положив ноги на кофейный столик, светлые волосы были взъерошены, черные глаза блестели. Он был не один, по обе стороны от него сидели две девушки. Одна — светловолосая, в короткой юбке и топике с блестками; рука ее лежала на груди Себастьяна. Другая — в кружевном черном платье, с красным бархатным ободком в коротких черных волосах.
Клэри напряглась. Вампирша, подумала она про темноволосую. Девушка поняла, что ее раскусили. Она ухмыльнулась, показав острые зубки, а потом наклонилась к Себастьяну и сделала вид, что сейчас вопьется ему в шею. Сквозь опущенные ресницы Себастьян посмотрел на Клэри.
— Ну, как тебе свидание? — спросил он.
Клэри хотелось нагрубить, но вместо этого она с неопределенным видом кивнула.
— Ну, может, присоединишься к нам? — Себастьян указал на себя и девушек. — Выпьем?
Темноволосая засмеялась и что-то спросила у Себастьяна по-итальянски.
— No, — ответил Себастьян. — Lei e mia sorella.
Девушка откинулась на спинку дивана с разочарованным видом. У Клэри пересохло во рту. Она вдруг ощутила прикосновение руки Джейса.
— Я так не думаю, — сказал он. — Мы идем наверх. Увидимся утром.
Себастьян пошевелил пальцами, и на одном из них сверкнуло кольцо Моргенштернов.
— Чао.
Джейс вывел Клэри из комнаты, и они поднялись по стеклянной лестнице. Она никак не могла отдышаться. Себастьян был во много раз хуже этого Джейса. От него разило угрозой.
— Что он сказал? — спросила она.
— «Нет, она моя сестра», — ответил Джейс. О чем спрашивала девушка, он умолчал.
— Он часто так делает? Ну, приводит девушек?
Джейс дотронулся до ее лица:
— Он делает, что хочет, я не спрашиваю. Если ему захочется, может привести двухметрового розового кролика в бикини. Это не мое дело. Но если тебя интересует, приводил ли сюда девушек я, то нет. Кроме тебя, мне никто не нужен.
Она спрашивала не об этом, но все же кивнула:
— Мне не по себе, Джейс…
— Можешь сегодня спать со мной в моей комнате. — Его глаза светились во мраке. — Не буду просить, но…
— Я хочу… с тобой, — сказала она, удивившись собственной горячности.
— Дай мне секунду прибраться. Там бардак, — сказал он.
— А… ну да, когда я туда заходила, то видела пылинку на подоконнике. Живо ее убери! — нашла в себе силы пошутить Клэри.
Он запустил пальцы в ее волосы:
— Я, конечно, понимаю, что сам себе все испорчу, но в чем ты будешь спать? В пижаме или…
Она вспомнила о шкафе, полном одежды. Ей придется к этому привыкнуть. И начать можно уже сейчас.
— Пожалуй, схожу возьму ночную рубашку.
Несколько минут спустя, стоя у раскрытого шкафа, она подумала, что ночные рубашки, которые покупают мужчины, вовсе не обязательно отвечают вкусам женщин. Обычно она спала в топике и шортиках, но здесь все было шелковым, в кружавчиках, или полупрозрачным. Наконец она выбрала бледно-зеленую шелковую ночную рубашку, которая доходила ей до бедра. Она вспомнила о красных ногтях девушки, положившей руку на грудь Себастьяна. Сама она ногти обгрызала, а те, что на ногах, красила разве что прозрачным лаком. И еще она подумала о том, можно ли осознавать свою красоту и использовать ее как оружие. У Изабель это получалось, у нее — нет.
Перед тем как отправиться в спальню Джейса, она на удачу дотронулась до кольца на пальце. Ответа не последовало.
Джейс сидел на кровати в черных пижамных штанах и читал книгу, залитую желтым светом ночника. Она на мгновение застыла, наблюдая за ним. Прямо над сердцем была метка Лилит. Серебристокрасная, как кровавая ртуть, она казалась лишней на его теле.
Дверь со щелчком закрылась, и Джейс поднял глаза. Он изменился в лице. Если Клэри эта ночная рубашка не понравилась, то ему — явно да. От его взгляда Клэри вздрогнула.
— Тебе холодно?
Он откинул одеяло и положил книгу на тумбочку. Затем они оба проскользнули под одеяло и повернулись лицом друг к другу. В лодке все было по-другому. Там они были у всех на виду, в городе. А здесь — одни, под одеялом.
Их дыхание сливалось. Джейс дотронулся до ее щеки, и она подумала, что в любую минуту может оглохнуть от стука собственного сердца. Глаза его были так близко, что она могла разглядеть в них узоры из золотистых крапинок. Теперь ей было не холодно, а скорее жарко, хотя они едва прикасались друг к другу. Ей хотелось поцеловать его.
