Гай и Хейа повели себя как строгие родители, то это зацепило. Я не решилась с ними спорить и вернулась в комнату. Айра разбирала вещи.
– Айра, а мы на рынок пойдём?
– Мама сказала, что всё завтра. Сегодня нужно отдохнуть, помыться с дороги и хорошо выспаться, а вот с утра и к портнихе пойдём, и на рынок. Отец будет занят, у них с Олманом много дел, так что с нами Скай будет ходить.
«Та-ак! Айра не помощник. Но не сидеть же здесь до самого вечера!» – погулять по городу очень хотелось. Я достала ремень с кинжалом и застегнула его на поясе, клинок хорошо спрятался в складках, перевязала платок, так чтобы светлые пряди не выбивались, накинула короткую жилетку с карманами и потопала к выходу.
– Кари, ты куда?
– Ты меня не видела, к ужину вернусь.
– Но мама…
Я спустилась в просторную переднюю, прошла через широкий мощёный двор и вышла за ворота. Но далеко уйти не успела, даже десятка домов не миновала, как меня нагнал Скай. Он часто дышал и одет был кое-как:
– Ты куда собралась?
– У тебя не спросила…
– Кари, давай вернёмся… Завтра пойдём куда захочешь, – и схватил за руку.
– Тебя Гай послал, да?
– Айра сказала, что ты ушла… вот я и…
– А почему сегодня нельзя?
Парень опустил глаза:
– Перед самой ярмаркой обычно бывают казни… и тела ещё висят… так что не надо на это смотреть.
– Что?! Казни?! – мне поплохело. Впечатление сказочного города быстро развеялось. – И долго они… – я сглотнула, – висеть будут?
– К утру снимут… Поэтому родители нас в такие дни не отпускают, хотя я, пока в столице жил, насмотрелся… Пойдём, а?
– Ладно, уговорил. Пошли обратно.
Мы вернулись в гостиницу. На первом этаже, в таверне, я присела на скамейку возле столика в углу. Скай принёс две большие кружки пива и тарелку жареного хлеба.
– Перекусим пока, до ужина…
Пока я хрустела сухариками и пила пиво, парень сидел напротив и просто смотрел, потом спросил:
– Ты обижаешься на меня?
– Нет. За что на тебя обижаться?
– Ты знаешь, за что…
– Главное, что ты уже успокоился. Я хотела объяснить, что никому не продавалась, но ты слишком быстро удрал, да и потом не разговаривал…
– Извини… я дурак…
– Знаю…
Мы рассмеялись.
– Скай, а за что могут казнить?
– За преступление против террхана.
– Что это значит?
– Да что угодно… Если решат, что какой-либо проступок – это преступление против террхана.
– А женщину могут казнить?
Юноша посмотрел на меня как на ненормальную:
– Конечно же нет! Что ты такое говоришь?
– А почему?
– Как почему? – парень был совсем сбит с толку. – Женщин не казнят.
– А наказать могут?
– За что?
– Ну, за воровство, например, или за убийство?
Скай несколько минут соображал, а потом шёпотом спросил:
– Кари, к чему такие вопросы?
– Ну, всё-таки… Просто интересно…
– Странный интерес…
– Не хочешь, не рассказывай…
– Нет, что ты… почему не хочу, просто не понимаю.
– Тогда расскажи…
– Могут наказать, конечно, но это может сделать только муж. Если мужа нет, тогда отец или мать и даже старший брат.
– А если никого нет?
– Так не бывает…
– Предположим, что бывает…
– Тогда я не знаю… – Скай задумался на несколько секунд. – Вспомнил! – Наклонился поближе и тихо проговорил: – Могут продать…
– Кому?
– Вербовщикам… А те переправят на Север. Но такое бывает очень редко. Я только один подобный случай знаю и то не уверен, что это правда.
– А как родственники могут наказать?
– Не выпускать из дому.
– И что?
– И всё. Ну, поругаться могут, нагрузить какой-нибудь работой… Но я не уверен… В каждой семье свои порядки.
– А кто решает, преступление против террхана или нет?
– Сам террхан или наместник и его совет.
На этом месте нас прервали. Рядом со столиком возник «викинг». Тот самый, который подкатывал ко мне на одной из стоянок:
– Эрдана… Можно вас на пару слов?
Вместо меня ответил Скай:
– Нет, нельзя! – и вскочил с места.
– Это не вам решать, юноша. Насколько я знаю, эрдана Карина вполне самостоятельная девушка и может принимать решения без чьей-либо помощи.
«Вот проныра, уже и имя знает, и то, что я одна путешествую… Кто-то из каравана проболтался. Надо всё же выяснить, чего он хочет».
– Хорошо, фаэдр, давайте поговорим, не знаю пока вашего имени…
Северянин сверкнул белоснежной улыбкой и, отвесив поклон, представился:
– Арвид Ливен Хакан эн Фрейр, старший гимастриан первого пархонта Великого террхана Северных земель.
Стоящий рядом в напряжённой позе Скай присвистнул. Глядя прямо в серые глаза вербовщика я выдала заготовку, которую именно на такой случай, когда нужно будет официально представиться, придумал для меня Мозговой:
– Карина Мрэя Алексана эн Матвэй, – с ударением на первый слог в имени рода.
«Викинг» приподнял бровь:
– Дом Ма́твэй?
– Вас что-то не устраивает, фаэдр Арвид? – я скопировала его удивление.
Он хмыкнул и повернулся к Скаю:
– Я могу поговорить с эрданой наедине?
– Скай, иди, со мной ничего не случится, когда столь знатный фаэдр рядом, – и подмигнула.
– Я буду неподалёку, – буркнул парень и, прихватив свою кружку с пивом, пересел в противоположный угол зала.
Северянин присел на его место:
– Я рад, что вы согласились поговорить, эрдана Карина.
Я кивнула.
– Ваше имя… я немного удивлён, такое древнее…
Я продолжала помалкивать. Не дождавшись реакции, он продолжил:
– Дом Матвэй был очень знаменит в своё время и влиятелен не только здесь на Востоке, но и на Западе, и даже у нас, на Севере…
Я молчала как партизан: «Ну Мозговой, ну профессор, увижу – убью! Это ж надо подставу такую сотворить! Какой древний род?! Чем знаменит и влиятелен?! Сказал, что только адаптировал мои настоящие имя и фамилию, вставил имена родителей и подправил на местный манер! Это ж надо так попасть, а?! Ну, я тебе устрою, умник! Как же теперь выкручиваться?!»
– Эрдана, о чём вы так усиленно думаете?
– О том, как нелегко быть единственной представительницей столь древнего дома.
– Да… – «викинг» вздохнул, – уже больше века о доме Матвэй ничего не известно. У вас есть какие-либо реликвии, принадлежащие вашему роду?
– К сожалению, нет, фаэдр, – я на ходу придумывала новую легенду. – Только недавно я узнала, что имею такие древние корни. Меня не посвящали в историю нашей семьи по неизвестным причинам. А после гибели моих родных я осталась совсем одна… Вот и путешествую пока с Гаем и его семьёй, они приняли меня как родную.
– А где же вы жили ранее?
– Фаэдр Арвид, вы хотели со мной о чём-то побеседовать, а вместо этого пытаетесь устроить допрос, – я говорила спокойным
