мизере. Не сказать что много проигрывает, но и выигрывает тоже немного. Также о нём ходит слушок, что он за небольшую мзду может помочь откосить от армии.
— Павел Дмитриевич, а можно мне с вами пошептаться отдельно от компании? — перехватил я его, когда он возвращался к нашему праздничному столу из кухни, где у нас была импровизированная курилка.
— Жень? Это что-то важное?
— Очень! Мне нужен ваш совет. Всего на пару минут, — и я указал на дверь в свою комнату.
— Ну, хорошо, — он зашёл ко мне и нетерпеливо поинтересовался. — Что у тебя?
— Вот, — я протянул ему незапечатанный конверт с деньгами внутри.
Он его принял, заглянул, как-то слишком быстро и профессионально пересчитал. И только тогда поднял на меня удивленный взгляд.
— Зачем это? Хочешь откосить от армии? Для внука Тони я сделаю это и без денег. Но тебе вроде рано еще об этом задумываться, — произнёс он, тем не менее не делая попытки вернуть мне конверт.
— Нет. Наоборот. Это плата за то, чтобы попасть в армию. В группу советских войск в Германии, — затараторил я, спеша уложиться в создавшуюся паузу. — Я летом собираюсь поступать на заочное отделение в Пятигорский государственный педагогический институт иностранных языков. На переводческий факультет. И мне очень не помешала бы языковая практика. А попасть в ГСВГ[98] сейчас очень трудно. Если там мало, — я кивнул на конверт зажатый в руке подполковника, то я готов доплатить.
— М-да. Первый раз мне платят, за то, чтобы пойти в армию, — покрутил из стороны в сторону головой военный. — Сейчас, действительно, из нашего округа набирают очень мало срочников в ГДР. Стараются оставить старых на сверхсрочную службу. Группу войск потихоньку сокращают и выводят.
— И что? Ничего нельзя сделать? — удивился я.
— Почему? Можно, — Павел Дмитриевич покосился на конверт в своей руке и спросил. — У тебя когда постановка на первоначальный учёт?
— Не знаю, — растерялся я. — У нас тринадцатая школа, обычно по номерам идут, в начале весны, наверное.
— Вот! Как только вам сообщат, сразу мне позвонишь, чтобы я на месте в тот день был. И я сразу внесу тебя в списки призывной сборной команды в ГСВГ. И это, мне надо будет подмазать кое-кого в штабе округа, так что готовься заплатить ещё.
— Конечно. Давайте сразу, — я вытащил второй приготовленный конверт с еще пятью сотнями рублей. — Вот, держите.
— Это твои деньги? Антонина меня не съест? — запоздало взволновался мужик.
— Мои. Заработал ремонтами и так, прочим, — покрутил я растопыренной пятернёй в воздухе. — Бабуля против не будет.
— Дай-то бог, дай-то бог, — проговорил Павел Дмитриевич и, спрятав конверты во внутренний карман пиджака, хлопнул меня по плечу, произнес. — Пойдём праздновать, боец!
Глава 20
Как мы с друзьями и планировали, первого января нового 1990 года, мы отправились гулять. Побродили по заснеженному городу, спустили кучу двугривенных в недавно установленной фотобудке. С завистью посмотрели на малышню катающуюся на санках с кручи спуска, рядом со строящейся каменной лестницей к пляжу. Перекусили блинами в кафе «Якорь» и отправились в кинотеатр «Октябрь» на американский фильм «Враг мой». Фильм крутили уже недели две, но попасть на него у нас не получалось. Но позавчера, выстояв огромную очередь, Лубенцы смогли купить билеты на сегодня для всех. В своём ином прошлом я тоже смотрел этот фильм и тогда он мне понравился почему-то больше чем сейчас. Но остальные были в восторге.
А еще у нас с Олей, вечером этого же дня случился полноценный секс. В тот день, когда мы попались её предкам, матушка просветила Ольку о взаимоотношениях мужчины и женщины и рассказала о средствах защиты при подобных взаимоотношениях. Слава всем богам, что про презервативы, а не про внутриматочные спирали.
И девчонка загорелась попробовать. Даже сделала попытку купить «гандоны» в аптеке подальше от нашего места обитания. Но её почему-то обозвали «лярвой» и выгнали из аптеки, в чём она мне и призналась.
— Оль? А ты можешь, дословно озвучить, что ты там в аптеке говорила? — заинтересовался я.
— Ну. Здрасте. Продайте мне, пожалуйста, два «гондона».
— Ха-ха-ха, — заржал я в полный голос, но увидев навернувшиеся слёзы в глазах девушки, прекратил смеяться и, подойдя, обнял её. — Дурочка. «Гандон», это простонародное название. Эти изделия, называются — презервативы. А ещё фармацевтом хочешь стать, — подколол я её и чмокнул в порозовевший носик.
— Но мама так их называла, — растерянно пробормотала девушка.
— Значит, она их не покупала. Вот, — я вытащил из аптечки ленту из пяти презервативов. Вот так они выглядят. Знаешь как ими пользоваться?
Девчонка покраснела пуще прежнего и робко сказала:
— Надо их надевать на…а него, — и смущенно показала пальчиком в сторону моего паха.
— Значит, будем тренироваться. Иди сюда.
Тренировки ей понравились, а мне нет. Но я стоически терпел в предвкушении нормального секса. И не зря. Всё у нас получилось. Прав был генералиссимус Суворов — тяжело в учении, легко в бою.
…
В середине января получил письмо из Ростова-на-Дону, от дяди Игоря. С Новогодними поздравлениями и благодарностями за подаренные лотерейные билеты. У него с ними была целая история. В тот день на вокзале, получив билеты от меня, он сунул их во внутренний карман пиджака и побежал встречать семью.
А про билеты напрочь забыл. А в декабре, когда случайно посадил пятно на пиджак и собирался сдавать его в химчистку, то выгреб все накопившиеся бумажки из карманов на стол. Где лотерейные билеты и нашла его дочь, которая их и схватила с криками «денежка, денежка». Денежку, естественно, отобрали, и тогда Игорь Алексеевич и вспомнил про мой подарок. Не поленился найти сентябрьскую газету «Труд» в ближайшей сберкассе с итогами розыгрыша и с радостью и удивлением узнал, что стал обладателем «телевизионного приёмника цветного изображения» за 750 рублей. Из двух билетов выигрышным оказался только один.
Правда, за 750 рублей цветных телевизоров в торговых сетях не оказалось и пришлось соглашаться на «Славутич Ц-208» за 665 рублей. Вернули ли ему разницу стоимости выигрыша и магазинной цены, он не написал. Но я искренне порадовался за него, о чём и написал в ответном письме. Такой телевизор как у него, я знал. У соседа-участкового такой был. Жмур после покупки хвастался индивидуальным блоком настройки шести каналов, вот я и запомнил.
…
В конце января, случился первая, и я очень надеялся, что последняя попытка меня прогнуть в отношении доли дохода от кооператива Сидоровых.
— Вот, это тебе, — выложила передо мной стопку купюр тётя Вика. — И вот здесь распишись. — придвинула она какие-то
