штору в кабине примерочной и вышла к Еве, чтобы продемонстрировать свой выбор.
— О Боже, — застонала подруга и брезгливо поморщилась. — Островская, быстро снимай этот ужас! Такое платье подойдёт разве что почтенной настоятельнице католического монастыря, но никак не молодой привлекательной женщине, которой ты до сих пор являешься, хотя почему-то упорно стремишься об этом забыть.
Не дав Але толком рассмотреть себя, Ясная мягко оттеснила её от огромного зеркала, которое занимало всю стену в помещении между кабинками примерочной, и отправила обратно переодеваться.
— На вот примерь лучше это, — сказала она, вкладывая в руки Алевтины подходящий с её точки зрения вариант эффектного вечернего наряда.
Островская застыла, глядя на роскошное чёрное платье в пол с v-образным декольте и довольно открытой спиной. Нарочитая простота дизайнерского решения, только добавляла ему элегантности. Красота! Но вряд ли она по доброй воле решится его надеть.
— Ева, я такое не ношу. Слишком… — Аля замолчала, подбирая слова, но так и не придумала ничего дельного, чтобы отвертеться от предложенного Ясной наряда. — Не хочу в общем. Я уже со счета сбилась… Сколько можно? Пятый магазин, десятое платье…
Провести подругу ей не удалось, Ева была крепким орешком в вопросах шопинга.
— Да-да, я такое не ношу, и туда я не хожу… — кивала Ясная, уже настойчивее заталкивая Алевтину в примерочную. — Прекращай капризничать! Будем мерить столько, сколько нужно, чтобы найти идеальное, даже если оно будет пятидесятое. Ты должна всех затмить.
— Прямо таки и всех?! Не думаю, что Хая Вениаминовна обрадуется моему столь тщеславному стремлению перещеголять именинницу. Как-то даже неприлично, — попробовала пошутить Островская.
— Три раза ха. Смешно. Вот это как раз несложно. Тётке Боринштейн сколько исполняется? Сто лет в обед?
— Всего-то восемьдесят, — улыбнулась Аля. — Не сто, конечно, но юбилей.
— Это определенно меняет дело, — Ева наигранно вздохнула и подняла глаза к потолку. — Странное чувство юмора у твоего Ринберга- на первое свидание тащить девушку в такую компанию.
— Он не мой, и это не свидание! — сказала, как отрезала, Островская, пытаясь стянуть с себя не понравившееся Ясной платье.
— Я тебе, конечно, верю…
— Чёрт бы побрал этого Ринберга вместе с его приглашениями, — невнятно бубнила Аля себе под нос, надевая чёрное платье.
— Не ругайся! Тебе не идёт. Из нас двоих именно я разгильдяйка и плохая девчонка.
— Ева, прекрати паясничать. Лучше помоги застегнуть платье, — попросила Алевтина.
— Оно идеально! — восхитилась Ясная. — Тебе очень идёт.
— А по-моему оно меня слишком обтягивает, — засомневалась Островская, скептически рассматривая себя в зеркале.
— Не обтягивает, а подчеркивает силуэт. А фигура у тебя аппетитная. Ринберг твой слюной захлебнётся, и не только он, — подбодрила подруга.
— Ева! — грозно сказала Аля. — Я же просила.
— А что Ева? — она задумчиво посмотрела на Алевтину. — Может тебе очки купить?
— Какие ещё очки? Зачем? У меня нормальное зрение.
— Да?! — удивленно приподняла брови Ясная. — А то я что-то стала сомневаться… Симпатичный, умный, состоятельный и состоявшийся мужчина обратил на тебя внимание, а ты его всё никак не разглядишь. Он даже с сыном твоим ладит! Точно нужны очки, а ещё лучше- бинокль или подзорная труба, чтобы было лучше видно. Говорят же, что большое видится на расстоянии.
— Что ты мне его нахваливаешь, как торговка на базаре своего рождественского гуся? — разозлилась Островская.
— Ладно, молчу-молчу. Неужели он тебе совсем не нравится?
Алевтина обреченно вздохнула и прикрыла глаза, опустилась на пуфик и закрыла лицо руками.
— Проблема как раз в том, что он мне слишком нравится, — нехотя призналась девушка. — Сама подумай: где я — где он…
— Если честно, я пока особо никакой проблемы не вижу, — Ева ласково погладила подругу по голове. — Двое взрослых людей, очевидно, нравятся друг другу. В чём дело? Ты знаешь, что основа любых отношений- взаимность?! У вас с этим полный порядок.
— Про взаимность можешь мне не рассказывать…
— Тогда что? — искренне недоумевала Ясная.
— Тогда ничего. Забудь! — оборвала её Алевтина
— Только если ты обещаешь мне подумать над моими словами.
— Обещаю.
— Вот и отлично. Похоже, что с платьем мы определились, осталось выбрать туфли и бельё, — подытожила Ева, довольная, что всё же добилась своего.
— О, нет, — застонала Аля.
— О, да, — беззлобно передразнила её Ясная и даже не постаралась скрыть предвкушение в голосе и азартный блеск в глазах.
48
Сенька любил, чтобы на ночь мамочка рассказывала ему истории или читала сказки. У Островских на этот случай даже был особый ритуал: сначала они вместе выбирали книгу, потом мальчик забирался под одеяло, а мама усаживалась в мягкое кресло напротив и начинала:
— В некотором царстве, в некотором государстве жили-были…
Особенно Арсению нравилось, как она умела смешно изображать голоса героев: Бабы Яги, Кощея, волка, Красной шапочки… У неё все-все получались по-разному, намного лучше, чем у Ольги Петровны в садике.
Но сегодня Сенька вполуха слушал про приключения царевича Елисея и всё никак не мог дождаться, когда же история закончиться. Мальчику пришлось даже зевнуть, чтобы мамочка подумала, что он уже не в силах бороться со сном.
— Сладких снов, Сенька. Я тебе люблю больше всех на свете!
— Спокойной ночи, мама. И я тебя люблю, — улыбнулся мальчик и закрыл глаза.
Но как только Алевтина закрыла дверь, её любимый сыночек выскочил из-под одеяла быстрее, чем стрела может выскочить из лука, и, громко шлепая босыми ногами по полу, пулей понесся к окну.
Арсений знал, что обманывать маму нехорошо, но ему очень хотелось ещё раз, хотя бы одним глазком, посмотреть на стоящий в отдалении дом, который возвышался над всеми остальными зданиями в округе и привлекал к себе внимание разноцветными огнями на крыше. Именно там жил его новый друг- Иван.
В следующий раз мужчина обещал пригласить Сеньку к себе в гости, и, наверное, мама тоже пойдёт вместе с ним. Когда этот следующий раз должен наступить, малыш не знал, но с нетерпением ждал возвращения Ивана.
Правда сегодня в садике Машка ему не поверила и сказала:
— Ну, что ты, Арсений, придумываешь! Взрослых друзей не бывает: они только командуют, как мои мама и папа.
Сенька не стал с ней спорить — она малявка и девчонка, и совсем ничего не понимает в мужских делах. Он вообще не с ней разговаривал, а с Тёмкой, но Машка подслушала и влезла как вседа.
— Тоже мне всезнайка нашлась!.. — пробубнил мальчик себе под нос и потёр глаза кулачком, чтобы не заплакать. — Иван — серьёзный человек. Мама назвала его директор, а это что-то очень важное. Он не будет меня обманывать и обязательно сдержит своё обещание. Раз сказал, что мы
