свою дочь.
Я терпеливо ждал несколько часов. Пытаясь проникнуться атмосферой этого дома.
Мейверс наконец-то прибыл. Он отшлепал одну из горничных.
Это был огромный мужчина с редкими волосами, покрывавшими его почти лысую голову, и его кожа блестела от пота. Слова, слетавшие с его губ, заставляли мои чешуйки покрываться мурашками. То, как он говорил о жизни, не имело никакой ценности.
— Помнишь, кто я такой? — Его ладони так сильно сжали ее предплечья, что в ее глазах была видна боль.
— Я могу раздавить тебя, как букашку: твое последнее предупреждение, Хейли. Ослушаешься меня еще раз, и я брошу тебя в эту яму. Ты слышишь?
— Ддддддаааааа, да, мой господин. — Она заикалась, и он с силой швырнул ее на землю.
А я думал, что я темный.
Было трудно не прийти ей на помощь, но как только лорд Мейверс ушел, одна из других служанок пришла ей на помощь, и Хейли заплакала.
— Ш-ш-ш, если он услышит твои слезы, у нас обеих будут большие неприятности. Я же говорила тебе следить за своим языком, не так ли? — Старшая горничная тихо выругалась, и та кивнула. — Ты же не хочешь идти в боксы. — Их голоса затихли в глубине коридора.
Мне пришлось успокоиться, так как мои чешуйки вибрировали глубоко под кожей.
Я настроился на лорда Мейверса, пытаясь услышать хоть какие-нибудь новости о чем-нибудь неуместном.
Мой энергетический уровень был на исходе.
Это слияние истощало меня. Но я устоял. Я должен был это сделать.
Я не мог быть тем, кто поставит под угрозу миссию.
Разговор шел только о предстоящем пиршестве. Этот ублюдок на самом деле с нетерпением ждал этого и столько раз за последние несколько часов угрожал своим слугам, что бросит их в ямы, если они не будут делать то, что он хочет.
Мне так сильно хотелось убить его, но я должен был оставаться на месте.
Наконец, около шести, запах Максин наполнил мои ноздри.
Она бродила по коридорам, как призрак, и я знал, что они сломали ее точно так же, как сломали Елену.
Одна из старших горничных нашла ее и отвела обратно в ее комнату.
Я медленно последовал за ней, чтобы убедиться, что знаю, в какую комнату, и проскользнул следом за горничной и Максин, когда она укладывала ее обратно в постель. Я затаил дыхание, когда горничная огляделась по сторонам, будто могла почувствовать меня, и я сильнее сосредоточился на своей технике смешивания.
Она снова обратила свое внимание на Максин, которая выглядела больной. Август сорвется.
Горничная притянула ее к себе и напевала колыбельную. Глаза всех этих людей потеряли надежду. От этого мне хотелось плакать.
Я ждал до наступления темноты. Убедился, что Макс крепко спит, а потом оставался, пока все не уснули.
Я получил сущность главы горничных и лорда Мейверса для Августа и Реймонда. Двум девушкам нужно было увидеть знакомое лицо, чтобы они могли вернуться с ними.
Я вылечу Максин, как только они будут с нами.
Я выскользнул из ее окна и вернулся в гостиницу «Постель и завтрак». Прячась за своим мерцанием.
Я появился только после того, как постучал в дверь, и Реймонд открыл.
Он увидел мое мерцание и отступил в сторону.
Когда я опустил его, то буквально упал на пол.
— Ты нашел их? — первым спросил Август.
— Дай ему время. Он истощен, — сказал Реймонд, помог мне подняться и отнес на кровать.
— Том, сейчас же принеси еду, а Блейк, отдохни, — приказал Реймонд.
Ему не нужно было просить меня дважды, и я закрыл глаза.
— Он их нашел? — спросил Август, когда я засыпал.
— Он бы не вернулся, если бы этого не сделал. Он не так устроен.
Я проснулся около одиннадцати. Жуткая головная боль отдавалась в черепе, но способности к исцелению включились.
Я ел как зверь и слушал Реймонда, прося Августа оставить меня в покое, пока я не буду готов рассказать им о том, что я нашел.
Накормленный и полностью заряженный энергией, я ответил на все их вопросы и отдал Реймонду ДНК.
— Блейк, ты еще не ответил на мой вопрос? — спросил Август. — Этот ублюдок прикасался к ней?
Я просто смотрел на него с беспокойством.
Слезы навернулись у него на глаза.
— Я не очень хорошо переношу тишину. Пожалуйста.
Я кивнул.
— Макс нужно будет увидеться с тобой, Август. Иначе она не уйдет. То же самое и с Ники. Нам нужно действовать быстро и убираться отсюда до того, как они заметят, что эти двое пропали.
— Они разнесут дома. У нас есть буйо, которые могут изменить их внешний вид, если нам случайно придется сюда вернуться, — спросил Том.
— Они не вернутся в лес?
— Только после того, как они разнесут дома. Это в том случае, если Мейверс заявит о них как о пропавших без вести.
— Ты думаешь, он этого не сделает?
— Блейк, у всего есть последствия. Им приходится отвечать за множество исчезновений, и, поверь мне, к исчезновению людей на этой стороне относятся серьезно.
Я кивнул, думая о Елене. Неужели эти ублюдки тоже почувствовали последствия, когда она исчезла?
— Хорошо, значит, план состоит в том, чтобы схватить их обеих завтра вечером.
— Почему завтра вечером, почему не сейчас? У нас есть их сущность, — в голосе Августа звучало разочарование.
— Успокойся, — сказал Том. — Помни, что сказала мама, Август. Им виднее.
— Нет, все в порядке, — сказал я. — Потому что, Август, если Мейверс заявит об их пропаже, мы будем в безопасности на другой стороне.
Он понял, о чем я говорил. Дело было не только в том, что меня поймают с этим делом. Это означало не пускать виверн раньше времени на фермы.
Я проспал большую часть пути по дороге в Соверен. Реймонд купил грузовик. Он был старым, но доставил нас туда быстрее.
Он снова был Люком.
В Соверене я перешел в режим невидимости после того, как впитал запах Лианы, который едва держался на ее одежде.
Я последовал за ней и учуял ее запах на кладбище. Том ничего не хотел об этом слышать.
Реймонд начал с ним спорить, но я остановил его и покачал головой.
— Ты знаешь, как с ней связаться, Том.
— Я могу поспрашивать вокруг. Она не мертва, Блейк. Только не Лиана.
— Хорошо? — сказал я и мог бы дать ему несколько часов, чтобы услышать это из чьих-то других уст.
В ту ночь мы бродили по улицам. Он даже нашел знакомое лицо и в конце концов заговорил с ним,
