– Типично, – опять пробормотала Корди.
– Сама Пеле контролирует громадную силу вулканов. Обычно она не участвует в делах людей, но несколько раз помогала вождям, в которых влюблялась…
– Камехамеха?
– Да. – Элинор отодвинула третий бокал. – Лучше прекратить. Не хочу, чтобы Пол и его друг-пилот решили, что я пьяна.
Корди пожала плечами:
– А мне плевать, кто что думает. – Подошел официант и спросил, желают они есть на террасе или внутри. – Что скажешь, Нелл? Лично мне больше хочется остаться здесь.
– Согласна, – сказала Элинор.
Они сделали заказ. Элинор выбрала пирожок ахи с яичным белком, помидоры с козьим сыром из Пуны и лук с Мауи. Корди предпочла запеканку из лобстера с горчичным винегретом. В качестве главного блюда обе заказали мясо ягненка с молодым картофелем и тимьяном. Еду принесли быстро, и она оказалась восхитительной на вкус. В середине обеда у их столика появился Пол Кукали – только чтобы сказать Элинор, что вертолет прилетит через полчаса. Казалось, куратор чем-то расстроен.
– Вернемся к Пеле, – сказала Корди, когда ягненок исчез. – Проблема в том, устроила ли она всю эту заварушку, или она на нашей стороне.
– Ты знаешь, что я думаю.
– Да, я прочла дневник. Элинор подняла руку и заметила, что она слегка дрожит.
– Я думаю, что здесь действуют силы, враждебные Пеле.
Глаза Корди блеснули:
– Да, но какие именно?
– Не знаю. У Пеле множество врагов. Кроме богини моря Намака-о-кахаи, это Плиаху, богиня снежных вершин, живущая на Мауна-Кеа. Когда-то они влюбились в одного мужчину.
Корди хмыкнула. Им принесли десерт – сырные пирожки лиикои, лимонное мороженое с орехами для Корди и кофе, который заказала Элинор.
– Мы знаем, что в 1866 году и сейчас против Пеле выступает Пана-эва, но он недостаточно силен, чтобы самому решиться на такое восстание.
– Кто еще? – спросила Корди, облизывая ложку.
– Большинство младших богов. И даже старшие боги вроде Лоно и Ку, которые завидуют почестям, достающимся Пеле.
– Мужское свойство, – вздохнула Корди.
– Что?
– Ничего. – Она попробовала мороженое. – О, здорово! Хочешь попробовать?
– Нет – Элинор отпила крепкий кофе, чувствуя, как проходит опьянение. – На чем я остановилась?
– На зависти.
– Да…, мы видели Ку в образе черного пса.
– А этот…, как его… Лоно? В каком образе появляется он?
– Не знаю. Он может принимать облик человека, но редко появляется в нем. Это самый могущественный из старших богов, и именно ему приносилось большинство человеческих жертв на островах. Но у него нет особых причин враждовать с Пеле.
– Значит, ее главные враги – Ку и Пана-эва с его дружками-демонами?
Элинор посмотрела на часы. Скоро ей предстояло лететь с Полом на вертолете, и она вдруг обнаружила, что немного боится этого.
– Или кто-то еще. Недалеко отсюда у Пеле была битва с ее младшей сестрой Хииакой – опять из-за мужчины.
– Я молчу, – сказала Корди.
– Хииака была знаменитой танцовщицей. Она любила Пеле и устояла перед ухаживаниями любовника сестры, человека по имени Лохиау. Но Пеле подумала, что между ними что-то было, и напала на сестру на этом берегу.
Обе женщины посмотрели на берег, освещенный лучами заходящего солнца. Вдоль линии прибоя тянулся туман, окрашенный солнцем в красно-оранжевый цвет. Волны приобрели оттенок крови.
– И кто победил? – спросила Корди.
– Что? Трудно сказать. Случайно Пеле убила Лохиау. Корди кивнула:
– Ага, семейная ссора в Чикаго.
– Но у этой истории счастливый конец. Один из братьев Пеле встретил душу Лохиау над океаном и вернул ее назад в тело.
– Как в дневнике тети Киллер?
– Да. Хииака и Лохиау вместе отправились на Кауаи, и не исключено, что у нее осталась обида на старшую сестру. Она тоже довольно могущественна…
Корди шумно вздохнула и откинулась в кресле.
– Знаешь, Нелл, не думаю, что Пол и его кахуны позвали на помощь богиню-женщину.
Скорее уж они должны были прибегнуть к помощи какого-нибудь кабана-мужчины… Элинор широко улыбнулась.
– Ты чего?
– Бог-кабан. Камапуа. Он тоже враг Пеле…, и ее бывший любовник.
Корди наклонилась ближе. Последние лучи солнца обагрили ее лицо.
– Ну-ка расскажи.
– Кабан – самое большое сухопутное животное, которое знали полинезийцы. Воплощение мужской силы. Камапуа принимает облик кабана или красивого мужчины. Он – могущественный бог, хотя редко покидает дождливую подветренную сторону острова. Он ассоциируется с дождем и темнотой. Похоть часто впутывала его в истории. Однажды он пытался изнасиловать Капо, сестру Пеле, но она спаслась от него, вырвав у себя вагину и отбросив прочь…, извини за такую подробность.
– Ничего, Нелл…, я просто подумала, что это интересная мысль.
– За столетия Камапуа не один раз насиловал Пеле. На южном берегу острова есть место под названием Калуа-о-Пеле, где вся земля изрыта, и легенды говорят, что именно там Камапуа впервые одолел Пеле и…, овладел ею.
– То есть трахнул? Элинор кивнула:
– Я видела фотографии этого места. Похоже на смятые простыни.
– Жаль, что у Пеле не хватило сил справиться с этим ублюдком, – сказала Корди задумчиво, когда официант унес последние тарелки.
– Она пыталась. Это была страшная битва – огонь Пеле против потоков дождя Камапуа. Он послал тысячи свиней, которые съели всю растительность, чтобы Пеле было нечего жечь. Пеле превратила в пар его дождь и залила лавой его земли, но он все же стал одолевать. Она была готова скорее умереть, чем подчиниться Камапуа, но ее братья заставили ее это сделать, чтобы спасти от смерти. Они боялись, что с ее смертью погаснут все огни на Земле.
– Типично, – опять прокомментировала Корди.
– Камапуа может стоять за всем этим, но должно было произойти что-то сверхъестественное, чтобы он покинул влажную часть острова.
– Черт побери! – Корди смотрела куда-то за плечо Элинор.
Обе женщины встали и подошли к перилам. В последних отраженных лучах солнца повисли тысячи мерцающих красных нитей. Они лежали на траве, на песке, покрывали воду, как распущенные женские волосы.
– Что это? – прошептала Корди.
– Волосы Пеле, – ответил голос сзади. Повернувшись, они увидели Пола Кукали, лицо которого все еще было обеспокоенным.
– Это стекловидные образования, вылетающие из кратера при сильных извержениях. Они редко залетают так далеко. – Он поглядел на запад, где разгоралось багровое зарево. Казалось, в этот вечер на острове было два заката. – Извержение становится сильнее.
Они сошли с террасы, и Элинор, наклонившись, коснулась остывшей стеклянной нити.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
