месяцев Великой Отечественной войны. К моменту создания «Смерша» весной-летом 1943 года у нее был накоплен значительный опыт в этой сфере. Почему это важно? Фактически УКР «Смерш» НКО, а только он мог после мая 1943 года заниматься организацией и проведением радиоигр, использовал наработки и кадры предшественника.
В течение первых трех лет войны органы военной контрразведки использовали для радиоигр с противником «152 «захваченных агента… Например, в период подготовки наступления в районе Курской дуги дезинформационные материалы и замыслы советского командования на этом участке фронта передавались противнику по радиостанциям, дислоцированным в гг. Ливны, Елец, Шигры, Касторное, Тамбов, Уральск»[287].
Другой пример. Для дезинформации противника о планируемой в январе 1945 года Висло-Одерской операции — в ходе ее реализации была освобождена территория Польши к западу от Вислы и захвачен плацдарм на левом берегу Одера, использованный впоследствии при наступлении на Берлин, — использовались 24 агентурных радиостанции. Они находились в различных городах: Москве, Ленинграде, Риге, Одессе и даже в Новосибирске[288].
В апреле 1943 года НКВД направило в ГКО спецсообще-ние «Об использовании в радиоиграх захваченных немецких радиостанций». Вот текст этого документа:
«По Вашим указаниям с 1 мая 1942 г. в целях пресечения активности германских разведывательных органов, создания видимости работы переброшенных шпионских групп и агентов-одиночек, в интересах Главного командования Красной Армии было начато использование захваченных немецких радиостанций.
Из 225 захваченных за это время радиостанций использовались в целях дезинформации 76. Часть станций по причине истощения батарей питания раций и невозможности их дальнейшей работы в интересах Главного командования Красной Армии связь с немцами прекратила.
В настоящее время радиоигру с противником ведут 17 станций, находящихся в следующих городах: Вологде, Ярославле, Солигаличе, Волоколамске, Москве, Люберцах, Рязани, Тамбове, Воронеже, Куйбышеве, Пугачеве, Горьком, Свердловске, Уфе, Уральске и Новосибирске.
С 1 мая по 1 августа 1942 г. по утвержденным Ставкой планам, а в последующем по указаниям начальника Генерального штаба Красной Армии тов. Василевского проводилось систематическое выявление ложных группировок наших войск, усиленные переброски в нужных направлениях войсковых резервов и техники. Противнику были выявлены ложные группировки в составе: 225 стрелковых дивизий, 3 танковых армий, 6 танковых корпусов, 53 танковых бригад, 80 артполков, 6 дивизий и 3 армейских штабов.
В январе 1943 г. в г. Горьком выявлено формирование резервной армии. Через северные порты показаны разгрузка и проследование через Волгу до 1300 самолетов и 2000 танков.
Наряду с передачей дезинформационных сведений по радиостанциям проводились агентурные комбинации по подставе германской разведке нашей проверенной агентуры, вызову агентов-связников и др.
Приобретенный опыт работы по использованию радиостанций противника позволяет сделать следующие положительные для нас выводы.
Проводимой нами радиоигре противник верит, дорожит этим источником информации и передаваемые ему сведения в какой-то степени учитывает в своих оперативных планах. Это положение подтверждается следующим.
С июня 1942 г. к 13 перевербованным немецким радистам германская разведка на подставленные явочные адреса направила 15 агентов-связников с документами, деньгами и батареями (все агенты-связники арестованы).
По станциям, находящимся в городах Волоколамске, Люберцах, Горьком, Рязани, Пугачеве, в настоящее время ожидается приход новых агентов-связников.
Восьми используемым станциям немецкая разведка для продолжения их работы с самолетов на парашютах выбросила посылки с фиктивными документами, крупными суммами денег, продуктами, одеждой и батареями для питания раций.
Две радиостанции ожидают получения аналогичных посылок. Кроме того, пятью разведывательными группами получены извещения, что за проделанную работу они награждены противником боевыми орденами.
Наиболее яркими фактами, подтверждающими, что наша дезинформация противника достигла своей цели, являются следующие.
1. Радиостанция «Неон», ст. Подборовье Северной железной дороги, выполняя задачу скрытия концентрации наших войск на Волховском направлении, в декабре 1942 г. и январе сего года систематически питала противника преуменьшенными данными о перевозках войск и техники на города Тихвин и Волхов.
20 января в связи с переданным нами сообщением о болезни радиста и необходимости его лечения в госпитале из Псковского радиоцентра получена следующая радиограмма: «Очень сожалеем. Пока продолжайте работать. В начале февраля возвращайтесь к нам обратно. Обдумайте план. Перед переходом рацию спрячьте или уничтожьте. Вы работали недостаточно бдительно и проворонили скопление второй ударной армии».
2. Генштабом Красной Армии с целью сковывания сил противника на севере через группу захваченных станций в городах Пудоже, Ярославле, Вологде, Москве и на ст. Обозерской Северной железной дороги в течение января сего года были переданы дезинформационные сведения о концентрации наших войск и техники на Карельском фронте.
Противнику был показан подвоз на Карельский фронт 70 эшелонов с войсками и 8 эшелонов с артиллерией, причем эти сведения в основном из г. Вологды и подтверждались соответствующими передачами по другим станциям.
В связи с проведенной нами дезинформацией Главным разведывательным управлением Красной Армии из Женевы 3 и 10 февраля сего года получены следующие телеграммы.
«26 января сего года из Тронхеймского резерва вышли торпедные и зенитные катера в Нарвик. С 26 января ОКБ — главное немецкое командование — объявило в Линахамари, Киркинесе, Тромсе мобготовность флота. ОКБ получило данные, что с января в города Мурманск и Кандалакшу прибывают новые советские войска и техника».
«С 22 января главное немецкое командование имеег данные о накоплении новых советских войск и техники в Мурманске и Кандалакше. Главное немецкое командование ожидает советское наступление на Лапландию с целью окружения армий Дитля».
После того как осенью 1942 г. были исчерпаны составленные Генштабом Красной Армии специальные планы дезинформации противника, утвержденные Ставкой, получение новых военных дезинформационных сведений стало чрезвычайно затруднительным.
Отсутствие в Генштабе Красной Армии специально выделенных лиц или отдела, ведающего вопросами дезинформации, приводит к тому, что получаемые НКВД СССР в настоящее время сведения не способствуют укреплению доверия противника к работающим станциям и ведут к провалу настоящей и прошлой работы по игре с противником.
Между тем использование захваченных радиостанций противника может стать одним из серьезных средств Главного командования Красной Армии в борьбе с немцами. Учитывая необходимость передачи немцам дезинформации не только по общевойсковым вопросам, но и по вопросам авиации, морского флота, ПВО, экономики и политики, желательно, чтобы в составе дезинформационного отдела при Генштабе Красной Армии были представители указанных ведомств»[289].
В реальности все было гораздо сложнее, чем описано в этом документе.
В период с 22 июня 1941 года по 1 июня 1943 года «органами контрразведки «Смерш», НКВД и НКГБ арестовано 1040 германских шпионов-парашютистов, переброшенных противником на нашу сторону, из которых 464 разведчика явились в наши органы добровольно с повинной». 263 шпиона-парашютиста были снабжены портативными коротковолновыми приемопередающими радиостанциями, замаскированными в чемоданах и противогазных сумках.
«После перевербовки некоторой части агентов-парашютистов нашими органами было включено в радиоигру с противником 89
