Читаем без скачивания Предательство - Фиона Макинтош

По мере того, как Саксен говорил, в его голосе появлялась уверенность и твердость.

Элисса провела рукой по губам, чтобы стереть поцелуй. Глупая отвергнутая девчонка… Саксен понял, что она чувствует.

— Я еще не закончил, Элисса. Можно продолжать? Вместо ответа она опустила глаза.

С самого раннего детства Саксену время от времени снилась женщина. На самом деле, он не видел ее — только слышал голос. Впрочем, этого было достаточно, чтобы понять, что женщина очень красива, потому что ее голос напоминал журчание кристально-чистого ручейка, а запах — весенний луг. Саксен рос, но сны не прекращались. Именно эта женщина велела ему следовать за Льютом, вместо того, чтобы остаться дома и продолжить дело отца. Когда она появилась впервые, он не помнил: должно быть, он был тогда совсем маленьким. Кроме того, женщина рассказала ему о Паладинах — защитниках, хранителях. Их было десять, по числу древнейших народов Таллинора, и от каждого народа выбирали самого достойного.

— А кого они защищали? И от кого? — захваченная рассказом, Элисса почти забыла обиду.

— Они охраняли опасного преступника. Они защищали людей, которым он хотел причинить зло.

Элисса нахмурилась.

— А зачем женщина из снов все это тебе рассказывала?

— Потому что я — один из них.

Его взгляд вдруг стал отсутствующим, даже голос стал глуше и доносился словно издалека. Но через миг Саксен тряхнул головой и продолжал свой рассказ. После гибели Льюта женщина из снов настояла, чтобы он остался в цирке и заботился о Грете и ее детях.

— И ты просто сделал все, как она сказала?

— А с какой стати мне поступать иначе? К тому же мне было просто некуда податься, Элисса. Смотри сама: Грета только что овдовела, у нее на руках пятеро маленьких детей. Я — виновник смерти Льюта. Без меня они не смогут выступать. Вообще-то, нам все равно пришлось на время отказаться от выступлений, но мы не сдавались. Особенно старались мальчики. Так что через год- может, чуть больше- мы снова гремели на весь Таллинор. На самом деле, наши номера стали даже лучше. Теперь мы стараемся, чтобы было поменьше риска и побольше блеска, а зрители это любят.

— Продолжай, — попросила Элисса.

— Это продолжалось несколько лет. Мы ездили по всему Королевству, давали представления… и становились семьей. Я заменил детям отца…

— Но так и не стал мужем Грете?

Это говорила ревность. Ненавистная ревность.

— Ну… — Саксен смущенно улыбнулся и почесал подбородок. — Один раз было. Но я понял, что это неправильно.

Элисса почувствовала прилив ярости. Значит, все верно. Грета бесится не только из-за двух лишних ртов.

— Мы решили просто жить рядом и не притворяться, — поспешно заговорил Саксен. — Я восхищаюсь Гретой, уважаю ее, люблю детей. Это — правильно. Семья моего брата — моя семья.

— Ладно, Саксен, переходи к самому главному. Я больше не хочу слушать, с кем ты спал, а с кем нет.

— Правда?- Саксен хитро прищурился, в его глазах снова появился блеск.

— Правда, правда! Рассказывай, или давай помолчим.

— Тогда… — брови клука сошлись к переносице… — я пропускаю все, что случилось до представления в Фрэгглшеме. Вернее… Ну, в общем, мы были еще в пути. Я снова стал видеть сны, причем каждой ночью, а не время от времени. Ты должна понять: я никогда не видел эту женщину, но она сопровождает меня еще с тех пор, когда я был мальчишкой. И я знаю, что ей лучше доверять.

Он повернулся и пристально посмотрел Элиссе в глаза. От этого взгляда ей показалось, что волосы на затылке начинают топорщиться.

— Ее зовут Лисс. С первого своего появления она постоянно твердит, что я должен найти какую-то девушку. Но это продолжалось так долго, что я просто перестал обращать внимание на ее слова. Она говорила, что от этой девушки чуть ли не зависит будущее Таллинора. Но я этого никогда не понимал.

Замолчи. Не говори больше ни слова, ни звука, давай вообще прекратим этот разговор. Очарование пропало, Элиссу охватил страх. Но Саксен продолжал говорить. Фургон мягко покачивался, словно плыл в ночи.

Мы уже подъезжали к Фрэгглшемскому Долу, когда Лисс снова явилась мне. Но на этот раз сон был куда более ярким — это самое подходящее слово. А еще мне приснилась ты, Элисса. Лисс сказала, что наша встреча уже близко, и именно к ней я шел всю жизнь.

— Хватит, Саксен! Ничего больше не говори. Я не хочу это слышать.

Элисса отшатнулась, словно собиралась выпрыгнуть из фургона. И тут Саксен схватил ее за руку, и его голос снова зазвучал у нее в голове.

«Ты выслушаешь, потому что должна выслушать. И не смей отворачиваться от своей судьбы. Я не стал от своей отворачиваться».

«Не надо меня пугать! И ты говоришь, что любишь меня!»

«Я на самом деле люблю тебя, Элисса. И ты должна мне доверять».

Девушка вздохнула и поерзала на деревянной скамеечке, устраиваясь поудобнее.

«Осталось немного», — успокоил ее Саксен, снова поднимая поводья. Это было лишним: его лошадь сама бежала за идущим впереди фургоном, а следом трусил Кетай.

«Рано утром, в тот день, когда случился пожар, Лисс снова мне явилась. Я как раз начинал ворочаться. Как и обычно, я ее не видел, но почувствовал аромат, который ее сопровождает — он был сильнее, чем когда-либо раньше. И голос ее звучал так четко и громко, словно она лежала рядом. Лисс сказала, что ты появишься в моей жизни этим вечером, и я сразу же тебя узнаю. Как — не объяснила, но… Это было что-то странное, не сон и не явь. Лисс заставила меня поклясться, что я буду защищать тебя… что отдам за тебя жизнь, если потребуется. Она напомнила, что я — один из Паладинов».

Саксен смолк, и Элисса наконец-то смогла перевести дух. Во имя Света, что это значит?

«А ты меня узнал, Саксен? Сразу же?»

«Как только вышел на арену и посмотрел на зрителей. Ты сидела там — вся раскраснелась, волосы как золото, платье как цветы одуванчика. Я узнал тебя, и мне вдруг стало так спокойно… Словно я в самом деле искал тебя и наконец нашел».

И он снова то ли пожал, то ли передернул плечами. Остальное она знала сама.

Еще долго они ехали в молчании, пока Элисса не заговорила — мысленно, словно боясь нарушить тишину.

«А про Гота ты знал?»

«Нет».

Она тряхнула головой.

«Замечательно. Тогда от чего ты должен меня защищать? Или от кого? Ты же его уже убил! Ты говоришь, что всю жизнь ждал меня. Ты хочешь, чтобы я просто приняла это как должное?»

«Но так и было… И ты должна принять».

Элисса почувствовала, что внутри снова поднимается гнев. Он что, нарочно прикидывается дурачком? Фургоны поехали медленнее, и девушка заметила, как люди спрыгивают на обочину, чтобы немного размять ноги. Еще немного, и кто-нибудь поравняется с их повозкой.

«Ты больше ничего не хочешь мне рассказать?» — быстро спросила она.

Саксен сжал ей руку. Более красноречивого ответа не требовалось.

«Теперь ты знаешь все, что знаю я. А вот чего я не знаю — так это чего теперь ждать. И чего ждут от меня».

Он обернулся и окликнул юного глотателя змей, который как раз подходил к их фургону.

— Эй, Церис! Подменишь меня? А то я что-то соскучился по своим мальчикам.

Саксен легко спрыгнул с козел и зашагал вперед, обгоняя фургоны. Как же все, оказывается, запутанно. Элисса чувствовала, что окончательно сбита с толку… и вдобавок ее снова охватила ревность. Чтобы скрыть это, она нежно улыбнулась Церису — а он был просто счастлив, оказавшись с ней рядом.

«Как поживаешь, друг Нанак?»

«Все в порядке, Меркуд. А ты, кажется, слишком весел для человека, обремененного столь тяжкой ношей»

«Просто сегодня я счастлив — очень счастлив».

«Может, поделишься своей радостью, Меркуд? Одному Свету известно, как давно в этом месте запустения не случалось радостей, которыми можно было бы насладиться — даже самых маленьких», — в голосе Хранителя звучала усталость

Он еще не знал, какая новость ждала его — новость, которая могла вывести его из самого глубокого уныния. Новость, которую Хранитель Паладинов мечтал услышать всю жизнь.

«Нанак, — торжественно провозгласил Меркуд, — Саксен появился!»

«Не шути такими вещами», — тон Хранителя оставался ровным, но в нем появились ворчливые нотки.

«Я не шучу, друг мой. Повторяю: Саксен появился».

«Расскажи мне…»

Это был шепот, исполненный благоговения.

«Клук Саксен-для нас Шестой — теперь странствует вместе с Элиссандрой Квин. Подробности тебя вряд ли заинтересуют. Главное — он возродился снова и находится рядом с ней».

«Саксен…»

Нанак был готов снова и снова повторять это имя. Смелый, могучий клук, который много десятков лет подряд выдерживал боль, натиск злопыхателей Орлака, удары его волшебства… и стоял до конца.

Некоторое время Меркуд молчал. Он слишком хорошо знал, что означает эта новость для Хранителя.

«Теперь Саксен — циркач. Очевидно, очень хороший».

Ответом ему был странный звук — удивительный, радостный… Впервые Меркуд слышал смех Нанака. Только бы еще хоть раз услышать этот смех, подумал лекарь.