– Я раздавлен, – сказал он тихо, хотя совсем не выглядел таковым. – Я думал, что удовольствие от моих книг было столь велико, что вы пожелали встретиться со мной во плоти, но сейчас понимаю, что это не так, и я не более, чем винтик в гигантском колесе. Увы, так больно падать с небес на землю.
– Ты почти такой же позер, как и Доминик, – сказала я ему.
Его губы дернулись, но ему успешно удалось скрыть усмешку, когда он положил руку на грудь и слегка поклонился нам:
– Чем же я могу быть полезным моим двум самым любимым американкам?
– Все дело в вампире Джой, – выпалила Рокси.
Кристиан откинулся назад, перекрестив ноги, а его изящные пальцы принялись выстукивать какой-то ритм на коленке:
– Ах, великолепный господин Сент Джон.
– Нет, – ответила Рокси. – Так уж выходит, что он не Темный. Вот почему мы хотели увидеться с тобой. Нам нужна твоя помощь.
– Моя? – переспросил он, нахмурившись и оглядываясь то на меня, то на Рокси. – И как же я могу помочь?
– Рокси надеялась, что твой опыт и твои исследования помогут выяснить нам, кто такой этот Темный, – ответила я. – Мы знаем, что он довольно близко, потому что я разделяю с ним его видения, и хотя я думала, что это Рафаэль, оказалось, что мои предположения ошибочны.
– Правда? Я думал, что у тебя есть некие чувства к этому великолепному Рафаэлю. Должен ли я заключить из всего вышесказанного, что ты передумала заводить с ним роман?
Рокси фыркнула:
– Вряд ли. Они едва могут сдерживаться, когда рядом.
– Рафаэль – не тот, кого мы ищем, – сказала я с покрасневшим лицом из-за обсуждений о моих цветущих отношений с Рафаэлем. Я очень легко краснела, факт, который меня сильно раздражал, и от чего я, все же, должна была найти лекарство. – И это значит, что если Темный не он, то это должен быть кто-то другой.
– У нас есть список, – сообщила Рокси, копаясь в своей сумке. Я вспомнила, кто был в этом списке, и попыталась привлечь ее внимание, чтобы отговорить от прочтения его вслух, но так ничего и не вышло. – А вот и он. Посмотрим: Доминик – нет, ты – нет, Рафаэль – тоже, скорее всего, нет, так что Милос – самый вероятный вариант.
Мой румянец стал еще более заметным, когда Кристиан кинул на меня прохладный, оценивающий взгляд.
– Я не хотела никого обидеть, – объяснила я. – Практически все мужчины, с которыми я здесь встречалась оказались в списке. И мы вычеркнули тебя сразу же.
– Я очень благодарен за такое великодушие.
– Однако, прервала нас Рокси, – раз уж ты спец во всем, что касается Темных, мы подумали, что для тебя узнать, кем является мужчина, который отметил Джой, будет раз плюнуть.
– Согласно Моравским преданиям, – медленно произнес Кристиан, потирая пальцем нижнюю губу, – если женщина была помечена Темным как его Возлюбленная, она никогда не станет искать другого мужчину. А Джой все же выглядит не очень счастливой при мысли, что ей надо будет прожить жизнь с мужчиной, который будет вечно преклоняться перед ней. Я нахожу данный конфликт очень интригующим.
– Сомневаюсь, что ты находил бы это столь же интригующим, если бы оказался в моей шкуре, – ответила я. – Я все понимаю на счет Моравских преданий, но что я хочу знать – правда ли все это. Ты говоришь, что у каждого темного есть своя, особая женщина, которая является второй половинкой его души. Неужели никогда не возникало такой ситуации, где эти двое живут порознь, или не существовало двух мужчин для одной женщины, или наоборот?
Кристиан покачал головой:
– Я о таком не слышал. Всегда говорится об одной женщине для одного мужчины.
– А что случится, если та, которую отметили как Возлюбленную, не захочет Воссоединиться с Темным?
Кристиан пожал плечами.
– Он продолжит своё существование, как делал это много лет в прошлом. Тьма, вечная борьба и проклятье без возможности когда-либо найти спасение – просто напросто эта пытка продолжится. Темный может решиться окончить страдания, если выйдет на солнце, всего один решительный шаг отчаянья. Не такая уж это и редкость.
Рокси задрожала:
– Бедняжка Темный. Я бы никогда с ним так не поступила. Джой, тебе следует стыдиться.
– Я не говорю, что брошу этого парня, кем бы он ни был, – возразила я, чувствуя себя невероятно виноватой. Кто я такая, чтобы обречь на проклятье темной вечности мужчину только потому, что он не делал со мной всего того, что проделывал со мной янтароглазый Лотарио. Но прежде всего я хотела бы узнать, кем же являлся Темный. А потом, я бы подумала об остальном. – А вдруг это какая-нибудь космическая путаница или что-то вроде этого.
– Я не думаю, что это возможно. А ты, Кристиан?
Он смотрел на меня, о чем-то думая:
– Я никогда о таком не слышал, нет.
– «Так много странностей на Небе и Земле», – мягко процитировала я.
Он улыбнулся.
– Да, действительно.
– Так ты думаешь, что ты сможешь вычислить нашего Темного на ярмарке сегодня ночью? – напомнила о себе Рокси. – Джой собирается гадать на рунах, и ты станешь одной из ее жертв.
– Ну, спасибо, – сухо вставила я.
– Я не уверен, – ответил он на вопрос Рокси. – У меня не так много знакомств с теми, кто как-то связан с этой ярмаркой.
– Ты встречался с Милосом прошлой ночью, – заметила я, – разве ты не распознал сразу, если бы он оказался Моравским?
– Возможно, – допустил он.
– Ну и? Что ты думаешь о Милосе? – спросила Рокси.
Он посмотрел на Рокси, а затем переключил свое внимание на камин, в котором пылал яркий огонь:
– Я думаю, что Милос – человек, который представляет опасность для одиноких женщин. А что до того Темный он или нет… взглянуть еще раз на него не помешает.
– Опасность, ха? – Рокси кивнула и закинула лимонную конфетку в рот. Она предложила конфеты, прежде чем вернуть их в Черную Дыру Калькутты, которой несомненно и была ее сумка. – Я согласна на все 100 процентов. Он похож на того, кто может обмануть женщину.
– Полагаю, опасность, которую он представляет, имеет более глубокий смысл, – ответил Кристиан.
Я оглянулась на часы:
– Ну, опасный он или нет, но нам пора идти, раз уж Рокси записала меня в клоуны. Спасибо за то, что ответил на наши вопросы, – сказала я, поднимаясь.
На его губах возникла улыбка, но в глазах читалось беспокойство.
– Я буду счастлив снова вас сопровождать, если вы еще не устали от моего присутствия.
Рокси чуть не упала в обморок от этой мысли, но мне удалось вернуть ее в чувство, пообещав, что она будет сидеть на переднем сиденье его автомобиля. Некоторое время спустя мы прибыли на ярмарку, и были поражены тем, как много людей здесь собралось.
