Читаем без скачивания Пепел стихий - Элис Клэр

В государство, у подданных которого зарождалось беспокойство. По крайней мере у тех из них, до кого доходили слухи, просачивавшиеся из самых верхних слоев общества.

На корабле по пути из Франции в Англию Жосс встретил купца, и едва между ними завязалась беседа, мужчина начал жаловаться:

— Противоречивые новости из Святой Земли, так говорят в высших кругах, — заметил попутчик. — Не удивлюсь, если платить за это придется всем нам. То победы, то поражения — так мне говорили.

— О, правда? — безучастно поинтересовался Жосс.

— Да. — Купец наклонился над перилами палубы, сменив положение, чтобы устроиться поудобнее. С юго-запада, против течения пролива, дул сильный ветер, и корабль прыгал, как бодрая лошадка. — Наш король Ричард, благослови его Бог, думал достичь большего, чем сумел, поэтому я склонен верить. — Он проворчал что-то, откашлялся и сплюнул в море. — Похоже, Акра до сих пор крепко стоит против нашего священного христианского войска.

Жосса занимала мысль, откуда этот человек разузнал обо всем. Даже если купец ведет дела при дворе, вряд ли он обладает магическими способностями угадывать, что происходит на другом конце мира. Или обладает? Но так или иначе Жоссу пришлось признать, что слова мужчины, как бы печально это ни было, весьма походили на истину.

— Король Ричард — великий воин и прекрасный военачальник, — отозвался рыцарь, стараясь, чтобы его фраза не прозвучала высокомерно. Путешествие через пролив могло, оказаться долгим и утомительным, и разумная доля слухов наверняка поможет скоротать время. Не стоит сразу же после отплытия так резко отказываться от беседы с единственным попутчиком.

— Да, да, я и не отрицаю этого, — нетерпеливо отозвался купец. — Но все-таки есть и другие дела, которыми король должен заниматься, разве нет? — Он бросил на Жосса хитрый взгляд. — Другие обязанности, если вы понимаете, о чем я толкую.

Жосс, разумеется, понимал.

— Вы имеете в виду женитьбу короля?

— Да, именно. Та иноземная красавица, говорят, из жаркой южной страны, где апельсины падают с деревьев прямо в руки, где солнце сжигает человеческую кожу дочерна и где женщины необузданные и страстные… — Он сглотнул и, овладев собой, продолжал спокойнее: — Так, по крайней мере, я слышал. Повезло старине королю Ричарду, скажу я вам.

Этот человек едва ли бывал в Наварре, подумал Жосс. Такое странное описание тамошнего народа совсем не соответствовало представлениям рыцаря.

— Говорят, королева Беренгария — одна из самых прекрасных женщин нашего времени, — осторожно заметил он.

— Да уж, так говорят о каждой венценосной королеве, — ответил купец. — Все-таки ради нашего доброго короля Ричарда будем надеяться, что на этот раз слухи верны, а?

— Конечно, — ответил Жосс.

Наступило недолгое и вполне дружеское молчание. Потом купец полез в большой мешок, стоявший у его ног, вынул оттуда фляжку и, откупорив ее, предложил Жоссу. Тот принял угощение с признательностью — на палубе становилось холодно, и ветер пригнал тучи колючих, заледеневших капелек дождя. Жосс выпил и почувствовал, как приятное тепло от крепкого напитка спускается по его горлу.

— Благодарю вас, — сказал он, возвращая фляжку купцу, который сделал более солидный глоток.

— За короля и королеву, — проговорил купец, поднимая фляжку. Он бросил взгляд на Жосса. — И за плод их брачной постели.

Жосс ответил с глубокой искренностью:

— Аминь.

— Давно не были в Англии? — спросил попутчик.

— Гм… Несколько недель.

— Тогда вы не знаете, что затевает братец короля, — заметил купец.

Внезапно зажегшийся в его глазах огонек намекал на то, что он горит желанием просветить своего несведущего попутчика.

— Вы говорите о принце Иоанне?

— Да, о нем.

— Что же он сделал?

Купец ухмыльнулся.

— Он решил, что король никогда не вернется, — последовал ответ. — Эти закадычные дружки, Иоанн и его единокровный брат Жоффруа, которого сделали архиепископом Йоркским, хотя, клянусь жизнью, я никогда не знал человека, менее пригодного для такой высокой церковной должности, никогда.

— Они плетут интриги — принц Иоанн и архиепископ? — Это была тревожная новость. — Я так понял, что король изгнал своего единокровного брата Жоффруа, запретив ему на вечные времена даже ступать на английскую землю.

— Да, так, и это было мудро. Знаете, он готовил такой же указ и насчет принца Иоанна, только мать, королева Алиенора, уговорила его смягчиться. — Купец чуть слышно вздохнул. — Не мое это дело сомневаться в решениях знатных и великих, но я спрашиваю себя: что у дорогой королевы было на уме, благослови Господь ее душу? Хотя материнская любовь не знает благоразумия, ведь так, сэр?

Жосс согласился, что, возможно, так оно и есть.

— И вот теперь архиепископ Жоффруа вернулся, не дождавшись позволения, и, похоже, толкует повсюду, что нелепо быть архиепископом города в стране, где не разрешено жить.

Да, подумал Жосс, это глупо. Но в свете тревожных известий как же прав был король Ричард, пытаясь удержать за пределами королевства коварных братьев, которые вечно суют нос не в свои дела. Особенно, когда он сам так далеко.

Жосс уже собирался попросить купца рассказать подробнее, что замышляют Жоффруа и Иоанн, но тот заговорил сам:

— Скажу вам, сам король споткнулся об эту лису Лоншана.

— Его регента? Подумать только! Что он сделал?

— Гордость вошла в его голову и застряла там крепко, как башмак в грязной канаве. Он ходит повсюду с презрительной миной на лице, как будто у него под носом всегда воняет. А может, так и есть, если поразмыслить хорошенько. — Купец захохотал, и Жосс присоединился к нему. — Наш дорогой принц Иоанн не единственный, кто находит его напыщенным и манерным.

— Боже мой, — пробормотал Жосс.

Купец захохотал опять. Его лающий смех вызвал ответные крики чаек, паривших поблизости.

— Вы, наверно, не слышали, что произошло между ними, Лоншаном и архиепископом, когда Жоффруа тайком вернулся в Англию? Остановите меня, если знаете, но это — славная история.

— Не слышал, — согласился Жосс. — Продолжайте.

Купец снова поменял положение, выбросив вперед ногу: качка корабля усиливалась.

— Что ж, дело было так. Когда архиепископ прибыл в Дувр, люди Лоншана поджидали его и, будучи надежными и верными слугами короля, без колебаний применили указ их отсутствующего господина. — Он ухмыльнулся. — С большим рвением, чем сам король Ричард мог бы пожелать, осмелюсь предположить! Они схватили архиепископа Жоффруа и бросили в Дуврскую тюрьму.

— Превосходный способ обращаться с архиепископом, — заметил Жосс с насмешливым неодобрением.

— Да, тут вы правы! А принц Иоанн без колебаний воспользовался этим для собственной выгоды. Притворился, что оскорблен, собрал епископов, судей и всех прочих на Чтение и убедил их, что это не дело Лоншана — так своевольно обращаться с единокровным братом короля и что его надо немедленно вызвать для объяснений и вышвырнуть с должности как можно быстрее.

— Он ушел? Лоншан ушел? — спросил Жосс.

Купец поднял палец. Очевидно, ему хотелось изложить эту историю по-своему, не торопясь и не забегая вперед.

— Подождите-ка, — сказал он, — я все расскажу вам. Лоншан, знаете ли, вовсе не дурак. У него свои шпионы, всем это известно, и его заранее предупредили, откуда ветер дует. Он заявил всем важным персонам на Чтении, что слишком болен для путешествия, а затем спрятался в Лондонском Тауэре. Епископы и все прочие решили, что его присутствиями не требуется для того, чтобы свести с ним счеты, что они и сделали. Свели с ним счеты, я имею в виду. Его выгнали, выставили за дверь, и нет ни единой души, кто бы пожалел об этом. Угадайте, что Лоншан тогда сделал? Ну-ка, угадайте! Клянусь, у вас не выйдет!

— Даже не буду пытаться, — ответил Жосс, усмехнувшись. — Расскажите.

Купец загоготал.

— Он просто-напросто сбежал из Англии, переодевшись женщиной! — воскликнул рассказчик. — Он, презирающий женский пол! Он настоящий коротышка, и из него получилась хорошенькая женщина, одетая с ног до головы в зеленый наряд!

Жосс обнаружил, что тоже смеется. Он видел Уильяма Лоншана совсем недолго, но мог представить его одетым в женское платье. Почти.

Веселье купца росло. Со смехом он продолжал:

— Только позвольте мне рассказать, что случилось дальше, дружище, и я дам вам возможность вставить слово.

— Сомневаюсь, что я смогу сравниться с вами, — заметил Жосс, но, кажется, купец его не слушал.

— Он добрался до Дувра, наша леди Лоншан, представьте, и начал заинтересованно глядеть по сторонам в поисках корабля, который доставит его во Францию. — Рассказ прервал новый взрыв хохота. — Представьте, стоит он на причале, смотрит туда и сюда, и тут появляется матрос! Только что из дальнего плавания, разумеется, страстно мечтающий о женщине, которая согрела бы его постель! И этот моряк обнимает Лоншана и говорит: «Привет, моя прелесть, не хочешь ли немного повеселиться?»