Читаем без скачивания Группировка. Он, Она и Небо - Сергей Лесков

Переговорив во дворе около пяти минут, они расстались. Мужчина вышел к поджидавшему его так долго такси. Вероятнее всего, водитель был предупрежден, и ему было обещано немаленькое вознаграждение, если он столько времени ждал своего клиента. Обычно больше десяти, максимум пятнадцати минут такие ожидания не длятся.

«Толстяк», как его сразу обозвал Миша Куштов, потому что мужчина, очередной их объект, действительно, был довольно крупного телосложения, с трудом запихнул своё тело на переднее пассажирское кресло. Такси медленно тронулось в сторону города. Из Деревянниц, где находился коттедж юриста, до города в два часа ночи ехать не более пяти минут. Дороги были пустыми. Затем по Торговой стороне машина такси приехала в район старого рынка, где находятся множество переплетенных между собой небольших улиц и переулков.

Это было уже очень опасно, грозило утерей или расшифровкой. В два часа ночи в этом районе не было ни одной движущейся автомашины. А чтобы не потерять «Толстяка» на такси, приходилось ехать за ним в пределах его же видимости. Осокин сам вел объект в такси первым на критическом расстоянии, на грани утери. Его парни следовали несколько сзади. А таксист, тем временем, и не думал высаживать пассажира. Они медленно кружили переулками и улицами, несколько раз попадались практически навстречу ведущим наблюдение за ними. Медленно разворачивались и ехали в обратном направлении. Сергей понял, что это уже расшифровка. Можно, конечно, успокаивать себя, что они не могут найти нужный адрес, кружат по району, чтобы обнаружить нужный дом, но это было очень маловероятным. Оставалось только одно — ехать за ними в любом случае, даже если сыщики и были расшифрованы. Сорокин был такого же мнения. Более того, он предложил, если так будет продолжаться еще минут десять, элементарно производить задержание «Толстяка» с доставкой в любой отдел полиции, где с пристрастием задать ряд интересующих их вопросов. На том и решили.

Но делать этого не пришлось. Неожиданно такси выехало на улицу Славную и направилось в сторону центра города. Осокин все-таки решил не пренебрегать конспирацией, так как непонятно, что же происходило на участке старого рынка, и снова отпустил такси с объектом на большое расстояние. Город был пустым. Улицы тоже. Ни одной автомашины ни навстречу, ни в попутном направлении.

Неожиданно на светофоре, находящемся перед подземным переходом, который в это время работал в мигающем режиме желтого сигнала, такси остановилось, из него кто-то быстро вышел и прошел в переход. «Форд» Сергея был достаточно далеко от машины с объектом, но Осокин все же сумел разглядеть, что это был не толстяк. Он резко увеличил скорость, по рации сообщив своим сыщикам, чтобы они срочно догнали такси и сопроводили машину до полной остановки, а сам с Сорокиным на высокой скорости подъехали к подземному переходу. Они оба пришли к твердому решению: если в переходе окажется Куприн, сразу же задерживать его и доставлять в отдел полиции, а лучше для начала — в УВД, к Сорокину.

Выскочив из автомобиля, оперативник и сыщик бегом спустились в переход. Каково же было их удивление, когда у одного из павильонов, единственного открытого почему-то в это ночное время, они увидели двух мужчин. Один из них был пожилого возраста, он же и торговал в павильоне всякой ерундой, а второй молодой, не старше тридцати пяти лет. Куприна среди них не было.

— Кто из вас сейчас приехал сюда на такси? — спросил Сорокин.

Он не успел получить еще ответ, как Осокину позвонил Миша Глухов и сообщил, что они возвращаются, так как они догнали автомашину такси у старого универмага, и обнаружили, что в нем кроме водителя никого не было.

В это время молодой мужчина ответил, что на такси приехал он.

— Где ты в него садился, заказывал или поймал? — раздраженно спросил у молодого мужчины уже Сергей.

— Да нет, не заказывал. Я вообще хотел до отца пешком пройтись. А тут смотрю, на Воскресенском переулке «мотор» разворачивается, из него только что какой-то толстячок вышел, ну, я и попросил подкинуть за сотку до подземного перехода.

Всё! Это был очередной провал! Их просчитали, как маленьких детишек. Давно с Осокиным такого не было. Получается этот «Толстяк» специально поехал в район старого рынка, чтобы уйти от хвоста. Сергей сам неоднократно пользовался этими улочками, чтобы провериться или даже сбросить наблюдение. А тут еще и с внезапным новым клиентом повезло, если это, конечно, не подстава, не очередной спектакль. А учитывая таланты Куприна, ученика «Первого», можно вполне допустить, что роль «Толстяка» сыграл он сам, удачно воспользовавшись маскировкой, а эти отец с сыном просто актеры, принимающиеся участие в его постановке.

Сорокин переписал все данные мужчин к себе в блокнот, обещая в ближайшее время вызвать их в УВД для дачи показаний. Сейчас везти их в какой-нибудь отдел или УВД было бы прямым нарушением прав человека. Оснований для этого в третьем часу ночи не было никаких. Надо было смириться с очередным поражением. Причем, поражением полным. Куприн обвел их вокруг пальца как зеленых, начинающих оперативников.

Сорокин позвонил Тимофею и рассказал о случившемся. В ответ он услышал отборный мат в адрес Сорокина и его частных сыщиков. Когда старший брат несколько успокоился, то сообщил, что юрист лег спать. По телефону больше ни с кем не говорил.

— Ладно, что уж теперь делать? — Тимофей быстро закипал и так же быстро успокаивался. — Объедьте имеющиеся адреса, вдруг где-нибудь свет горит, сделайте маленькую выдержку и дуйте по домам, нужно немного поспать нам всем, иначе завтра нас элементарно снесут на Ермолинское кладбище. Завтра ровно в девять чтобы все были у меня в кабинете, хватит по «Кофемолкам» и машинам прятаться. Надо искать какой-то выход. Возьмите все наработки с собой. Будем думать. Михайлова возьмите тоже, а сыщики Осокина все-таки пусть посмотрят за адресами Куприна. Вдруг, да и повезёт? Мои опера круглосуточно держат вашего… или моего — не знаю, чей он теперь, этого химика-юриста. Если будет хоть малейшее движение, меня сразу же разбудят. А я, разумеется, вас. Всё! До встречи через несколько часиков!

Опер и сыщики распределились и объехали адреса. Естественно везде была полная тишина. Решили хоть немного поспать. Куштов и Глухов сразу поехали по домам, а Осокин отвез сначала Сорокина к его машине, которая находилась в районе улицы Свободы, заодно ещё раз убедился, что на новом адресе Куприна такая же полная тишина, как и везде, а потом отвез в общагу Михайлова. Только после этого подъехал к дому и отправился спать. Усталость говорила о себе. Никакие мысли, кроме как добраться до подушки, в голову не лезли. Он даже не стал пить чай, хотя и хотелось что-нибудь перекусить. Быстренько разделся и юркнул под одеяло. Спать оставалось не больше четырех часов. Это была просто роскошь в их положении. Заснул он практически моментально.

Когда Михайлов зашел в свою комнату и стал раздеваться, чтобы лечь и немного поспать, мысли в его голове, несмотря на усталость, все же бродили, как в винной бочке бродит ещё не готовое вино, булькая и меняя свое положение снизу вверх и наоборот, по всему сосуду или бочке. Он и радовался за Куприна, что тот все же сумел очень красиво переиграть сыщиков, и очень огорчался за своих новых друзей, подставив им такой сюрприз. Он понимал, что, если бы сам Виктор не рассказал абсолютно всего Алексею, не проинструктировал того, как ему лучше и когда осуществить уход от наружки, Куприн никогда бы не смог переиграть Сорокина с Осокиным и его бригаду. В голове его был полный разброд. Все же присутствовали и сомнения, правильно ли он всё сделал. А вот ответ на этот вопрос он получит совсем скоро.

И действительно, не успел он улечься в постель, как в коридоре послышались звуки шагов, которые прекратились напротив его двери. Раздался острожный условный стук — два раза подряд, перерыв и уже три раза подряд. Виктор встал и открыл дверь. Перед ним стоял Куприн.

Михайлов включил свет и пригласил гостя в комнату. Тот зашел.

— Молодец, — похвалил Виктор своего друга, — очень красиво всё организовал. Как ты так умудрился под такого толстого дядечку пододеться?

— Жить захочешь, и под бабушку оденешься, — ответил Куприн. — Давай о наших делах поговорим. Я ведь пришел убить тебя, вот и пистолет наготове. Юрист однозначно приказал мне это сделать сегодня ночью. Ты готов смерть принять от рук лучшего друга?

Было не понять, шутит он таким злым юмором или говорит серьезно. Во всяком случае, у Виктора что-то екнуло под сердцем и упало куда-то вниз. Он подумал, что жизнь его сейчас действительно в руках его друга. Деньги, его доля, по всей видимости, у него на руках, осталось только забрать у Михайлова диктофон, если он у него, и больше Михайлов по большому счету ему и не нужен. А если диктофон у его друзей, то и это ничего не меняет. Лишнего свидетеля не будет. А в Германию с такими деньгами он и без Михайловских связей и советов сам прекрасно доберется. Наступило время «X», момент истины. Михайлов молчал. Он был растерян и даже не знал, что ответить старому другу.