привычнее, ведь сомневаюсь, что в те времена, когда охотился на драконов, не зная, что является принц, он мог себе позволить какое-то снаряжение. Самое дешёвые и плохенькие доспехи по карману далеко не каждому.
Оскар вышел вперёд и жестом поманил меня к себе. Начали зачитывать протокол, похоже, без этого бой не начнётся, так что подходить будет безопасно.
— Соглашение Его Величества, короля Оскара I и герцога Грея, племянника побеждённого короля Вельгельма II…
Я и Оскар стояли в нескольких шагах друг от друга в центре арены.
— Вот скажи: зачем ты сражаешься? — заговорил мой противник.
— Хочешь поглумиться?
— Нет, просто узнать.
— В случае победы дракона, трон получит герцог Грей, так же он получит во временные владения, пока не найдётся другой наследник, былые земли королевства Горо, — продолжали зачитывать протокол.
— Неужели ты этого хочешь? — ещё раз спросил Оскар.
— А у меня кто-то спрашивал, хочу ли я чего-то вообще?
— Ну, говорили же тебе какие-нибудь слова напутствия перед выходом?
— Если же победит Его Высочество, то голова побеждённого дракона будет повешена над камином в приёмном покое дворца, Драконья Ведьма будет изгнана из королевства и лишена своей силы, а герцог Грей присягнёт на верность его Величеству и обязуется не допустить оспаривания власти Его Высочества Оскара I со стороны аристократов бывшего королевства Сандрия.
— Хочу отомстить за то, что ты сделал меня драконом, — заявил я.
— Как-то слабовато, не находишь?
— Убил других драконов и продал Кьяру для ритуала человеческого жертвоприношения.
— Вообще-то она должна мстить мне за это. Да и ты должен понимать, что драконов я убивал про приказу старика или бы я сам оказался на их месте. А вот про жертвоприношение… скажи, ты влюбился в нашу Кьярочку?
— Бой начинается! — выкрикнул тот, кто читал протокол.
Я не успел сообразить, что делать, как Оскар с криком бросился на меня. Какой-то инстинкт заставил меня увернуться.
— Молодец, — улыбнулся он обернувшись. — Зрителям было бы скучно, если бы всё закончилось так. Всё-таки скажи, ты влюблён в ведьму?
— Кто бы говорил. Не я же её постоянно Кьярочкой называю.
— Это не любовь, а желание поглумиться. Сам скажи, если бы я её любил, то продал бы?
Хоть я и не был воином, но понял тактику Оскара. Он обходил меня вокруг и постоянно говорил. Конечно, он хотел усыпить мою бдительность и напасть внезапно. Или, по крайней мере, чтобы у меня закружилась голова. Мне нужно было нападать или с последним он бы справился, но если бы я просто так это сделал, это ни к чему хорошем бы не привело.
— Слушай, — я остановился. — Кьяра — Драконья Ведьма, а я — её дракон.
После этих слов я резко повернулся и, бросившись на Оскара, сбил его с ног. Толпа зашумела. А я, тяжело дыша от страха перед тем, что сделал, правой передней лапой стоял на груди Оскара.
— Неплохо, преданный служка ведьмы, — прошипел он и прежде, чем я успел что-то сделать, вонзил кинжал мне в лапу. Я взвыл от боли и отпустил своего противника.
Когда боль позволила мне открыть глаза, Оскара я не видел. Значит, он был за моей спиной. Я резко обернулся и… он бежал на меня и был так близко, единственное, что я успел сделать — это упасть на боки. К счастью, остановиться он не успел, а я смог его толкнуть. От моего удара Оскар сделал два шага в сторону, но не упал. Это дало мне время, чтобы подняться. От страха я почти не чувствовал боль в лапе, а она истекала кровью.
— А говорил, что не боец, — усмехнулся Оскар. — Или от страха так получилось?
— Ты опять меня заговорить пытаешься?
В ответ на это он только хмыкнул, и снова ринулся в атаку. Уже осмелев, я встал на дыбы и инстинктивно зарычал. Один замаха раненой лапы и — Оскар отброшен в сторону. Он успел немного поцарапать чешую на груди, но это было даже не больно или боли я не почувствовал. Мой противник быстро поднялся. На его щеке было фиолетовое пятно моей крови, но уже через мгновение пятно местами начало краснеть, а мне казалось, что я ударил его лапой, а не когтями. Возможно, как-то и ими получилось царапнуть.
Толпа притихла. Вот Оскар, уже ничего не говоря, снова ринулся в атаку, а я ещё раз встал на дыбы, думая, что это поможет и сейчас, но, конечно, в этот раз он сменил тактику. Противник так быстро шмыгнула мне под крыло, что я не успел среагировать. Многие — Оскар запрыгнул мне на спину, от чего я невольно встал на четыре лапы, а он прижал мне нож к горлу. Не знаю, как это мне пришло в голову, но я снова стал на задние лапы, мой противник, похоже такого не ожидал, так что лезвие оказалась дальше от моей шеи, но я слишком сильно оттолкнулся передними лапами, так что на задних не устоял и всем своим весом плюхнулся на своего врага. Укол кинжала в бок, заставил меня подскочить, я сам не понял, чем я оттолкнулся, лёжа на спине. Страх того, что мой противник оказался у меня за спиной, заставил меня отбежать к краю арены.
Когда я оглянулся, Оскар, тяжело дыша, уже стоял, но не бежал в мою сторону. Его щека ужасно кровоточила. На белой до этого рубашке, в которой он решил сражаться, были и красные, и фиолетовые пятна. Я забыл все причины сражаться, которые знал. Мне хотелось закончить всё здесь и сейчас. Если до боя я был готов к смерти, то во время его жить хотелось, как никогда.
Оскар уже не бежал, а быстро шёл ко мне. У меня было время что-то придумать, но страх выгонял все полезные мысли из моей головы. С каждым мгновением смерть приближалась, я чувствовал себя загнанной в угол мышью, смотрящей в глаза довольному коту. Только мой кот был недоволен, а зол из-за того, что меня убить оказалось не так просто, как он думал. Пусть он так и не говорил, но я точно знал это.
— Что ты стоишь, как дурак! У тебя же крылья есть! — донёсся сверху грубый голос подвыпившего мужика. Пусть толпа и шумела, но я смог разобрать эти слова.
Я взмахнул крыльями, не ожидая, что из этого получится что-то хорошее. Казалось, что в воздухе я был ещё более неповоротливым, чем на земле, да и места не хватало, чтобы разогнаться. Я летал, боясь спускать вниз, а там Оскар направился к стенду со
