Невеста появилась в храме под руку с Роджером де Оксенфордом. Следом чинно шествовала Кларисса, разодетая соответственно случаю и обменивающаяся улыбками и светскими приветствиями с многочисленными знакомыми. Мимо нас она прошла, не меняя темпа, бросив в мою сторону короткий презрительный взгляд. Появление на бракосочетании недавней гостьи замка в роли узницы, окружённой бдительными стражами, вообще привлекало к себе внимание. В храме присутствовали почти все, с кем я успела познакомиться за время своего пребывания в городе. Том Хаксли, леди Маргарет, Рон Нортфолк, Джордж Грэнхэм, Антоний Шелдон, люди, которых я регулярно видела на ярмарках, слуги высшего и низшего звена, работавшие в замке - здесь были решительно все. Мне приходилось постоянно ловить на себе чьи-нибудь взгляды - иногда презрительные, иногда сочувствующие, порой безразличные, а чаще всего просто любопытные, - и слышать обрывки перешёптываний. Я сидела, идеально ровно выпрямив спину, высоко держа голову, чувствуя себя натянутой тетивой, которую отчего-то забыли снабдить смертоносной стрелой, и только лежащие на коленях руки были незаметно для окружающих сжаты в кулаки. За волосы или не за волосы, но меня притащили на эту экзекуцию, а значит, придётся выдержать её до конца.
Кларисса перегнулась через головы сидящих, переговариваясь с Хаксли, который расположился в одном из правых рядов немного впереди. Вскоре оба они обернулись в мою сторону. Я смотрела прямо перед собой, но улавливала их движения краем глаза.
- Да, Томас, я вам очень сочувствую, - долетели до моих ушей слова Клариссы. - Мне, конечно, следовало вовремя вас предупредить, но кто же мог знать? Она вела себя так хитро.
Я повернула голову влево, так, чтобы не видеть их даже боковым зрением. Но не прошло и нескольких секунд, как и с этой стороны на меня стали показывать пальцем. А вскоре из заполнившегося людьми прохода послышалась очередная серия перешёптываний.
- А кто это такая, под стражей-то?
- Это Инга Стабборн, чужеземка.
- И за что её арестовали?
- Да кто её знает, шпионка, наверное.
- А-а-а. А сюда-то зачем привели?
- Из соображений гуманности, наверное. Не всё же в темнице сидеть.
Ага, гуманность - наиболее характерная черта семейства де Оксенфорд. Я поскрипела зубами, но смолчала.
- Да нет, не поэтому. Она, говорят, жениха совратить пыталась. Вот её сюда и привели, чтобы видела, что ничего из её чар не вышло.
Совратить? Это Адриана-то? При всём моём желании сделать это было бы довольно сложно.
- Госпожа Лаура из-за неё все глаза себе проплакала.
- Да ладно, ври больше! Лаура себе на уме, это все знают. Вон, погляди, какая самодовольная!
- Тише ты, ещё услышит кто! Точно говорю: все глаза проплакала. Пока эту разлучницу под стражу не посадили; тут-то все её чары и рассеялись.
- Слушайте, уважаемая, - я всё-таки не выдержала и перегнулась через стражника, отделявшего меня от прохода, - вы бы хоть немножко язык придержали, а то я возьму и прямо здесь, в храме, совращу вашего мужа. У меня с этим быстро: один взгляд - и всё. Хотите продемонстрирую?
Сплетница не только заткнулась, но и поспешила протиснуться сквозь толпу от меня подальше, проталкивая вперёд всех своих домочадцев.
Какое-то время я сидела, прикидывая, кто сейчас раздражает меня сильнее - Кларисса или Лаура. По всему выходило, что Лаура, хотя на рациональном уровне это казалось не вполне оправданным. А впрочем, кто его знает? Клубок змей - он клубок змей и есть. Придя к такому жизнеутверждающему выводу, я переключилась на платье Лауры. Платье, надо признать, было шикарным. Белоснежное, пышное, расшитое жемчугом, с кружевными узорами и бесчисленным количеством всевозможных завязочек и пуговок. Полупрозрачная фата красиво спадала на плечи; одеяние прекрасно подчёркивало достоинства фигуры невесты.
- Когда ей успели сшить это платье? - поинтересовалась я вслух. Я обращалась к Джошу, которого избрала сегодня на роль собеседника, но говорила достаточно громко, чтобы быть услышанной гостями, сидящими на соседних рядах. - Ведь свадьбу назначили только сегодня утром. Она что, подготовила платье лет десять назад, в надежде, что кто-нибудь когда-нибудь всё-таки согласится?
Пара человек изобразили на лицах искреннее возмущение, но большинство окружающих прятали в кулаках усмешку.
- И сколько же там застёжек! - продолжала комментировать я. - Это платье явно предназначено для того, чтобы во время брачной ночи дело так и не дошло до главного. Жених просто свалится от усталости к тому моменту, когда сумеет, наконец, раздеть невесту!
- Может, он позовёт на помощь кого-нибудь из друзей, - предположили сзади.
Послышались смешки, мгновенно стихшие после того, как стражники обернулись, мрачно вглядываясь в лица зрителей.
- Да кто же добровольно согласится? - отозвалась я.
Меня стражники не пугали, поскольку терять всё равно уже было нечего. К тому же я якобы обращалась исключительно к Джошу, а тот как раз реагировал на мою болтовню вполне позитивно. В открытую, конечно, не соглашался и в разговор не вступал, но глаза посмеивались.
- Как кто? Вон Нортфолк согласится! - подсказали сзади.
Я перевела взгляд на Рональда. Он совершенно не находил себе места, то садился, то вскакивал и начинал метаться из стороны в сторону. По-моему, его глаза покраснели, хотя с моего места трудно было сказать наверняка. Время от времени он приближался к Лауре, пытаясь добиться её внимания, но тщетно, ведь ему приходилось делить её с многочисленными гостями, каждый из которых считал своим долгом поздравить невесту и что-нибудь ей пожелать. Сказать по правде, наблюдать за ним мне было противно. Принимать отказ тоже надо уметь. В конце-то концов он мужчина, а ведёт себя, как истеричная женщина.
Потом в храм вошёл Адриан, и мне стало не до смеха. Он был очень бледен, но в остальном выглядел хорошо. Его тоже успели обеспечить свадебным костюмом, который шёл ему не хуже, чем свадебное платье - Лауре. Правда, снимался этот костюм наверняка побыстрее. Единственная странность - традиционного меча на поясе у жениха не было.
Адриан появился в храме в сопровождении доброго десятка одинаково одетых "друзей". Эти как раз были прекрасно вооружены; более того, их руки практически не покидали рукояти мечей. Я с силой вцепилась в спинку стоящей впереди скамьи. Да, что ни говори, Лаура серьёзно отнеслась к своему бракосочетанию.
На лице Адриана застыло бесстрастное выражение; он держался гордо, я бы даже сказала, высокомерно. Ни с кем из гостей особенно не общался; максимум - короткий официальный кивок. Самообладание изменило ему лишь один раз: когда его взгляд встретился с моим. Моё присутствие на церемонии явно оказалось для него сюрпризом и, похоже, не самым приятным. Он сразу же подошёл к Лауре, довольно бесцеремонно схватил её за локоть и стал что-то сердито говорить. "Друзья жениха" оказались тут как тут; несколько мечей были извлечены из ножен до середины. Спины участников этой сцены и любопытных заслонили от меня происходящее, но инцидент вскоре был исчерпан. Заиграла торжественная музыка, и жених с невестой под руку приблизились к алтарю.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
