стране. Коррупция, воровство, культ бесконечной наживы – вот столпы, на которых держится наше государство, неужели вы не видите?
– Я-я-я…
Новиков отвёл глаза в сторону, не в силах больше выдерживать обезумевший взгляд парня. В то же время мимо них прошёл мужчина средних лет, презрительно покосился на толпу молодёжи, а потом демонстративно плюнул на землю и громко сказал с высокой долей пренебрежения в голосе:
– Предатели!
– Зомби! Мясник! Людоед! – выкрикивала в ответ одна из девушек с разрисованным лицом, а потом тоже подскочила к Евгению и заголосила в крайне высокомерном тоне: – Вот видите, до чего доводит зомбирование по телевизору. Люди совсем уже потеряли человеческий облик. Одна пропаганда войны круглосуточно по всем каналам и бесконечный патриотический угар, все вокруг превратились в овощи с промытыми мозгами. – Девушка вновь выглянула из-за плеча Евгения и бросила в спину того мужчины ещё одну словесную гранату: – Выродок!
– Так с чего всё началось-то? – Евгению наконец удалось вставить слово и перейти в наступление.
– Да ни с чего, – фыркнул парень.
– Жадность! Глупость! – выкрикнула девушка, но быстро потеряла интерес к Евгению и упорхнула обратно к остальным.
– В смысле «ни с чего»? – не унимался Новиков, не обращая на неё внимания.
– Ну, Милка всё правильно сказала, – пожал плечами парень и обернулся на остальных. – Жадность. Кучке разжиревших богатеев мало нас грабить из года в год: повышать цены, налоги, красть наши сбережения – теперь они принялись за соседей, но откусили кусок, который не смогут проглотить. Ха-ха. Идиоты! Дикари! – начал подражать он своей подруге и выкрикивать бессмысленные ругательства, направленные невидимому оппоненту, который даже не мог ответить. – Куда нам тягаться с цивилизованными странами, где ещё не забыли, что такое свобода и равенство? Альянс нас просто растопчет и не заметит. Нужно остановить эту бессмысленную бойню!
– Разве наши соседи состоят в Альянсе, хм?
Евгений задумался. До него начали долетать обрывки воспоминаний из множества вариантов прошлого, но они так тесно переплетались в клубок бессвязных образов, что распутать их было невозможно.
– Конечно! Давно уже, ты чего, мужик? Ты серьёзно не знал или специально издеваешься? – Парень скорчил недовольную рожу. – Только не говори, что ты тоже из «этих»!
– Этих?
– Ну да, – парень покрутил пальцем у виска. – Бездумных идиотов, повторяющих всё за государственной пропагандой.
– А если серьёзно, то кто начал эту войну? – не унимался Евгений, стараясь делать как можно более глубокомысленное выражение лица, но это не помогло.
– А-а-а, я понял! – воскликнул парень с немного ехидной ухмылкой и долей разочарования в глазах. – Ты всё-таки из «этих». Скептик, значит, да? Всё-то вам надо к мелочам придираться, а на полную картину вам плевать. Голова одним телевизором забита, совсем уже думать разучились. Очнись! Какая разница, кто сделал первый выстрел, когда любому дураку понятно, что Альянс просто спровоцировали. Какое им дело до дикарей? Разве им нужна война? Они и так прекрасно жили, бед не знали. Это нашим вечно голодным псам всегда мало добычи. Очевидно, что наш «великий вождь» просто обезумел от предвкушения лёгкой наживы. Они завидуют богатству и успешности Альянса и хотят оторвать хотя бы кусок. Да ты взгляни в глаза этим рожам с телевизора, они же больные люди. Тебе хочется подыхать ради их жажды наживы? А, друг?
– Да я просто спросил…
– Что ты спросил? – экспрессивно и визгливо крикнул парень, размахивая транспарантом. – Давай, повторяй установки пропаганды, больше вы ничего не умеете, ходячие, пустоголовые рупоры! «А почему они выстрелили первыми?», «А зачем они подвели войска к нашей границе?», «А почему, а почему…». – Он кривлялся и передразнивал оппонента, существующего только в его воображении. – Да по кочану! Потому что любой адекватный человек прекрасно видел, к чему всё идёт и что ожидать от наших поехавших правителей, промытые вы головешки. Тьфу!
Парень сделал пару шагов назад, резко теряя интерес к Евгению, а позади него раздался истерический голос совсем юной девицы в огромных круглых очках и с ярко-красными волосами:
– Если ты такой умный, то чего не на фронте?
– Вот! Правильно! – подтвердил парень, что общался с Евгением. – Раз так защищаешь местных царьков, то, может, пора и автомат в руки взять?
– Так а вы что предлагаете? – совершенно спокойно спросил Евгений, не желая дальше провоцировать неадекватную молодёжь. – Просто сдаться?
– А что ещё остаётся? Нам ни за что не победить в этой войне. Альянс намного сильнее и богаче, к тому же правда на их стороне. Остаётся только упасть на колени и молить о прощении, а ещё лучше о покровительстве. Авось хоть тогда к нам придёт настоящая цивилизация, а не эта дикость. – Парень скорчил такую гримасу, будто съел ложку невыносимой горечи.
– Вы считаете, что они пощадят нас и страну?
– Да плевать я хотел на эту страну! Пусть хоть выжгут всё калёным железом и всех, кто её защищает, пусть хоть на лоскуты порвут. Ты разве не видишь, что мы живём как в тюрьме, в тотальной тирании, где душится любая свобода слова? Страна рабов и господ, которая держится только на полицейских штыках… – Парень проглотил слова и посмотрел куда-то за плечо Евгения. – Вот, как говорится, помяни чёрта. Твои друзья пожаловали.
Новиков обернулся и обнаружил, что к ним тихо приближался полицейский автомобиль, сверкая проблесковыми маячками. Машина замедлила ход, остановилась рядом с протестующими, и из неё показались двое полицейских: один постарше, с измученным, уставшим лицом и тяжёлым взглядом из-под бровей, и второй помладше, с ещё горящими глазами от предвкушения жизненных перспектив. Внутри Евгения всё разом похолодело. Его нервы натянулись в тугую струну, сердце заколотилось, а разум подначивал бежать со всех ног, пока ещё есть время, но тело отказывалось подчиняться. Глаза не обманывали, это точно были они: старший
