вместе сбежали. Титану хватило ума не попасться. Ему и еще двоим, ты скоро с ними познакомишься.
Марк остановился в темноте, обдумывая его слова. Даша послушно замерла рядом, другие тоже остановились. Они не произнесли ни слова и не стали его торопить. Они понимали.
Не то, чтобы Марк все это время думал, какой он уникальный… Черт, да нет – именно так он и думал! Потому что сложно представить себе другую такую же ситуацию, не правда ли?
Он несколько секунд стоял в полной прострации, а потом у него в голове что-то треснуло. Парень сосредоточился на этом ощущении и увидел в своем сознании ментальную стену, кладка которой только что сместилась и начала крошиться.
Марк заскрипел зубами и присел на одно колено. Да Винчи тут же взял Дашу за плечи, чтобы женщина не упала – она единственная тут не могла видеть в темноте. Марк отметил это мудрое решение и поставил в уме галочку потом благодарно кивнуть Андрею. Он сфокусировался на ментальной стене, внезапно подумав о том, что за те два дня, проведенные им в Клинике в бессознательном состоянии, Бостром мог делать с ним что угодно. И похоже сделал. Каким-то образом Ник заблокировал некоторые из его воспоминаний. Вполне возможно – разговор в машине тоже, поэтому парень тогда не вспомнил, что Даша жива.
Ментальная стена тем временем теряла стабильность, покрываться сетью глубоких трещин. Бладхаунд тоже помогал, бросаясь на нее разъяренным пардом. Охотник рвал преграду призрачными когтями неистовства, вгрызался в нее клыками испепеляющей ярости, и вскоре стена рухнула. Марк судорожно вздохнул, когда воспоминания вернулись к нему.
– Теперь я знаю, где слышал ваши прозвища, – прошептал он, поднимаясь. – Это ники экс-чемпионов Офферинга.
И вновь они двинулись дальше, окутанные саваном молчания. Титан хотел что-то сказать, но Андрей покачал головой, мол, Марку нужно время, чтобы подобрать правильные вопросы. Да Винчи помнил себя на его месте, помнил, как на него сходу вывалили всю эту кучу дерьма и он чуть не помешался. Только жена и сын не позволили ему соскользнуть в бездну безумия. У Марка такой роскоши не было, и рисковать они не могли.
Через несколько минут группа миновала низкую квадратную арку. Проходя под ее сводами Марк подумал о том, что стоунпласт, который сейчас повсеместно используют в строительстве, отличается характерным матово-серебристым цветом, на нем не могут образовываться плесени и мхи, он не покрывается потеками ржавчины и практически не разрушается. Но эти трубы, что начались за аркой, сделаны из неизвестного ему серого материала, глубоко изъеденного влагой, покрытого зелеными и бурыми разводами. Выходит, здесь начинается старый коллектор.
– Но я ведь так и не стал чемпионом, – внезапно для самого себя он нарушил тишину, рассуждая вслух. – Почему тогда..?
– Тебе и не нужно было, – хмыкнул Титан. – Как играл ты, не играл никто и никогда! Ты стал бы чемпионом – факт, и сохранял бы этот титул многие годы.
– Так вы… вы следили за мной? – потупился Марк.
Никто не ответил ему. Они прошли несколько поворотов, спустились по узкой железной лестнице, потом еще по одной, свернули в низкий и особенно темный коридор, расположенный под ощутимым уклоном. В отличие от верхних уровней, влаги здесь почти не было. И вонь исчезла, остался лишь затхлый холод давно не проветривавшегося подвала.
– Как давно? – спросил, наконец Марк, когда ответ на предыдущий вопрос стал очевиден.
– Твою мать, Андрюх, ответь ему! – внезапно выругался Карат. – Этого вопроса было не избежать, и ты сказал, что все разрулишь!
– Полгода! – резко бросил Да Винчи. – Полгода, Марк, – повторил он уже тише. – Но пойми…
Прежде, чем он договорил, Марк в одно быстрое, но осторожное движение прислонил Дашу к холодной стене и с разворота ударил Андрея в челюсть. Тот отлетел на несколько метров и глухо шлепнулся на землю. Марк повернулся к остальным и был неприятно удивлен – оба уже приняли боевые стойки, готовые защищаться. Реакция, как у охотника!
«О нет, совсем не такая же!» – посмеялся Бладхаунд в предвкушении, однако парень не отдал ему контроль.
Он бросился на Карата, но в последний момент метнулся к Титану и нанес ему серию беспорядочных ударов по голове и корпусу. Часть из них паренек принял в блок, от других увернулся. Марк зарычал и атаковал с удвоенной силой, а потом внезапно развернулся и встретил Мишу джебом. Карат успел уклониться, но Марк тут же врезал ему под дых, а потом локтем сверху по затылку. Карат упал, застонав, и Марк снова повернулся к коротышке.
Бладхаунд рванулся в ментальных путах, пытаясь вырваться, но парень осадил его, словно норовистого жеребца. «Нет! – его ментальный рев на миг оглушил охотника, заставив съежиться и забиться глубже. – Это мой бой!»
– Остановись! – успел выкрикнуть Титан, пока Марк шел на него. Паренек все чаще пропускал удары, и все же держался на удивление стойко. Марк сомневался, что даже дюжина Стражей сможет его остановить, но эти трое… «Порча коснулась их, – пояснил Бладхаунд, – разве не чуешь? Но они потеряли ее благословение. Они не чета нам!»
Марк, наконец, пробил защиту Титана и мощным кроссом в грудь повалил его на землю. Он много дрался в юности, но никогда – в сознательном возрасте, после двадцати. Однако сейчас навыки уличной драки вернулись, и даже стали лучше, ведь с ним были рефлексы охотника и благословение Порчи – нечеловеческие ловкость и сила.
– Подумай сам! – по туннелю раскатился надрывный возглас Андрея. – Поверил бы ты нам полгода назад? Ты ведь жил в своей идеальной иллюзии!
– Тридцать пять человек, – прошипел Марк, не слыша его. – Я убил тридцать пять человек. А потом… потом еще одиннадцать. И котенка!
– Ты сдал бы нас Стражам, сразу же! – Карат поднялся, опираясь о стену. – Даже слушать бы не стал, разве нет?
– Пусть так! – Марк обернулся к нему. Его глаза наполовину заволокло чернотой. – Но это и ко мне привлекло бы внимание Департамента. Они остановили бы меня раньше!
– И убил бы ты на десять человек меньше, – Да Винчи закашлялся и сплюнул кровью. – Может, на двадцать, если б они оказались порасторопней. Но какая разница? Какая разница, скольких ты убил – тридцать или сорок человек? Ты все равно убийца!
– И все равно попал бы в Клинику! – подхватил Титан. От
