обо всем, даже о концентрационном лагере! Но мы не встретили никого, кто хотел бы нас задержать или установить с нами какой-нибудь контакт – ничего похожего. Это, пожалуй, наименее понятно, во всяком случае, для меня. Цивилизация планеты, несомненно, на высоком уровне. Архитектура в техническом отношении развита чрезвычайно, строительство таких куполов, как те, которые мы видели, должно представлять непростую проблему. А рядом – каменный поселок, напоминающий средневековый город. Поразительное смешение уровней цивилизации! При этом, видимо, существует отличная система сигнализации, раз они погасили свет в этом своем городе буквально через минуту после нашего прибытия, а мы ехали очень быстро и никого не заметили на дороге… Без сомнения, они наделены разумом, а толпа, которая нас окружила, вела себя как стадо баранов, охваченное паникой. Ни следа какой-либо организации… Сначала они как будто убегали от нас, потом нас окружили, смяли, возник неописуемый хаос, все это было бессмысленно, просто безумно! Ну, и так во всем. Индивид, которого мы убили, был одет в какую-то серебристую фольгу; эти были голые, лишь на нескольких болтались какие-то лохмотья. У того трупа в яме была введена в кожный нарост трубка… И, что самое странное, у него был глаз как у этого, которого вы видите, а другие были без глаз, зато с носами. Когда я об этом думаю, меня охватывает опасение, что даже двутел, которого мы привезли, нам не поможет. Естественно, мы постараемся с ним объясниться, но я не очень верю, что это удастся.
– Весь собранный до сих пор информационный материал нужно записать и как-то классифицировать, – заметил Кибернетик, – иначе мы в нем утонем. Должен сказать… Доктор, наверное, прав, но… эти скелеты… А это точно были скелеты? И история с толпой, которая сначала окружила вас, а потом разбежалась…
– Скелеты я видел, как тебя. Это неправдоподобно, но это правда. Ну а толпа… – Химик развел руками. – Это было абсолютное безумие, – добавил он.
– Может, вы разбудили весь поселок, и они были просто потрясены; представь себе, скажем, отель на Земле, в который въезжает здешний вращающийся круг. Ведь ясно, началась бы паника!
Химик упрямо покачал головой. Доктор усмехнулся.
– Ты там не был, тебе трудно объяснить. Паника? Превосходно. А потом, когда все они уже попрятались или убежали, круг выезжает на улицу, и тогда один из беглецов, голый, как выскочил из постели, трясясь от страха, бежит за этим кругом и дает начальнику понять, что хочет с ним поехать. Так?
– Но он вас не просил…
– Не просил? Если мне не веришь, спроси их, что было, когда я сделал вид, будто собираюсь прогнать его обратно. Отель!.. А могилы, открытые могилы, полные трупов?
– Дорогие мои, без четверти четыре, – сказал Координатор, – а завтра, то есть сегодня, нам могут нанести новые визиты – вообще здесь каждую минуту может произойти все что угодно. Меня уже ничего не удивит! Что вы сделали в ракете? – спросил он у Инженера.
– Мало. Мы часа четыре просидели у монитора! Проверили один сверхпроводящий электронный мозг типа «микро», радиоаппаратура почти налажена – Кибернетик расскажет подробнее. К сожалению, много каши.
– Мне не хватает шестнадцати ниобий-танталовых диодов, – сказал Кибернетик, – криотроны целы, но без диодов с мозгом ничего не сделать.
– А вытащить неоткуда?
– Вытащил сколько мог – семьсот с лишним.
– Больше нет?
– Может, еще в Защитнике? Но мне не удалось до него добраться. Он в самом низу.
– Слушайте, мы что, всю ночь будем стоять у ракеты?
– Верно, пошли. Погодите, а что с двутелом?
– Да, и вездеход!
– Вынужден вас огорчить: с этого момента мы должны выставлять постоянную охрану, – сообщил Координатор. – Просто безумие, что у нас ее не было до сих пор. Первые два часа, до рассвета, добровольно, а потом…
– Я могу, – сказал Доктор.
– Ты? Ни за что, только кто-нибудь из нас, – сказал Инженер. – Мы хоть сидели на месте.
– А я сидел на вездеходе. Я устал не больше тебя.
– Ну хватит. Сначала Инженер, потом Доктор, – сказал Координатор.
Он потянулся, потер озябшие руки, подошел к вездеходу, выключил фары и медленно подкатил его под самый корпус ракеты.
– Слушайте, – Кибернетик стоял над неподвижно лежащим двутелом, – а что с ним?
– Оставим его здесь. Наверно, он спит. Не убежит. А то чего бы он с вами ехал? – бросил Физик.
– Но так нельзя – нужно что-то сделать… – начал Химик и не договорил.
Один за другим все уже спускались в туннель. Он огляделся, сердито пожал плечами и пошел за остальными.
Инженер разложил около излучателя надувные подушки и сел, но, чувствуя, что его сразу же начинает клонить ко сну, встал и начал размеренно прохаживаться.
Песок тихонько поскрипывал под ботинками. Небо на востоке серело, звезды постепенно переставали мерцать, бледнели. Воздух был холодный и чистый. Инженер попробовал различить в нем этот чужой запах, запомнившийся с первого выхода на поверхность планеты, но уже не мог его ощутить. Бок лежащего поодаль двутела мерно поднимался и опускался. Вдруг Инженер увидел длинные и тонкие щупальца, которые выползли из груди двутела и схватили его за ногу. Он отчаянно рванулся, споткнулся, чуть не упал – и открыл глаза. Оказывается, он заснул на ходу. Светлело. Перистые облачка собрались на востоке в наклонную линию, как будто нарисованную одним мазком, ее край медленно разгорался, в неопределенную серость неба вливалась голубизна. Последняя яркая звезда растворилась в ней. Инженер стоял лицом к горизонту. Облака из бурых превратились в бронзово-золотые, на их кромках бушевал огонь, розовая полоса, сплавленная с незапятнанной белизной, двигалась по небосклону – из-за плоского, словно выжженного края планеты показался тяжелый красный диск. Это было похоже на Землю.
Его охватила пронзительная, невыразимая тоска.
– Смена! – послышался громкий голос за его спиной.
Инженер вздрогнул. Доктор смотрел на небо и улыбался. Инженеру вдруг захотелось поблагодарить его за что-то, что-то сказать, он сам не знал что, это было необыкновенно важно, но у него не нашлось слов, он тряхнул головой, ответил улыбкой на улыбку и нырнул в темный туннель.
Глава восьмая
В середине дня пятеро полураздетых мужчин, с шеями и лицами, покрытыми бронзовым загаром, лежали в тени ракеты под ее белым брюхом. Вокруг валялась посуда, части приборов, на полотнище палатки были разбросаны комбинезоны, ботинки, полотенца, из открытого термоса поднимался запах свежезаваренного кофе, по огромной равнине ползли тени облаков, все дышало спокойствием, и если бы не съежившееся голое существо, которое неподвижно сидело немного поодаль, это вполне могло бы сойти за какой-то земной бивак.
– Где Инженер? – спросил Физик; он лениво приподнялся на локтях и посмотрел перед собой.
– Пишет
