Еще один важный тезис: производство оружия в СССР было неразрывно связано с остальной частью народного хозяйства и даже с бытом. Это — тип хозяйства и жизнеустройства, который был выработан в русской крестьянской общине, и он таит в себе огромный потенциал эффективности. Это — великое экономическое открытие русского народа, которое могло быть сделано только благодаря особенностям его центральной мировоззренческой матрицы.
Как только была изменена политическая система — и армия, и отечественный ВПК стали просто объектом уничтожения. В самой армии эти действия оценивались единодушно. Вот маленький штрих: «Летом 1994 г. был проведен массовый анонимный опрос офицеров главных и центральных управлений, академий и московских частей. Ни один из них не предложил кандидатуру Бориса Ельцина на пост президента на выборах 1996 года».266 Главный удар был нанесен по производству наукоемких материалов и компонентов вооружения. Выпуск электронной техники военного назначения в 1992-1994 гг. сократился более чем в 10 раз. Был прекращен выпуск более 300 типов интегральных схем для новых ракетных комплексов наземного и морского базирования. В 1992 г. были прекращены закупки новых эффективных средств электронной защиты самолетов. Были прекращены важные исследования и разработки в области вооружений (высокоточного ракетного оружия, обнаружения малоразмерных целей). Список свернутых работ очень обширен.267
Шлыков пишет: «В 1992 г. объем закупок вооружения и военной техники [был сокращен] сразу на 67%… И тем не менее, несмотря на столь, казалось бы, радикальное уменьшение, употребляя терминологию Е. Гайдара, “оборонной нагрузки на экономику”, никакого заметного улучшения жизненного уровня населения, как известно, не наступило. Наоборот, произошло его резкое падение по сравнению с советским периодом. Более того, в глубокую депрессию впал и так называемый гражданский сектор российской экономики, особенно промышленность и сельское хозяйство. Советский период по мере удаления от него все более начинает рассматриваться как время, когда страна имела и “пушки, и масло”, если понимать под “маслом” социальные гарантии. Уже не вызывают протеста в СМИ и среди экспертов и политиков утверждения представителей ВПК, что Советский Союз поддерживал военный паритет с США прежде всего за счет эффективности и экономичности своего ВПК».
Это — последний важный тезис. В народном хозяйстве СССР ВПК был не «нагрузкой», а необходимым элементом целостной экономической системы. При его подавлении вся система погрузилась в кризис. Отличие советского хозяйства от того, что мы видим сегодня, составляет как бы загадку, которую в интеллигентной среде избегают даже формулировать. Сейчас все, кроме денег, у нас оказалось «лишним» — рабочие руки и даже само население, пашня и удобрения, скот и электрическая энергия, металл и квартиры. Все это или простаивает, или продается по дешевке за рубеж, или уничтожается.
Все описанные разрушения привели к угрозе государственной целостности — дезинтеграции регионов и к общенациональному бедствию — критическому расколу между богатыми и бедными.
Дезинтеграция регионов
На пореформенный раскол накладывается сетка разделения по региональным основаниям и по типам поселений: «Жители мегаполисов и российская провинция видели совершенно разные “России”. В мегаполисах со знаком плюс оценивают ситуацию в стране 69% респондентов, в российской провинции, районных центрах, поселках городского типа и на селе — от 34 до 38%. Ситуацию катастрофической или кризисной здесь считали свыше половины всех опрошенных, в то время как в мегаполисах — лишь более четверти. Уровень разброса оценок по отдельным городам впечатляет еще больше. Москвичей, довольных жизнью, было свыше 80%, тогда как в Пскове или Рязани — 22% и 26% соответственно».268
Рассмотрим демографические характеристики российских регионов. Наиболее высокий коэффициент прироста населения на I квартал 2013 г. на 1 тыс. жителей показал Северо-Кавказский федеральный округ (8,3). Абсолютным лидером прироста является Чеченская Республика (20,2). Абсолютный антирезультат — у Псковской области (-10,3). В расчете на 1 тыс. жителей естественная убыль составила 1,2, увеличившись с прошлогоднего показателя за тот же отрезок времени на 0,2. При этом самым «убыльным» оказался Центральный федеральный округ (-3,7). Аутсайдерами в нем являются Тульская (-8,6), Тверская (-8,3) и Тамбовская (-8,1) области.269 Итак, по коэффициенту рождаемости Псковская и Тульская области — это современные европейские страны, завершившие «демографический переход». Дагестан и Ингушетия в этом плане аналогичны развивающимся странам, все еще ориентирующимся на многодетную семью.
Впрочем, анализ коэффициентов смертности не позволяет причислять упомянутые российские области к развитым странам по типу демографического поведения. У последних смертность намного ниже и продолжает сокращаться. Например, за 1990-2006 гг. коэффициенты смертности снизились: в Австрии — с 10,6 до 8,9; во Франции — с 9,3 до 8,5; в Германии — с 11,5 (Западная Германия) до 9,9. За тот же период соответствующие коэффициенты увеличились: в Псковской обл. — с 15,1 до 23,3, а в Тульской — с 14,5 до 20,9.270
Различия в демографическом поведении свидетельствуют о том, что в рамках России соседствуют чрезвычайно разные «культурные миры», гармоничное сосуществование которых невозможно без специальных усилий посредством адекватной региональной демографической политики.
Следствие различий в воспроизводстве населения — различия в его возрастном составе (табл. 3.1).271 Все самые молодые российские регионы — это удаленные от центра национальные республики и округа. Старое население концентрируется в столицах и в русском историческом ядре — Тульская, Московская, Рязанская и другие области.
Таблица 3.1
Население моложе трудоспособного возраста в некоторых регионах России (в % от общей численности населения), 2007 г.
Межрегиональные различия по ожидаемой продолжительности предстоящей жизни составляют свыше 20 лет. Если Чукотский АО и Тыва (58-59 лет) находятся по этому показателю на уровне Гамбии и Ганы (табл. 3.2-3.3),272 Еврейская АО и Ненецкий АО (62 года) — Йемена и Сенегала, Читинская область (63 года) — Бангладеш, то Кабардино-Балкария, Карачаево-Черкессия, Северная Осетия (71 год) аналогичны Парагваю и Бразилии, Дагестан и Чечня — Словакии, а Ингушетия достигает даже уровня Великобритании (одного из мировых лидеров по долгожительству).
Таблица 3.2
20 российских регионов с наименьшей ожидаемой продолжительностью жизни при рождении (лет), 2007 г.
Ожидаемая продолжительность жизни в России в целом растет с северо-востока на юго-запад, т. е. в соответствии с улучшением климатических условий. Парадоксально лидерство республик Северного Кавказа, где низок уровень экономического благополучия (по соотношению доходов и прожиточного минимума, уровню безработицы) и высочайшая в России социально-политическая нестабильность (включая террористические акты, высокий уровень бандитизма и даже наличие элементов боевых операций). Этот феномен социологи объясняют отсутствием алкоголизма, опорой на личные подсобные хозяйства, особым менталитетом, включающим уважение к старшим, тесные родственные связи.273
Таблица 3.3
20 российских регионов с наибольшей ожидаемой продолжительностью жизни при рождении (лет), 2007 г.
В ходе общего обеднения большинства населения России резко усилилось расслоение регионов по доходам населения. Одним из принципов советской социальной политики было постепенное выравнивание регионов по главным показателям благосостояния. В ходе реформы региональная дифференциация резко усилилась. Нарушились устоявшиеся, стабильные соотношения в социальных индикаторах разных республик, краев и областей Федерации. В 1990 г. максимальная разница в среднедушевом доходе между регионами РСФСР составляла 3,53 раза. В 1995 г. она выросла до 15,6 раза, а в 2006 г. составила 10,2 раза и сегодня колеблется на этом уровне. Если в 1990 г. средний доход жителей Горьковской области составлял 72,4% от среднего дохода жителей Москвы, то в 1999 г. средний доход жителей Нижегородской области составлял всего 16,9% от среднего дохода москвичей, а в 2004 г. — 22,9%.
На картосхемах (рис. 3.1-3.2)274 показано распределение регионов России по душевому ВРП, пересчитанному в долларах США (по паритету покупательной способности — ППС) в сопоставлении со странами мира. Такое сравнение, конечно, условно, поскольку в рамках страны материальные блага подлежат межрегиональному перераспределению. Эти картосхемы, однако, дают определенное представление, но не столько о доходах населения, определяющих его уровень жизни, сколько об экономическом результате деятельности населения регионов в сопоставлении с этими показателями в странах мира.
