затем исчезновения тех кто будет отправлен за ними, карр. Там нужно от силы человек десять, — прокаркал ворон.
…а сейчас ваши дети покажут себя во всей красе! — закончил речь Лачи.
С кресел поднялось несколько парней и девушек, учащихся на боевом факультете, которые пошли на импровизированную сцену. Сэм не удивился, когда увидел среди них Уинберри, Элизу и их прихвостней — выступление перед таким количеством влиятельных лордов — неплохой способ прорекламировать себя. Оказавшись на сцене, они разделились на две группы по двенадцать человек в каждой. После чего встали полукругом лицом друг другу, образую большой круг.
— Дамы и господа! — в очередной раз прозвучал голос Лачи: Сейчас мои ученики продемонстрируют вам свои способности. Приготовьтесь увидеть кое-что воистину невообразимое!
Один из студентов по знаку Лачи создал простейшую сферу наполненную водой и отправил в стоящую напротив него девушку. Та не растерялась и отбила её в другого студента, а тот в следующего. Сэм отметил с каким мастерством они принимают и передают друг другу сферу, помогая себе при этом специальными стабилизирующими плетениями. В глубине души охотника заворочался червячок зависти, но Сэм тут же его подавил.
Ворон словно уловил состояние Сэма и проговорил в его голове:
— Зато ты можешь самостоятельно жонглировать своими сферами. Будь их хоть несколько штук, карр.
— Просто посмотри на их плетения: ничего лишнего, — ответил духу Сэм: хотя иначе мои сферы не удержать, а по убойности они намного превосходят это плетение.
— Тебе сложно контролировать плетения из-за мощи твоих сил. Поэтому ты и вынужден плести три четыре фигуры там, где обходятся двумя, но вот результат… А в будущем, когда они решат использовать больше фигур, им придется переучиваться, карр, — успокоил его ворон.
— Ничего не понял, почти, — пошутил Сэм.
— Вряд ли большинство гостей поймут о том, что тут происходит, — прошептала ему на ухо Юри.
— Ты о чем? — спросил Сэм.
— Большинство присутствующих здесь знакомо с магией лишь на примере различных артефактов. А значит использование студентами такой тонкой техники они не распознают. Скорее всего Лачи припас на финал что-нибудь стандартное: сражение или избиение манекена, — ответила девушка.
— Тут ты права, — ответил Сэм и посмотрел на напыщенные лица мужчин и женщин, словно это они участвовали в представлении, а не их дети.
— Один из немногих поводов для гордости, карр, — произнес ворон: смотрите какое у меня дитя.
Вскоре магическую сферу отправили в небо к магическому куполу, где она и взорвалась. Капли воды зависли, а лучи солнца проходящие сквозь них образовали настоящую радугу.
Когда Сэм закончил любоваться радугой, на сцене уже стоял тренировочный манекен, напротив которого и встал один из учеников. А дальше Сэм начал внимательно наблюдать за студентами. Похоже они решили выложиться по полной: огненные и водные сферы защиты, земляная броня, лезвия гудящего пламени и пилы воздуха — почти после каждого выступления студента манекен представлял из себя жалкое зрелище, и его приходилось ремонтировать мистеру Абернати — непревзойденному мастеру бытовой магии. Еще Сэма забавляло то, как во время выступления кого-нибудь из студентов его родители расправляли плечи и одобрительно качали головой. Избиение манекена продолжалось часа два, и когда заклинания начали повторяться Сэм начал зевать. Только Элли удивила его в самом конце, создав сферу из призрачно-тонких лезвий воды. По мере завершения выступления студенты усаживались на свои места, и Сэм с нетерпением бросал взгляды на оставшихся.
— Мистер Лачи уже говорил, что помимо преподавателей мы наймем специалистов: магистра огня, архимага земли, мастера тьмы, — начал говорить Уоксли, когда последний студент уселся на свое место: попрошу мистера Уореса пройти на сцену и продемонстрировать свои способности.
— Что? — удивленно пробормотал Сэм и посмотрел на Уоксли: я мастер тьмы? и кто нас нанял. Идем бесплатно.
Сэм спокойно встал и пошел в сторону сцены. Почти сразу он наложил на себя покров тьмы, а затем плел заклинания сфер, которые подвешивал вокруг себя. Когда он вышел на сцену, огородил себя и манекен от зрителей темными стенами, сделав их немного прозрачными. Осмотрев получившийся результат, он отправил сферы в манекен. Одна за одной они влетали в бедное чучело и взрывались, распрыскивая кислоту, действие которой хорошо можно было увидеть по разъеденному дереву манекена. Когда последняя сфера взорвалась недалеко от чучела, Сэм сплел заклинание молнии, один конец которой держал в руке, а другим обхватил манекен за шею и потащил к себе. Воздух наполнился сухим треском разрядов и запахом озона. Когда манекен приблизился к нему на расстояние десятка шагов, Сэм отпустил конец молнии, и она устремилась в чучело. Раздался громкий хлопок и манекен улетел в дальний угол, где и остался лежать грудой обугленных головешек.
После этого он развеял заклинание стен и поклонился шепчущимся зрителем, немного придерживая цилиндр — еще не хватало, чтобы он свалился в грязь.
— Спасибо мистер Уорес, можете вернуться на свое место, — поблагодарил его Уоксли, и Сэм пошел к сидящей в волнении Юри, позволяя покрову истончаться с каждым его шагом.
— Позер, — прошипела Юри и поцеловала его в щеку.
— Зато многие теперь подумают десять раз, прежде чем вызвать меня на дуэль. Мне давно нужно было продемонстрировать нечто убойное. — прошептал Сэм и трясущимися руками расстегнул верхнюю пуговицу на пальто.
— А почему молния имела черный цвет? Ты же вроде наловчился использовать обычную? — спросила у него Юри.
— Мастер тьмы, а молнии обычные — непорядок, — Сэм попытался изобразить напыщенного аристократа, но, заметив улыбку на лице Юри, продолжил как обычно: эксперимент заключался в том, чтобы создать на основе обычной молнии измененную. Что позволит неприятно удивить противника. Она имеет свойства не только молнии, но и накладывает порчу, что позволит создать элемент…
— Я поняла, Сэм, — прервала его Юри: смотри.
Сэм посмотрел в сторону сцены, чтобы увидеть, как Лачи, окруженный стеной огня, управляет стихийными щупальцами. Грозное пламя ревело, но профессор, словно не замечал этого, и атаковал попеременно многострадальный манекен, на котором после каждого удара оставались глубокие разрезы. Буйство стихий длилось около пяти минут, после чего Лачи щелчком пальцев развеял пламя. По приподнятому вверх подбородку можно было понять, что профессор весьма высокого мнения о своих способностях. Хотя Сэм и заметил, как его руки немного дрожат от перенапряжения.
— Как вы видите, мы учли ошибки прошлой экспедиции, поэтому отправим в эту значимые силы, а ваши дети смогут прикоснуться к величию по её итогам. У вас остались вопросы? — произнес Лачи.
С одного из стульев поднялся немолодой мужчина с тронутыми сединой бакенбардами. Одежда выдавала в нем купца — только они старались нацепить на себя кучу украшений и
