контролируешь! – возмущался фамильяр, – отдай мне её тело!
– Да хватит уже, на неё множество клейм, я уже говорил, – пробубнил я, затем добавил тише. – И сейчас ещё больше
– Именно. Она вообще бесполезна для нас, она бесполезна для врага, зачем она?
– Ты хочешь сам копать?
– А-а-а, – дошло до комка шерсти.
Только сейчас до меня дошло, что засунув дух монстра в кролика, я зря ожидал от него хотя бы того же уровня разума, что раньше. Кролик всего второго уровня, путь с развитием разума и души, но всё же достаточно ограничен.
Я концентрировался на стихии и боевой мощи, но не учёл этой простейшей вещи. А ведь по мере адаптации дух может отупеть на постоянной основе, если монстра не развить или не убить.
– Позор мне, – пробормотал я.
– Ты что-то сказал? – спросил фамильяр.
– Ничего. Твоё тело скоро начнёт деградировать, так что вернёшься в могилу. Лови, – произнёс я и достал корнеплод из рюкзака.
– Это что? – спросил кролик и понюхал, поначалу отстранился с отвращением, а затем начал удивлённо втягивать всё больше воздуха, ловя аромат.
– Морковка. Но не обычная, а относящаяся к опасным. Она на три-четыре часа поднимает ступень съевшего его монстра. Минимум на одну, максимум до третьей. Но потом ты помрёшь.
– В смысле «я»? Не буду я её есть, умирать больно!
– А тут выбора мало, буквально нет. Тело может протянуть и год, пока ты успешно охотишься и становишься сильнее, но ты адаптируешься к нему, станешь слабее. А так ты сумеешь повеселиться на третьей ступени. Представь, как ты будешь шугать вражеских магов… а ну не ешь!
– Ты ж сам уговариваешь.
– Когда появятся враги, тогда ешь. Не сейчас, – проворчал я.
Шестнадцать была предана своему хозяину, так что я исказил её восприятие и притворялся им.
Дополнительно я создал несколько рун, которые убьют её при нападении на меня, усадьбу или её жителей. Либо она о нас что-то расскажет кому-то ещё.
Не люблю я рабские контракты, но фактически я просто отсрочил смерть этого человека.
Будь я сильнее, врагов можно было использовать куда проще. Просто стереть личную память, и пусть живут, как хотят на свободе.
В чём-то я понимаю превращение преступников в рабов, но только в том месте, где в обмен на воспоминание спасется жизнь и даётся второй шанс.
Рабство мерзко. Но нужно признать, что я двуличен.
Являясь магом души – порабощение врагов и монстров, искажение их разума и даже души – моё оружие. Глупо это отрицать.
Хотя сейчас моё тело склонно в первую очередь к свету, а без развития и особого понимания базовых стихий, я становлюсь ужасным слабаком, на уровне монстра-светлячка. Нужно всё-таки отправиться в школу для выбора развития.
Ночью да с помощью волшебницы, способной выкопать огромную яму мановением пальцев, трудности в нахождении алтаря не возникло.
Однако магическая формация предсказуемо имела охрану в виде куда более опасного каменного дракона и чуть меньших по размерам змей, но они атаковали самых опасных врагов.
То есть не меня.
– За что? Не-е-ет! – кричал кролик с морковкой, но корнеплод не ел, а пробовал отбиваться ушами.
Но за ним ползал только один каменный удав, все остальные противники атаковали Шестнадцать.
Я же спрыгнул в яму и достаточно быстро разобрался в управлении алтарём.
Я не был истинным изобретателем подобных артефактов, но их устройство дорабатывал и обучал ему. Из памяти его не стирал, так что даже со слабым развитием очень быстро я стал для этой структуры хозяином.
Создал же этот алтарь обладатель титула Небо по имени Хрусталь, ставший шестым императором с таким статусом.
Я не в курсе своего номера, но в сводке подобные имена не упоминались, Кварца не было. Кроме того алтарь имел изъяны, которые мои ученики заметили бы и сделали самовосстанавливающимися. Конечно, в теории.
Если верить сводке, в заговоре против меня участвовала куча народа, так что я много кого уничтожил, но ведь только виновных.
А по душе понятно, что родственников у меня в этом мире не было на момент попадания в истукана. Пусть прошли десятки тысяч лет, но не прервись мой род, душа была бы ещё сильнее. А за столько лет потомков должны были быть тысячи или даже больше.
Впрочем, истреблял я заговор только ради выживания потомков, но, зная людей, они вполне могли друг друга в итоге и перебить даже без чьей-то помощи.
А бонусом ещё драконы нападали, так что всё вообще становится так себе.
– Ва-ха-ха! Я победил без этой штуки! – рассмеялся кролик, нюхая морковку.
Ну, не стану его расстраивать, уточняя момент взятия под контроль стражей.
Алтарь представлял собой огромный вогнутый диск из обычного камня, но в него вылили жидкое золото, затем дали остыть, вылили расплавленное серебро. Только затем всё было отшлифовано, после чего при помощи волшебства инкрустировали сферу монстра пятой ступени стихии земли.
Только после этого были нанесены руны, после чего снова в дело пошёл расплавленный металл, теперь всё заливали свинцом, смешанным с ядрами меньшей силы, но уже не только стихии земли, но и разума с прочими.
Это была вся формация. Сильнее её могли сделать дублирующие отдельные элементы, но создатель не стал с этим возиться, а просто сделал три вывода мощи, куда ретранслировался эффект.
Те самые три окружности.
Их мы тоже проведали, но нужного там особо ничего не оказалось.
Куда более полезным могли быть для меня приёмники маны, пусть они работали только днём, но они оказались скрыты среди обелисков. А тащить куда-то столб, который было сложно обхватить трём истуканам, мне казалось неразумно.
Проще создать новый приёмник маны, тем более магическая технология в этом плане шагнула вперёд. По крайней мере, в этой местности. Истуканы тому доказательство.
Учитывая, что эта технология получена и Орденом, пусть и без моей модификации, то она не должна считаться распространённой.
Как я и думал, два истукана сумели поднять алтарь.
Мы двинулись в сторону усадьбы кратчайшим путём, но в какой-то момент прямо на нашем пути возникли ауры, и они бурно насыщались маной.
– Кролик, жри морковку, – быстро произнёс я.
– А? Чё? – очнулась тварь, развалившаяся на алтаре, чем испытывала прочность каменных кукол.
– Враги. Морковку жри.
– Не хочу.
– Тогда я умру, и ты тоже.
– Так бы сразу и сказал, – проворчал ушастый и начал медленно вкушать корнеплод.
