– Я не понимаю, – сказала она. – Почему Риму просто не рассказать всем, что на самом деле произошло на кладбище? Как близко мы подошли к концу? Может быть, тогда мы бы получили ключ к разгадке и начали делать что-то правильно.
– Потому что все счастливы, что миру не пришел конец.
– Что? Это было бы ужасно. Миллиарды людей бы погибли. Кому такое может понадобиться?
– Это зависит от того, во что ты веришь. Если ты с нетерпением ждешь вознесения на небеса, тогда ты будешь разочарована, когда этого не случится, а может, рассердишься на тех, кто это остановил.
Это всё из-за меня.
– Ты…сердишься? – спросила она.
На лбу Саймона появилась хмурая морщинка.
– Я не уверен, – признался он. – Месяц назад – да. Но сейчас? – он пожал плечами. – Я однозначно знал, что ничего непонятно. В конец света я верю, но, наверное, не в тот, что происходит на самом деле.
Аминь.
Когда Райли закончила принимать душ и переоделась в свежую одежду, Саймон уже упаковал вещи и ждал ее, чтобы попрощаться. В прошлом она бы поцеловала его, но всё ещё не простила его для такой интимности. Она все еще помнила, как он замачивал в святой воде свою одежду, и слышала его яростные обвинения. Это предательство глубоко врезалось в воспоминания.
Ад пустил первую кровь им обоим.
Тем не менее, она обязана ему.
– Спасибо тебе, Саймон. Ты спас мою жизнь прошлой ночью.
Он казалось, растерялся от благодарности Райли.
– Все не так просто, – ответил он.
Он подошел к машине Сэм и запрыгнул в нее, как будто ему хотелось убежать. Сэм махнула ей и уехала.
Теперь ты снова ведешь себя странно. Что с этим парнем?
В планах Райли было зайти и забрать Бека из офиса шерифа, но ей помешала одна женщина, которую она надеялась никогда больше не увидеть: Жюстин. Она сидела за столом заместителя шерифа, в руках у нее была ручка, и цыпочка находилась в режиме репортера. Блокнот и диктофон лежали рядом. Бек сидел рядом с чашкой кофе в руке, его больную ногу подпирал другой стул. Кто-то нашел для него чистую одежду: сейчас он был в спортивных штанах и белой хлопковой футболке. Он казался непринужденным, как будто Жюстин больше не представляла угрозу.
Негодование Райли немедленно пробудилось от своего беспокойного сна. Что в этой женщине нажало на эту кнопку? Хотя она упорно работала, чтобы сохранить свое выражение лица нейтральным, Бек поймал ее взгляд и улыбнулся, будто знал, что происходило в ее голове.
Да, я ревную. То и дело.
Райли отметила, что его тон был не дружелюбен, но размерен, он отвечал на вопросы Жюстин без лишних слов, словно свидетельствовал в суде.
Она нехотя оттолкнула зверя по имени ревность обратно в его клетку и захлопнула дверь, лишая его силы, потому, что он только и жаждал разрушить ее жизнь.
– Я подожду снаружи, пока вы закончите, – сказала она.
Изумрудные глаза Жюстин оценили ее.
– Это займет некоторое время. Я отвезу его, куда он захочет, после окончания интервью.
Зверь взвыл от мучений, гремя клетке из стальных прутьев, желая разорвать ее и искалечить.
– Бек, тебя это устраивает? – спросила Райли, она так сильно сжала челюсть, что ей было трудно говорить. Когда он кивнул, она отошла на пару шагов от них, прежде чем сделала что-то глупое.
Через мгновение она уже сидела в грузовике и сильно стучала по рулю, как это часто делал он сам, а потом сердито посмотрела на здание.
Я прошла все тропы проклятого болота, чтобы спасти его задницу, а потом он едет с …
Как долго она будет брать интервью? Когда дело будет сделано, они пойдут выпить, а потом…
Ревнивые вопли в ее сознании отчаянно возрастали, и только когда она, наконец, достигла мотеля, они затихли до раздражительного хныканья.
Девяносто восемь минут спустя Жюстин доставила Бека в мотель. Не то чтобы Райли считала, или еще что-то. Они кратко переговорили за пределами комнаты Бека, поэтому Райли не смогла подслушать. Вместо этого зверь в ее клетке любезно расписывал ей детали.
Бек: Я брошу этого ребенка. Затем мы сбросим наши сапоги до рассвета, детка.
Жюстин: О, Бек, ты такой жеребец.
Райли ударила ладонью по лбу, чтобы остановить этот лейтмотив ревности. На самом деле, ей больше нравился другой вариант.
Бек: Я тебе интервью дал? Дал. Катись отсюда.
Жюстин: (надувает губы)...
***
Хлопнула дверь в комнату Бека. Сперва он заглянул в ванную, затем приковылял к ней в комнату, опираясь на трость.
– Смывал ее помаду? – спросила Райли, прежде чем смогла остановить себя.
– Да. Не хотел, чтобы ты ревновала меня или ещё чего, – парировал он. Затем опустился на кровать. Медицинский раствор, который они использовали от укусов жуков, проступал через хлопчатобумажную футболку маленькими синими пятнышками.
– Донован нашел другого гробовщика, он организует похороны Сэди. Они состоятся через два дня.
Что означало, что Райли нужно закончить уборку в её доме и отчистить порошок для снятия отпечатков пальцев до этого. Бек продолжал, не обращая внимания на то, что она составляла в уме целый список.
– Донован устраивает пресс-конференцию сегодня вечером. Он собирается рассказать все, чтобы люди узнали, кто виноват, – Бек откашлялся, как будто он собирался что-то сказать, затем покачал головой. – Мне нужно немного поспать.
– Бек … насчет Жюстин…
– Не ходи туда.
Пару минут спустя он был в своей постели. Она не могла просто уйти, поэтому пришла в его комнату и села рядом с ним. Он открыл глаза и коснулся её.
– Извини, – сказал он.
– Я была способна на это, – сказала она. – Эта дрянь иногда сводит меня с ума.
– Только ли иногда? – спросил он.
– Ладно, каждый раз, когда я ее вижу, я хочу оторвать ей голову. Ты счастлив?
Она заслужила кривую улыбку за это признание.
– Теперь ты знаешь, что я чувствую, когда я думаю о том проклятом ангеле, – его рука опустилась и потянула ее за собой под одеяло. – Останься со мной, пока я засыпаю. Просто будь собой, ты слышишь? – сказал он, озарив лицо улыбкой.
– Ты что, шутишь? У тебя болит нога, масса укусов и ты похож на Смурфика. Это не заставит меня возбудиться, Бек.
– Ну я же фигурально.
Она скинула туфли и свернулась калачиком рядом с ним. Он обнял её.
– Так-то лучше, – пробормотал Бек. Меньше чем через минуту он крепко спал.
Когда Райли слушала стук его сердца под своим ухом, она поняла, что между ними не всё будет как прежде. Впервые в жизни ей не терпелось увидеть, что принесёт ей будущее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
