Однако, чтобы преодолеть препятствие, надо было ещё раз убедиться в безопасности намеченного плана. Для этого охотник решил съездить через реку, просмотреть дно, измерить глубину и только лишь потом переводить караван с грузом.
Отвязал от седла связующий повод, направил учага в воду. Послушный олень, прекрасно понимая, что от него требуется, смело понёс своего хозяина по мелководью к глубине. Ему не единожды приходилось преодолевать таёжные реки с седоком на спине. Его сознанием руководил опыт прошлых переправ, мудрый орон не торопился, сам пошёл в нужном направлении, чуть выше границы слива, где пологое дно обещало быть наиболее мелким. Казалось, что исход выбранного положения уже разрешён в пользу человека, но, как бывает во многих ситуациях, всегда находится что-то такое, что мешает добиться намеченного без каких-то проблем. Сейчас этой проблемой оказалась глубина на середине реки, которую Загбой не мог предвидеть. Всего лишь несколько метров, через которые олень, не доставая ногами дна реки, должен был проплыть с седоком на спине. Это обстоятельство не давало повода для отказа от переправы. Вьючные животные и люди могли переплыть свободно, пусть даже намочившись в ледяной воде. Но как быть с потками и турсуками, в которых были продукты и пушнина?
Загбой вернулся хмурый, спешился, с тревогой посмотрел на чистое небо:
– Надо пыстро делай тумэлэн[24]. Олени переплывут сами, но груз притётся плавить. Ната торопись. Скоро пойтёт турной вода.
Быстро застучал топор. Загбой стал рубить застоявшуюся сушину. В прибрежных тальниках звонко свистела пальма. Ченка готовила гибкие прутья для связки плота. Дмитрий, не в состоянии помочь, присел на кочку и закурил трубку.
А солнце поднималось всё выше и выше. Растаяли замёрзшие капельки вчерашнего дождя. Могучие деревья сбросили с себя искристую влагу, протянули к небу длинные лапы – ветви, приветствуя праздный день. Высохла трава, пожухлые стебли начали оживать от тепла и влаги. Весёлый ветерок заговорил о прелестях существующего мира. Вдохновлённый благодатными условиями, пернатый мир неумолкаемой трелью славил лето.
Начали сбываться предсказания Загбоя. Река зашумела, вода стала мутной. В нарастающем круговороте понеслись прошлогодние почерневшие листья, отмершие хвоинки, застаревшая чаща, мелкие прутики ольхи и более крупные сучки деревьев. Очень скоро течение понесёт вырванные кустарники и даже деревья.
Но вот наконец-то благодаря настойчивости, умению и стремлению Загбоя и Ченки тумэлэн готов. Четыре сухостойных пихтовых кряжа крепко перевязаны гибкими тальниковыми прутьями. Четырёхметровое плавающее средство готово к покорению небольшой реки. Посреди плота – помост из жердей. На него уложены потки с пушниной. Самое ценное и необходимое – ружья, топоры, продукты, посуду и более мелкие вещи, как то: спички, провиант – Загбой решил плавить в первую очередь. Однако Дмитрий упросил его сначала доставить на противоположный берег пушнину, а потом уже все остальное. Эвенк согласился, нагрузил свой корабль объёмистым грузом, сразу прикинул, сколько раз ему и Ченке придётся пересекать течение, и поторопился: шесть ходок – дело нешуточное. Пусть в этом месте река шириной около пятидесяти метров, но всё равно на переправу уйдёт какое-то время, а река поднимается на глазах.
Дружно взметнулись и утонули прочные шесты. Загбой в корме, Ченка на носу. Неуклюжий тумэлэн, опасно покачиваясь из стороны в сторону, медленно поплыл через течение и через минуту ткнулся в каменистый берег. На разгрузку ушло не более полуминуты. Назад плот вернулся гораздо быстрее. Пока плавили пушнину, Дмитрий волновался, с замиранием сердца следил за проворными лоцманами, которыми выступали низкорослый мужчина и хрупкая, маленькая девушка. В какой-то момент купцу казалось, что они не справятся с возложенной задачей, утопят груз и утонут сами. Но ловкие, уверенные движения, своевременная постановка шестов подсказали обратное. В какой-то миг Дмитрий представил, что отец и дочь всю свою жизнь только и делали, что от зари до зари работали на переправе груза через реку.
И вот наконец-то, к огромному облегчению Дмитрия, закончился последний рейс. На том берегу – гора поток и вьюков. Здесь остались только олени и он. Перерезая уже бурное течение, плот возвращается. Загбой и Ченка напрягают все усилия, прикладывают всё умение для сопротивления потоку. Громоздкое, неуклюжее сооружение сильно парусит на поверхности воды и, едва не завалившись за границу слива, в бушующий перекат, всё же пристаёт к берегу. Теперь проблема лишь в одном – как переправить оленей.
Загбой хочет переплавить Дмитрия на плоту, но река с каждым мгновением дурит всё больше. Вот уже поплыли первые деревья. Это опасно, так как громоздкие стволы могут сбить плывущих, и неизвестно, смогут ли люди вернуться за оленями. Тогда охотник решает разделить вьючных животных на три части, по количеству людей, чтобы в поводу загнать их в реку и переплыть с ними на их спинах. Выбора нет. Ситуация с каждым мгновением меняется в худшую сторону и надо торопиться.
Загбой отвязал повод между тринадцатым и четырнадцатым оленями, резво вскочил на передовика, смело направил свою группу в воду. Дружная цепочка оронов, поддерживаемая друг другом, осторожно потянулась через реку, уже через несколько минут, благополучно переправившись через бурный поток, встала между стволов деревьев желанного берега.
Наступила очередь переправы Дмитрия. Оставшиеся десять оленей были поделены пополам, по пятёркам, так что преодоление водной преграды обещало быть более безопасным. Вот вторая цепочка вошла в быстрый поток. Какое-то расстояние вьючные животные осторожно ступали по каменистому дну. Затем, добравшись до глубокого места, поплыли.
Русский припал к шее своего верховика и как мог помогал оленю в достижении его цели. Он крепко держал повод, подгонял орона и даже подгребал рукой ледяную грязную воду. Несмотря на сильное давление паводка, плывущая пятёрка благополучно достигла середины реки. Казалось, что успех задуманного был разрешён в пользу людей. Загбой, торопливо стучал топором. Охотник хотел развести жаркий костёр. Ченка медленно правила своего учага к переправе. Каждый был занят своими делами, и никто не видел, как где-то в глубине реки, подхваченная бурным течением, из водоворота вылетела тёмная тень чёрной торпеды.
Топляк – затопленное водой дерево – появился на поверхности реки неожиданно. Вывернувшись из мутного потока, разорванным концом он приподнялся на некоторую высоту и, увлекаемый собственной тяжестью, опустился на голову четвёртого оленя пятерки Дмитрия. Это произошло так быстро, что в первые мгновения никто из людей не мог в полной мере оценить случившееся.
