в стране постепенно воцарилась нормальная обстановка, и смертная казнь вновь стала применяться реже. Впрочем, полного отказа от нее пока не наблюдается, поскольку даже в 1912 году по положению об усиленной охране и решениям военных судов к смерти было приговорено 335 человек, из которых 124 были казнены.
В 1913 году к смерти были приговорены 143 человека и казнены 33 (большое количество помилований в этом году было связано с амнистией по случаю трехсотлетия дома Романовых). Большинство преступлений, за которые виновные приговариваются к смертной казни, — это бегство из тюрьмы, тюремные бунты и нападения на тюремных служащих.
Уголовные наказания, предусмотренные российским законодательством, таковы:
а) пожизненная каторга или каторжные работы на срок от четырех до двадцати лет;
б) тюремное заключение на срок от четырех до шести лет с последующим поражением в гражданских правах;
в) ссылка на поселение в отдаленные районы империи.
Прежде в ссылку отправляли всех осужденных, но теперь часть из них отбывают свой срок в тюрьмах на территории собственных губерний.
Помимо уголовных, существуют так называемые исправительные наказания разной степени тяжести — от самых мягких (выговоров, штрафов и тюремного заключения на срок от трех дней до трех месяцев) до самых суровых (тюремного заключения на срок от одного до четырех лет с последующей утратой гражданских прав и преимуществ). Среди исправительных наказаний числится и так называемое заключение в крепости на срок от одного года четырех месяцев до четырех лет с лишением прав и от четырех недель до одного года четырех месяцев без лишения прав. Как правило, это наказание назначается за правонарушения политического характера и «сочинения» антигосударственной направленности.
Некоторые преступления в России караются куда менее сурово, чем в Англии. К примеру, убийц чаще всего приговаривают к двенадцати годам каторжных работ. В некоторых случаях, при наличии смягчающих обстоятельств или если убийца действовал в состоянии аффекта, он может вообще быть оправдан. Кроме того, определенные категории убийств караются тюремным заключением на срок не более двух лет.
Если бы Бейлиса признали виновным, он, вопреки тому, что писали лондонские газеты, не был бы повешен, но максимальное наказание, к которому его могли бы приговорить (за убийство ребенка с особой жестокостью), — это пожизненная каторга.
Как мы уже видели, в России существуют две категории судов — окружной суд и судебная палата, причем судебные палаты занимаются в основном политическими и должностными преступлениями. В судебных палатах дела рассматривают либо департаменты, либо особый судебный состав с «сословными представителями». Эти представители — губернский предводитель дворянства, городской голова и волостной старшина (крестьянин). В судебную палату также подаются апелляции на приговоры окружных судов, вынесенные без участия присяжных, и палата может изменить этот приговор. Высшей же апелляционной инстанцией является Сенат. По делам, рассматриваемым судом присяжных, апелляции по существу дела невозможны, но по формальноправовым основаниям разрешено апеллировать в Сенат, который может оставить приговор в силе или отменить его и направить дело для повторного рассмотрения либо тем же судом, либо другим составом суда с той же юрисдикцией. Таким образом, приговоры, вынесенные судом присяжных, нельзя изменить, но можно отменить и аннулировать. В этой своей функции Сенат играет ту же роль, что Кассационная палата во Франции.
Российская адвокатура как институт возникла в 1864 году. В России быть защитником по уголовному делу (но не политическому) позволено любому человеку, обладающему определенным образованием и положением. Что же касается гражданского судопроизводства, то эта привилегия ограничена правом выступать в суде низшей инстанции не более трех раз в год. Из этого правила есть и исключение: выступать защитниками по гражданским делам позволено только адвокатам, имеющим особые свидетельства «из судебных мест» — «частным поверенным»{22}. Адвокатов-профессионалов готовят университеты, и, сдав выпускной экзамен и получив диплом или степень, они обязаны проработать пять лет помощниками адвокатов, чтобы получить необходимый стаж. После этого, пройдя экзамен по процессуальному праву, они получают полноценный статус адвоката — становятся присяжными поверенными.
Российская адвокатура более чем оправдывает свое существование. С момента создания в 1864 году она породила целый ряд выдающихся адвокатов — видных юристов и великолепных ораторов. В последние годы, после учреждения Думы, влияние адвокатуры ощущается и в политике, поскольку многие из депутатов, играющих видную политическую роль, являются адвокатами по профессии. Адвокаты по роду занятий привыкли к публичным выступлениям, а зачастую и специально обучались ораторскому искусству, поэтому, как только у них появилась возможность в полной мере проявить свои особые таланты, они с неизбежностью выдвинулись на первый план как в правом, так и в левом крыле парламента. Среди адвокатов-депутатов Думы, играющих там видную роль, можно назвать таких деятелей, как Плевако[104], Маклаков[105] и покойный г-н Муромцев[106] — председатель первой Думы, один из самых известных юристов Московского университета и ярчайшая «звезда» русской гражданской адвокатуры.
В целом из всех преобразований Александра II именно судебная реформа — за исключением, конечно, освобождения крепостных, которое было краеугольным камнем всех реформ, ведь без него они просто не имели бы смысла — оценивается наиболее высоко. Связано это с тем, что, во-первых, старая судебная система была из рук вон плоха, и, во-вторых, новая система действует по-настоящему успешно.
В период реакции, воцарившейся при Александре III, и в первые годы царствования нынешнего императора, когда министром внутренних дел был реакционер Плеве[107], адвокатура сумела сохранить независимость. Более того, можно сказать, что в те годы адвокатура и только адвокатура была оплотом свободы мысли и слова.
Необходимо отметить, что революционное движение оказало на деятельность адвокатуры вредное воздействие — во-первых, потому, что многих ее либеральных представителей лишили возможности заниматься адвокатской практикой, и, во-вторых, потому, что после революционного подъема власти делали все возможное, чтобы ослабить нравственную независимость судей, придать судейскому корпусу максимальную реакционность, и в некоторых отношениях им это удалось. Результаты этой политики отражаются сегодня на ходе политических и «полуполитических» судебных процессов. Впрочем, возможно, это лишь временное, преходящее торжество реакции, следствие революционных потрясений, и, если нынешнее успокоение в стране окажется устойчивым, ситуация постепенно исправится сама собой. Если же, однако, события пойдут по другому пути, если из искр недовольства вспыхнет пламя, тогда традиционную независимость адвокатуре вернут другие обстоятельства. Тем не менее даже сейчас, с учетом всех недостатков, всех временных затруднений и помех, всех реакционных влияний, той неблагоприятной обстановки, в которой ей приходится действовать, российскую адвокатуру все равно следует признать
