нарастающего возбуждения, - а тебе правда уже лучше? Или еще плохо?
-Ну, как сказать...ох, - срывается с моих губ первый восхищенный стон, потому что толстые пальцы уже вовсю давят между бёдер, сдвинув в сторону полоску ткани.
-Скажи как есть. - Звучит сзади сексуальным басом.
Его пальцы ускоряются. Низ живота уже сводит порочными, но такими сладкими ощущениями. Оттопыриваю попу назад, прогибаясь в пояснице. Мама дорогая, как же Моин и сам уже возбудился. Он словно готов разорвать штаны прямо на мне своим орудием любви.
-Всё в порядке. - У меня сбивается дыхание, и я нижнюю губу зубками прикусываю, уже предвкушая полный разрыв и взрыв всего.
А Моин, продолжая ласкать меня внизу, уже с себя тоже штаны приспускает. Потом с меня, оголяя ягодицы с бёдрами. Нижнее белье на мне оставляет - я знаю, что его это дико будоражит.
Переворачивает на живот, вжимаясь в меня своим сильным и разгоряченным телом. Одну руку под живот мне заводит и ниже спускается, играясь со мной двумя пальцами. Второй рукой направляет в меня своего заряженного и подёргивающегося бойца.
И всё. Меня уносит в открытый океан. Волны блаженства облизывают каждое нервное окончание, когда муж толкается, заполняя меня без остатка. От усталости и следа не остаётся. Прикусываю зубами свою руку, чтобы подавить стоны, ведь сейчас день-деньской, и мимо нашей спальни кто угодно может пройти, хоть она и находится в отдалении от всех шахт. Моин низко мычит мне в волосы. Я чувствую его везде. Толчки отдаются даже где-то между лопаток. Мощь его тела выбивает из меня все мысли, оставляя чистое и бесконечное счастье.
-Я так люблю тебя, Катюш.., - каждое его слово усиливает удовольствие в теле, а горячая пружина между бедер всё сильнее и сильнее натягивается, грозясь выстрелить с минуты на минуту, - люблю тебя больше всех остальных...И как же меня раздражает, что у тебя есть еще мужья! - И снова и снова продолжает доказывать мне, как сильно он меня любит.
И всегда, всегда когда мужья мне в любви признаются, и говорят, что любят и хотят сильнее, чем все остальные, я верю им. Я чувствую их. И я всегда любовью на любовь отвечаю. Удваиваю её. И благодарю судьбу за вторую жизнь, которую она мне подарила, отправив в этот мир.
-А я тебя люблю, мой крепыш. - Простанываю в ответ.
На руке следы от моих зубов остаются. И даже кожу уже немного саднит. Так что я переключаюсь на мужа и уже в его руку вцепляюсь - чуть выше запястья. Он как раз на левую руку опирается для равновесия - прямо там, где у меня голова находится. А второй рукой продолжает меня ласкать. Трогает и трогает все мои самые чувствительные точки. Разливает жар между бёдер всеми своими действиями.
-О да...Сожми меня еще сильнее...Вот так...Как же ты меня сжимаешь...Родная...Как хорошо в тебе...
От переизбытка чувств зубы еще сильнее сжимаю у него на руке. Начинаю всем телом вздрагивать. Наши тела становятся единым целым. Всё и везде пульсирует. Проникает под кожу. Стоны, которые ни ему, ни мне уже невозможно сдерживать, сливаются в единую симфонию со звуками любви, которыми заполняется пещера. И как же меня это заводит...Каждый шлепок - как обжигающий хлыст, усиливающий вибрацию в теле. И хоть бы никто не зашёл, хоть бы никто не помешал! Я всех мужей люблю, но сейчас я хочу только моего Моина. Меня даже запах его тела опьяняет. И какой же он большой, сладкий и сильный медведь...И как он, бедненький мой, долго терпел, сдерживался...
Но сейчас мы с ним вдвоём. Одни в целом мире. И это лучше любой психотерапии. Уровень эндорфинов к небесам подскакивает. Моё тело будто изнутри начинает светиться. Я хочу, чтобы этот рай длился вечность.
-Любовь моя, моя единственная...Я не могу больше...Сейчас уже.., - и начинает брать меня сильнее, ускоряя темп.
Обнимает двумя своими ручищами, заключая в тиски. Того и гляди рёбра сломает. Его ураган вторгается в мой шторм. Грани стираются. И мы проваливаемся и летим вниз. Времени больше не существует. Пальчики на ногах поджимаются, я чувствую его любовь к себе каждым сантиметром своего существа. Каждым нервным окончанием. Умираю и возрождаюсь вместе с ним.
И после, когда мы, запыхавшиеся и счастливые, лежим обнявшись, Моин вдруг спрашивает:
-Катя, мне внезапно в голову пришло...А ты случайно не беременна?
Глава 43. Вся правда
*Катя*
Мне даже в голову как-то не приходило, что моё состояние может быть связано с беременностью, хоть я и видела уже один из вариантов нашего будущего, а там, на секундочку, и правда были дети.
Но для меня беременность - это что-то из реального мира, а здесь ведь мир магии. Поэтому я даже и не думала об этом. И про задержку в цикле тоже забыла.
-Не знаю, - и я на локте приподнимаюсь, - но...возможно.
-Так нужно тебя срочно осмотреть значит. И как можно скорее!
Я не могу не улыбнуться, потому что у Моина такой вид, будто решается вопрос жизни и смерти. Или все гномы так серьезно относятся к беременности жены? Если это и правда так...ох...Ну и "замучают" же меня заботой! Хоть в лес жить уходи!
Но наш разговор прерывают мои вернувшиеся мужья.
-Ага! Еще солнце ярко светит, а вы уже в кровати?! - Ехидничает Лорин, заваливаясь рядом со мной на свободную половину.
Хорошо, что мы с Моином уже успели привести себя в более менее пристойный вид. Потому что моим мужьям стоит лишь моё голое плечо увидеть, и всё - день потерян, а я становлюсь узницей спальни.
-Лорин, ты выглядишь довольным. - И я отвечаю на поцелуй мужа. - У вас есть хорошие новости?
Другие мои мужья тоже бодры и веселы. Даже Азар с Иларом искрятся энтузиазмом, а они до сих пор еще учатся радоваться жизни, ведь их прошлое так просто из памяти не сотрешь - борьба за существование под землей, это не про шуточки и улыбочки.
Но сейчас Азар, растянув губы в улыбке, говорит расслабленным голосом:
-Пусть Гилли расскажет. А иначе он вот-вот взорвётся от счастья.
Мы все устремляем взгляды на Гилли. И мой жизнерадостный муж и правда чуть кипятком уже от радости не фонтанирует.
-Оказалось, что это не гонец приехал, Катюш. А придворный маг, служивший
