По мере продвижения вглубь, перед верховным правителем расы Луунов то и дело вставали глухие перегородки без признаков сенсоров или панелей для сканирования конечностей. Но, стоило Аамуну Пятому приблизится, как они тут же исчезали в стенах. Количество герметичных люков-дверей было бесконечным. И, хотя здесь никогда не бывали посторонние, но гора хранила столько секретов о расе ученых, что верховный правитель решил исключить даже случайные варианты проникновения чужаков в святая святых своего народа. Система охраны была создана им самим лично и настроена на вибрации его сущности, так что Аамун Пятый мог быть абсолютно уверен в том, что никто из вошедших сюда, причем это касалось и остальных луунов, даже имевших разрешение на самостоятельный вход, никогда не выберется назад, если на то не будет его воли.
Наконец, последний люк отъехал в стену, и взору верховного правителя открылся огромный круглый зал, залитый ярким светом. Несколько десятков луунов в длинных серебристых одеяниях, которые полагалось надевать на заседания ученого совета, сидели в глубоких креслах, в ожидании прихода своего правителя. Кресла собравшихся были расположены полукругом, а напротив них стояло еще несколько кресел, которые помещались на небольшом возвышении, словно на сцене. Обычно туда помещали редких гостей системы, которые появлялись здесь только по желанию верховного правителя для восприятия коллективного внушения, которое должны были начать приводить в исполнение сразу после того, как покинут пределы системы. Другого типа общения со своими гостями лууны не признавали. Ведь они были самой умной расой в галактике. Аамун Пятый в это был абсолютно уверен. А раз так, то все остальные должны были добровольно принять их превосходство и подчиниться голосу разума. Его разума.
О том как поступал с умнейшими головами его народа на протяжении бесконечно долгих лет презренный Урасс, эта глупая тварь, для которого они создали империю, Аамун Пятый предпочитал больше не вспоминать и запретил остальным луунам думать об этом. Однако, не так давно настал день, который изменил все. Теперь они были близки к цели. И возмездие начало свершаться. Теперь даже сам Аамун Пятый изменил свое мнение и приказал остальным луунам думать только о загах. Слившись в коллективный разум, где он был главной клеткой организма, верховный луун направил всю мощь некогда изобретательного народа на поиск самого короткого пути, который должен привести всю галактику в царство разума. И Пастырем для заблудших народов вселенной будет он. Его народ проводником великих решений, а все остальные народы рабочим материалом для создания нового гигантского, но отлично управляемого организма.
С тех пор, как лууны начали тихое противостояние, и заперлась на своих пяти планетах системы «Бертоллин», вокруг каждой из них повисли дредноуты аброгов. Однако эта блокада не пугала верховного правителя расы и не мешала им плести свою сеть, в которую один за другим попадали подконтрольные аброгам кланы вместе со своими звездными системами.
Лууны уже давно открыли несколько новых источников энергии, которые были неведомы загам. Они научились получать энергию даже из невидимых движений пространства, но самое главное, они научились ее накапливать. Поэтому энергетические щиты, накрывавшие их планеты, были абсолютно не проницаемы для оружия аброгов. А кроме того они были неиссякаемы и могли выдержать сколь угодно долгие бомбардировки. Сами лууны не имели ударного оружия на своих планетах. Но, им это было и не нужно. Рожденный управлять другими, может это делать, не показывая умения владеть оружием. Аамун Пятый пока что сохранял видимость тихого противостояния, хотя оно уже давно перешло в активную фазу. И с момента успешной атаки землян на «Спрятанный мир», все ядро галактики просто бурлило.
Между тем, верховный правитель луунов позволял дредноутам аброгов по-прежнему висеть в небе над своими планетами. Пусть этот недоумок Урасс еще некоторое время пребывает в уверенности, что внезапный выход из-под его контроля почти половины ударного флота империи чудовищная случайность или предательство офицеров. А многочисленные бунты рабов, вспыхнувшие одновременно в дальних и даже ближних колониях, просто совпадение. Отказ же выполнять приказы автоматических транспортных кораблей луунов, вкупе с исчезновением почти трети летающего парка «черепах» в неизвестном направлении, просто сбой имперской системы управления. Злой рок богов, которые временно отвернулись от непобедимого Урасса, который уверен в том что ему удастся все вернуть.
Пусть он думает так еще недолгое время, которое нужно Аамуну Пятому для завершения своих грандиозных замыслов. Ведь, оставаясь на своих планетах, лууны уже давно нашли послушных исполнителей своей воли во многих системах, готовых без рассуждений пустить в ход свою армию и отдать за новых хозяев свою жизнь. Хотя во многих случаях, эти расы и не догадывались, кто стоял за спиной могучего капитана Кхаала, нового военного вождя клана Харра, ставшего ядром освободительной армии, которая перекраивала отдаленные части старой империи, планомерно создавая новую.
Немного беспокоило Аамуна пятого только одно, – во всех этих армиях не хватало кораблей, способных пронзать время. А эти жалкие земляне, создавшие непревзойденный пока что двигатель, смогли раскрыть контакт луунов, который должен был преподнести им в дар ученых Земли. Но, рано или поздно, их час настанет. Сейчас же следовало заняться империей аброгов. Для ее покорения сил уже хватало, – благодаря тайной деятельности луунов империя аброгов была наполовину обескровлена, – но эти силы нуждались в твердой руке. Бесконтрольная свобода опасная вещь и бремя не для слабых. Но, подмятые под железную пяту аброгов кланы начали поднимать головы, едва империя дала трещину. Пора было брать ее под свой контроль. А значит, самое время напомнить старейшинам кланов, что свобода для них может наступить только в том случае, если они станут клетками нового организма империи, рождавшегося на месте старого, одряхлевшего и давно отжившего свой век. Стать рабочими клетками новой империи луунов, гены которой уже незаметно проникли во все системы, а синтез уже начался.
Аамун Пятый скользнул взглядом трех своих глаз по креслам для гостей. Сейчас эти кресла были пусты. Тогда он повернулся в другую сторону. В самом конце прохода между рядами молчаливо ожидавших его луунов, позади всех, на отдельном постаменте, словно на верхушке жертвенной башни, возвышаясь над залом, стояло еще одно кресло. Верховный луун поплыл в его сторону и быстро достиг главного кресла зала. Но, прежде чем опуститься в него, он поклонился остальным луунам и поприветствовал всех собравшихся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
