– Я знаю о твоих убеждениях, – ласково сказал Фредерик сыну. – Более того, я признаю, что сам приложил к ним руку. Вот только не стоит из принципа подставлять незащищенную грудь лезвиям мечей. Тебе позволили отстоять право на жизнь, так воспользуйся им!
– Убей сам или убьют тебя? – хмыкнул Айвен Шелли.
Отец покачал головой:
– Забудь, дружище. Сейчас не время для красивых слов. Пермидион позади, а в Партии слова не стоят и ржавого скафандра. На Титане тебе придется нелегко: раньше мы и Козо сражались на одной стороне. Теперь по известным причинам наш могучий союзник превратился во врага. Горстка наемников и десяток обедневших благородных, соблазнившихся на золото Шелли, – вот кто согласился поддержать тебя. Мы, конечно, старались завербовать лучших из доступных, но… – он сухо кашлянул в кулак, – никто не станет закрывать тебя своим телом.
Он взял со стеллажа длинное орудие: с одной стороны механизм заканчивался лакированным прикладом, а с другой – полой трубкой из вороненой стали.
– Тебе придется завести близкую дружбу с этой штуковиной, Айвен.
Айвен Шелли послушно кивнул. На десантном корабле он успел посмотреть множество фресок, живописующих воинов седых времен – мускулистых, одетых в белые юбки, с широкими ожерельями на шеях и лицами, скрытыми под золотыми масками. Эти мужи орудовали похожими устройствами. Некоторые стреляли с плеча или с бедра – кто как. Так что Шелли-младший представлял, с чем ему придется иметь дело.
– Совсем не похоже на привычное оружие, верно? – спросил отец.
– Что это? – спросил Айвен без особого интереса.
– Настоящий автомат, Айвен. Газокинетический принцип действия. В качестве заряда используются свинцовые пули.
– Свинец? – скривился Айвен Шелли.
– Не веди себя подобно девчонке! – вспылил вдруг отец. – Твоя жизнь в Партии будет висеть на волоске!
– Я не веду себя подобно девчонке! – обиделся Айвен Шелли. – Я знаю об оружии предостаточно, отец! Я прошел все симуляторы космического боя, но такую архаику – «в качестве заряда используются свинцовые пули»!.. – бессовестно передразнил он отца, – вижу в первый раз!
На скулах Шелли-старшего заиграли желваки.
– А что ты ожидал? Думал, выдадут тебе рентгеновский лазер? Ручной генератор высокочастотных волн? Для тебя Партия – не осознанный выбор, как для большинства мужчин Сопряжения, а мера наказания. Посему Устав позволяет использовать исключительно архаичное оружие. Сегодня же сядешь смотреть избранные бои Партии! И симуляторы! Сначала симуляторы, затем – стрельба в настоящем тире по скафандрам. На очки. Я позабочусь о том, чтобы в пространство Сэтана мы привезли способного постоять за себя благородного. Свинцовая пуля, летящая быстрее звука, не менее опасна, чем луч лазера, разящий со скоростью света. Так что преимущество у твоих противников будет сомнительное.
Газокинетический принцип действия? Автоматы?
Шелли-младший нахмурил лоб, вспоминая историю военного дела. Кажется, газы выталкивают пресловутые свинцовые пули по нарезам ствола. А газы образуются в результате микровзрывов… Да-а-а…
Он понял, что полет от Нептунии к Сэтану пройдет для него под сгенерированный в симуляторе, а затем реальный грохот плюющихся огнем и свинцом «автоматов». Сразу возникло малодушное желание совершить побег. Нервы! Захватить челнок и спрятаться среди заброшенных жилых модулей транзитного кольца. Там его ни за что не отыщут. Там он сможет скрываться от ищеек Сопряжения до конца времен.
Но нет! Он не имеет права даже в мыслях позорить свое имя. К тому же… если верить Климентине, мысли некоторых людей имеют способность осуществляться неожиданным образом.
Не желая расстраивать отца, Шелли-младший принялся изучать миниатюрное Г-образное устройство. Оно выглядело чище остальных собратьев по смертоносности. Шелли-старший быстро поправил пальцы Айвена, располагая их на неожиданно удобной рукояти.
– Это оружие предназначено для ближнего боя, – пояснил отец. – Меня всегда восхищала отлаженная механика…
– Почему только для ближнего? – переспросил Шелли-сын.
– Потому! – рассердился отец. – Ты сегодня окончательно отказался от попыток думать в виду их несостоятельности?!
Оружие древних сливалось с рукой в единое целое. Оно было умеренно тяжелым, прохладным. Казалось, оно шепчет беззвучную клятву верности. Его так и хотелось пустить в дело.
– Удобное, – признал молодой человек. Он вздохнул и положил пистолет на место.
Нечего себя обманывать! Всякому оружию присущи определенные гипнотические флюиды и мрачноватое очарование… ядовитой рептилии. Сжимая рукоять боевого излучателя или старинного пулестрела, ты не становишься сильнее. Скорее наоборот – уязвимее. Уязвимее-уязвимее, ведь яд ручного гада действует в первую очередь на тебя самого.
– Оставь! – приказал отец. – Пистолеты – в последнюю очередь. Даже десять человек, мастерски владеющих пистолетами, не продержатся и минуты против новичка, вооруженного пулеметом. Пулеметы – вот с них и начнем!
Шелли-старшего прервала трель настенного коммуникатора.
– Что там? Я занят! – отозвался Фредерик.
– Кузен, необходимо твое присутствие на мостике, – послышался голос командира корабля – капитана Августа Шелли.
– Я с сыном. Что-то срочное?
– Скорее – экстраординарное, кузен.
Фредерик бросил быстрый взгляд на молодого человека.
– Хорошо, Август, уже иду! – сообщил он. Открыл двери и обернулся: – Я вернусь. Тогда мы продолжим.
Шелли-сын поднял руки и улыбнулся:
– Как тебе угодно!
Он покинул отсек следом за отцом. В коридоре не оказалось ни души, и Шелли остался в молчаливой компании полуголых воинов с настенных фресок.
Палуба «Сфинкса» вздрогнула чуть сильнее, чем обычно. По переборкам неспешно поползли световые блики, похожие на преломленные водой лучи солнца. Шелли посмотрел вверх: что не так с лампами? – и в ту же секунду почувствовал, как его ступни отрываются от ворсистой поверхности ковровой дорожки. Это произошло столь неожиданно, что он даже тихо вскрикнул.
«Сфинкс» утратил гравитацию!
В это время Шелли-старший, тоже застигнутый врасплох невесомостью, неуклюже вплыл на мостик. Его кузен и остальные астроники успели занять места по боевому распорядку и закрепиться ремнями. Они деловито переговаривались и отдавали приказы отделениям. Казалось, на мостике не заметили исчезновения искусственной силы тяжести. О том, что ситуация на «Сфинксе» – внештатная, говорили лишь предметы, плавающие по свободным траекториям.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
