Далее. Опять "кто-то" высказывает гипотезу, что вирус "птичьего гриппа" может мутировать. Наверное, может, это вирусам вообще свойственно.
Следующий шаг: он может мутировать так, что станет вирулентным для человека.
Далее: он обязательно и всенепременно мутирует именно так.
Вывод: скоро у нас будет абсолютно смертоносная инфекция, передающаяся воздушно-капельным путем. Почему будет? Почему смертельная? Какие есть реальные основания для тревоги? Все это остается "за кадром", но потребление противогриппозной сыворотки и ремантадина во всем мире возрастает. Хотя количество заболевших составляет первые единицы, даже не десятки, и с точки зрения статистики лучше уж срочно запасаться лекарственными средствами от какой-нибудь экзотической "лихорадки Скалистых гор".
Ведущий (программист, 30 лет):
— Продолжим нашу классификацию мифов.
Четвертый миф — о животных-уродах Чернобыля и избирательном поражении радиацией человеческих гонад. Здесь, конечно, в основе лежит страх перед Будущим, страх Развития, стремление обязательно найти виноватых в собственных проблемах. Играет свою роль и недостаток знаний, но уже не у отдельных людей, а у всего человечества.
Установлено, что радиация воздействует на наследственность, причем интенсивное лучевое воздействие может быть использовано для стерилизации. Также хорошо известно, что излучение вызывает мутации. А вот дальше начинаются неясности.
Во-первых, радиация — далеко не единственный мутаген. Тем же свойством обладают многие химические вещества, из которых наиболее известен этиловый спирт (термин "пьяное зачатие" общеизвестен).
Во-вторых, неизвестно, как зависит вероятность мутации и ее характер от интенсивности излучения и суммарной дозы. Из общих соображений следует, что растет, но как растет? Что происходит при малых дозах? При сверхмалых? Что более существенно: экспонированная доза или интенсивность излучения?
Реплика (генетик, 48 лет):
— В-третьих, уж совсем непонятно, как мутации проявляются на уровне фенотипа.
Дело в том, что количество мутагенов столь велико, что, если бы любое повреждение генома приводило бы к врожденным уродствам, рождались бы только уроды или преимущественно уроды. Необходимо иметь в виду, что основные механизмы наследственности формировались еще до "кислородной эволюции", когда озоновый слой отсутствовал и Земля постоянно находилась в условиях жесткого ультрафиолетового облучения. В этих условиях с неизбежностью должны были появиться механизмы, "исправляющие" поврежденный генетический код. С другой стороны, само наличие эволюции означает, что такие механизмы не абсолютно надежны. Вернее, их действие не сводится к восстановлению "правильного" кода, оно значительно сложнее и понято нами не до конца.
Другими словами, лучевое поражение наследственного аппарата клетки (если оно не вызывает физического разрушения хромосом, что подразумевает поля свыше 10 000 рентген/час) вызывает какие-то непонятные нам процессы. Эти процессы могут привести к мутации и рождению "урода", могут не привести ни к чему, могут спровоцировать "странное". Причем при серьезном нарушении генотипа обычно происходит не рождение урода, а отторжение плода.
Реплика (физик, 45 лет):
— Это легко понять из простого примера. Возьмите принципиальную схему сложного технического устройства — телевизора, компьютера — и введите в нее несколько случайных изменений: разорвите одни проводники, замкните другие, сломайте какие-то элементы. Теперь соберите конструкцию, используя эту схему. Понятно, что шансов получить "урода", то есть изделие, которое будет работать, но "не так", намного меньше, чем сделать прибор, который просто не работает.
Ведущий (программист, 30 лет):
— С другой стороны, уроды иногда рождаются. Причем часто — без всякого радиационного воздействия на плод. В конце концов, мы живем в Санкт-Петербурге, и в Кунсткамере бывали не раз. Ее "диковины" собирались во времена царя-реформатора, когда об излучениях никто и слыхом не слыхивал. Вывод: в сущности, мы не представляем, как возникают мутации на уровне фенотипа, представляем, что это "как-то" связано с повреждением генома, но характер этой связи остается для нас загадочным.
Реплика (генетик, 48 лет):
— Примерно, так
Реплика (физик, 45 лет):
— Тридцатикилометровую чернобыльскую закрытую зону можно рассматривать как большой натурный эксперимент. Впервые появилась возможность выяснить, как биоценоз реагирует на сравнительно сильное и длительное облучение. Общие, полученные за 20 лет, дозы представляются значительными.
Соответственно бытовала точка зрения, что биоценоз претерпит коренные изменения. Наиболее романтически настроенные исследователи всерьез ожидали, что возникнут новые биологические виды, и никто не сомневался во всплеске мутаций — животных, растений, микроорганизмов.
Так вот, наблюдения не показали ничего. То есть вообще ничего! Совершенно обыкновенная природа южного Полесья, никаких аномалий — ни генетических, ни статистических. На месте "рыжего леса" выросли новые деревья, экосистема восстановилась полностью и безо всяких аномалий. Не то что млекопитающих с двумя головами, но даже каких-нибудь необычных пауков найти не удалось. Грибы, правда, крупные. Так на труднодоступных островах Ладожского озера, где нет отдыхающих, грибы точно такие же.
Не знаю, как вас, а меня это полное отсутствие изменений в экосистеме, пораженной радиацией, даже пугает. Откровенно говоря, такой результат гораздо неожиданнее "двухголовых телят" и "шестиногих собак".
Ведущий (программист, 30 лет):
— Пятый миф — о мистических свойствах радиации порожден страхом неведомого, чудесно утилизируется в сериалах и, по-моему, безвреден и даже способен провоцировать развитие.
Шестой миф — о наказании "клятых москалей". Здесь все понятно: поиск виноватого, желание "обвиснуть" на нем и не делать более ничего. К нему примыкает седьмой — о "геноциде украинского народа" все теми же "москалями", которые… Совершенно обычный национальный снобизм: мы лучше — а все остальные плохие: "А у вас негров вешают", "А вы нам Чернобыль устроили".
Восьмой миф — о невинных гражданах Советского Союза, брошенных на убой коммунистической системой. Это — осколки западной пропаганды на тему, что коммунизм плох, коллективизм ужасен, а общественного долга не существует.
Так, теперь пошла экзотика. Миф № 9: о захоронении в районе ЧАЭС хасидов, старейшины которых еще в XVIII веке нас предупреждали… Ну, это классический миф о "плохих местах" и "темных силах", в общем, о нарушении принципов "фэншуя" в ландшафтном проектировании.
Десятый миф посвящен Зоне, порожден, естественно, "Пикником на обочине" и "Сталкером". Собственно, это не один миф, а целая связанная группа, проекция некоей специфической атомной трансценденции на Реальность. Об этом надо будет поговорить отдельно.
Одиннадцатый миф — о "страшном атоме", уничтожающем "все живое", демонических атомщиках и кошмарных АЭС. Это уже не миф, это уже бизнес, и бизнес нечистоплотный. Лучший способ борьбы с ними — преследование его адептов и агитаторов по закону. Французы — молодцы. Прицепились к первому попавшемуся предлогу — ну, там, школьники пожгли в Париже автомашины — ввели чрезвычайное положение, а когда местные зеленые, вернее, "сами они не местные…" попробовали вякнуть против строительства EPRa на "атомном острове", им убедительно разъяснили, что граждане, которые в период чрезвычайного положения выступают против решений, связанных с безопасностью страны, могут сесть очень быстро и очень надолго…
Еще есть мифы о "торжестве науки и власти статистики". Я их комментировать отказываюсь…
Реплика (физик, 45 лет):
— Я хотел бы обратить ваше внимание на одну довольно необычную категорию, которую я назвал бы "антимиф". Имеется в виду, что миф обязательно должен быть, но почему-то его нет. Явление-то удивительное… И требующее объяснения.
Ну, например, почему в информационном поле отсутствует, как сколько-нибудь значимая, версия о саботаже на ЧАЭС? Неважно — со стороны украинских националистов, русских националистов, иностранных разведок, масонов, мировой "закулисы". Ведь версия напрашивается. С мотивом все в порядке. Проблема возможностей на уровне мифа не стоит…
Реплика (разработчик компьютерных игр, 28 лет):
— И про "летающие тарелки" — на удивление мало.
Реплика (психолог, 44 года):
— Зато есть торсионные поля, пустячок, а приятно. Вот парочка интервью.
Сергей Васильевич Панченко:
"Три года назад примерно, ко мне пришли выпускники с торсионным эффектом, у них статьи были. Вот торсионные поля… У лесников до сих пор стоит проблема: там почвенный слой верхний, он очень медленно очищается, потому что радиация переносится вниз и там накапливаются дозы. То есть, если мы в поля идем или в населенный пункт, там гораздо быстрее активность спадает, а в лесах спад совпадает с периодом полураспада цезия. Эти самые тридцать лет. Они берут пробу этой земли, ставят на спектрометр, измеряют цезий, потом облучают торсионными полями и в течение тридцати минут фиксируют, что скорость распада увеличилась. Они говорят: "Вот, смотрите, результаты эксперимента. Даете добро, на положительное заключение?" Я говорю: "Мне так любопытно, что я хотел бы лично поучаствовать вот в этих экспериментах, посмотреть как они все-таки вживую ставятся"".
