сейчас с радостью закрасила какую-нибудь стену кроваво-красной краской, изобразив своё израненное сердце. А потом сверху бы всё перекрыла широкими линиями чёрного цвета, похожего на беспросветное отчаяние, которое наваливается на меня всё сильнее и сильнее.
«На центральной площади. Выдвигаемся в сторону жд вокзала через пять минут».
«Я еду. Подождите меня».
Поднимаю глаза на таксиста, с трудом говорю:
— Отвезите меня, пожалуйста, на центральную площадь.
Телефон начинает повторно вибрировать. Только это уже не сообщение, а звонок. От Руслана. Отбиваю его. А следом и второй, и третий, и четвёртый… Раз за разом я сбрасываю его звонки. Изображение нашей совместной счастливой фотографии при входящем вызове режет меня по живому. В итоге я просто отключаю гаджет и закидываю его в сумочку.
Надеюсь, я смогу найти в толпе людей группу граффитистов на площади.
***
— Почему передумала? Скучно было с новыми друзьями? — широкая ладонь Богдана ложится на моё плечо.
Я увидела их компанию ещё издалека. Не так-то много тут ребят с рюкзаками, в удобной спортивной одежде и обуви. Сразу видно, что это какая-та банда. Да ещё у всех чёрные маски на лицах. Только Богдан стянул свою, заграбастывая меня в свои объятия.
— Я… — шмыгаю носом, понимая, что не могу говорить, слова застревают в горле.
— Тебя твой парень обидел? — подозрительно сужает глаза друг. — Или ты всё ещё из-за Сашки переживаешь? Мы с ним всё обсудили, он тебя и пальцем больше не тронет. Отвечаю!
— Неважно. Я просто очень захотела порисовать.
— Точно?
Пожимаю плечами. Ну не могу я ничего рассказывать. У меня просто сил никаких не осталось.
— Бо, ну серьёзно. Забей.
— Ладно, держись возле меня всё время. Тут много чужих ребят.
Киваю и покорно следую за широкой спиной Богдана. Он пододвигает меня к себе за талию, показывая своей новой компании.
— Это Ксюша. К девчонке не клеиться, ясно? Занята. Кто подойдёт, тому рожу начищу.
Вот так приветствие. Заинтересованные взгляды сразу затухают.
М-да, в банде граффитистов явное превалирование мужской составляющей, неудивительно, что их так интересует появление новенькой. Но спасибо Богдану, никто теперь ко мне не подойдёт.
Замечаю в толпе и Кирилла, который мне подмигивает, и Сашу… Парень отворачивается и делает вид, что мы с ним незнакомы. Синяк под глазом и странно опухший нос вызывают у меня чувство жалости к другу. Но… я уж точно ничего ему об этом не сообщу. За дело получил.
***
Вся компания парней и немногочисленных девушек забирается под мост, где проходят поезда. Хоть на улице и горят фонари, но в нашем укромной убежище полная темнота.
— И какой план? — дёргаю Богдана за руку, вдруг понимая, что рисовать сердце, когда в любой момент может проехать поезд, так себе затея.
Да и вообще…
Становится зябко, хочется завалиться в кровать и дальше рыдать над своими разбитыми глупыми мечтами. О желании быть с человеком, которого я так сильно полюбила.
— Ты чего, Ксю? Плачешь, что ли?
Я шмыгаю носом и вытираю рукавом толстовки непрошенные слёзы. Да что я как самая настоящая тряпка? Никак не могу переключиться от своего горя. Богдан хмурится и тянет меня в сторонку от нервно хихикающей толпы.
— Слушай, Ксю. Ты чего нос повесила? А ну-ка колись уже, что происходит?
— Я правда не хочу ничего говорить.
— Это из-за Руслана?
Киваю, ощущая, как мир мой рушится дальше. Складывается, как карточный домик. Наверное, он всегда был таким ненадёжным и шатким, а я просто этого не замечала. Влюблённая дурочка.
— Хочешь я с ним поговорю? Он мне показался нормальным челом.
Ого! Поднимаю глаза на Богдана. Из его уст это самый настоящий комплимент. Вот так у мальчиков и решаются вопросы. Хорошо кулаками машет, значит, тип зачётный. Даже смешно становится от осознания такой истины.
— Не надо.
— Может тебе не стоит рисковать?
— О чём ты?
— Ребята хотят разукрасить вагоны товарного поезда. Он будет проезжать совсем скоро, и у него здесь временная остановка.
— Чёрт! Но это же опасно!
Богдан чешет затылок, раздумывая о чём-то.
— Да ясное дело, что опасно, но круто же! Только придётся быстро убегать. Зря мы тебя втянули, сначала планировалось рисование в центре города на здании библиотеки, но слишком уж много там празднующий, отправимся туда после вагонов.
Я качаю расстроенно головой. Не так я себе представляла вечер субботы. Вокзал рядом, может мне стоит просто пойти и посмотреть, когда ближайший рейс домой? Поехать к маме, вот что мне сейчас нужно.
— Я пойду, Богдан. Всё-таки мне стоит сейчас заняться чем-то не таким разрушительным. Слишком много крушений за последние несколько часов, мне нужен небольшой перерыв и какая-то стабильность.
Вроде мамы, которая всегда утешит.
— Конечно. Хочешь я тебя провожу?
— Только до тротуарной дороги. Не буду мешать вам веселиться. Хотелось бы отговорить от этой затеи, но подозреваю, что это дохлый номер.
— Абсолютно верно, — смеётся Богдан.
Не нравится мне всё это, очень не нравится. Как бы не вляпались ребята во что-то серьёзное.
Мы с Богданом делаем шаг к выходу из-под длинного моста, и в этот момент темноту прорезает луч фонарика. Сердце от страха делает кульбит.
— А ну-ка всем стоять! — кричит какой-то мужчина, и все тут же резко срываются с места.
Глава 37. И всё-таки разговор
Богдан тянет меня за руку от яркого луча фонарика. Крики заполняют всё пространство, отражаясь от стен моста, эхо разносит их всё дальше и дальше. От страха у меня дрожат ноги и наступает полный ступор.
И всё же другу удаётся меня сдвинуть с места, и под очередные «Стоять! Кому сказал?!» мы выбираемся с другой стороны моста. Хорошо, что нас обнаружил один мужик, а то бы точно всех переловили, сделав засаду с двух проходов.
С трудом лезу вверх по газону, подталкиваемая сзади Богданом под пятую точку. И вдруг навстречу мне протягивается мужская рука.
Поднимаю глаза вверх. Надо мной нависает недовольное лицо Дани Ильина.
Даня? А он тут что делает?!
— Давай. Живее!
Беру его за руку, и парень рывком вытягивает меня на пешеходную дорожку. Богдан догоняет и останавливается рядом с машиной парней. Сразу становится понятно, что мой друг вспомнил Ильина. Не так уж и давно проходила стычка в парке. Парни переглядываются мгновение, а потом меня подталкивают в открытую дверцу машины.
— Заскакивай, Ксюша!
Настойчивый толчок, и я заваливаюсь на заднее сиденье автомобиля. Дверь хлопает, а спустя секунд десять Даня устраивается спереди возле водителя. Машина срывается с места. Оторопело влипаю в стекло, чтобы увидеть застывшую фигуру Богдана.
— Стойте! Там Богдан
