— министр сельского хозяйства товарищ Бенедиктов… Осенью прошлого года он ушел со своей должности «по возрасту и состоянию здоровья», оставив себе приемником какого-то мужика лет сорока с совершенно незнакомой Михаилу фамилией. С каким-то «выдвиженцем Долгой зимы», как нынче называли тех, кто сделал свою карьеру в прошедшее десятилетие. В виду особого внимания к сельскому хозяйству это даже показали по телевизору… Вместе с тем, как напоследок товарищ Пономаренко наградил Бенедиктова званием Героя Социалистического Труда и орденом Ленина. Впрочем, за эти пару лет сменились многие министры… Эх, что только в голову не лезет — лишь бы отвлечься! Эх, кто же все-таки будет? Сын или дочка?
«Дебил!» — мысленно отвесив самому себе подзатыльник, подумал Михаил. Столько всего в СовМин написал… Станки, сушилки, МРТ и КТ-установки… А про обычные УЗИ забыл! А ведь когда в той реальности его жена ждала третьего ребенка, такие аппараты уже появились — и он заранее знал, что родится пацан. Ну почему некоторые мысли не приходят вовремя в голову? Сегодня же надо исправить! Сколько пользы могли бы дать такие установки…
После обеда Михаил занимался непонятно чем — но все уже были в курсе происходящего, а потому упрекнуть его никому не приходило в голову. Некоторые даже молча завидовали… Но вот и долгожданный новый звонок. Бегом добежав до кабинета табельщиц, Михаил хватает трубку и буквально кричит в нее «Ну что???», а потом, радостно улыбаясь, плюхается на первый попавшийся стул. Родила… Пацан… Что еще нужно для счастья?
Написав заявление за свой счет на завтрашний день, Михаил подписывает его у начальника КБ и относит к табельщицам… Возражать, разумеется, никто не стал. В пять вечера Михаил одним из первых убегает с работы. Хоть вероятность увидеться сегодня минимальна, но не поехать к роддому Михаил не мог. Глупо, наверное… Но увы. Третий трамвай, пятнадцатый, второй, еще немного пройти — и вот уж и роддом… К Вике его, разумеется, не пустили. Лишь сказали, что все с ней нормально и ничего не требуется. Ничего, передачку он все равно соберет и передаст!
Увидеть Вику ему удалось лишь на следующий день — и то через окно… И как хорошо, что на дворе лето — хотя бы удалось поперекрикиваться через окошко. После чего Михаил поехал домой, но по дороге неожиданно встретил только что подъехавшего на такси из «Волги» ГАЗ-21 Петьку…
— Здорова, Мих! — обрадовался встрече Петька. — Какими судьбами тут?
— Здоров, Петь! — тоже обрадовался другу Михаил. — Да Вика моя вчера родила…
— Ого, поздравляю! — после рукопожатия, произнес Петр. — Кто? Пацан?
— Ага…
— Молодец! А я вон Катюху свою забираю… девчонку родила!
— Ну девчонка — это тоже хорошо, — усмехнулся Михаил. — Хоть будет, кого моему Сашке в жены брать…
— Лет через двадцать! — жизнерадостно заржал Петька. — А ты, смотрю, уже с именем определился?
— Ага. Мы с Викой давно решили: кто бы не родился — будет Сашка…
— А я вон все пацана ждал, имя ему придумал… А как оказалось, что девчонка — так и не знаю даже, — пожал плечами товарищ.
Оставшиеся дни до выписки пролетели как-то незаметно в повседневных хлопотах… Каждый день Михаил после работы ехал к роддому, и они с Викой переговаривались через окошко. Но вот пришел и день выписки… И, снова уйдя с работы, Михаил завел свой «Москвич» и поехал к роддому.
Долго ждать Вику не пришлось… Вототкрылись двери, и из них вышла жена Михаила, которую с рождением сына он словно полюбил снова — и еще сильнее чем прежде. Распахнув дверь, Михаил помог вике с Сашком усесться на заднее сиденье и лишь после этого, плюхнувшись на водительское сиденье, принялся заводить машину.
— Как я счастлива, что мы теперь все вместе! — счастливо улыбалась Вика.
— Я тоже рад, — согласился Михаил. — И тебе, и Сашке… Как там хоть, нормально было все?
— Нормально! — согласилась Вика. — Только народу… Жуть просто! Словно весь город решил в один день детей родить! Но всего хватает — явно готовились заранее…
— Ну так ведь закончилась зима — так что оно отчасти и впрямь так… Вспомни, как после войны резко рождаемость подскакивала!
— Ну да, — согласилась Вика. — Интересно, как будут потом звать наших детей? Детьми Весны? Или Детьми Надежды?
— В каком смысле? — не понял Михаил.
— Ну сам посуди, — усмехнулась явно находившаяся в хорошем настроении Вика, — родившиеся в Долгую зиму — «Дети Зимы»? А как тогда называть наших? Они же родились с ее окончанием…
— Ну не знаю, — улыбнулся такому рассуждению Михаил. — Наверное…
— А, знаешь, Миш, — вдруг перешла на серьезный тон Вика. — Я даже удивлена была… Представляешь — нам там даже бананы давали… Я же их с самого 66-ого и не видела! Как китайцы с кубинцами их перестали к нам посылать… А тут на тебе вон! Тут впору не тебе мне передачки отправлять, а наоборот! — рассмеялась под конец женщина.
А Михаилу вдруг вспомнились 90-е, когда его жена из прошлой жизни рожала последнего ребенка… Когда там не было буквально ничего! Впрочем такого, про что рассказывала Вика, не было и в СССР их реальности. И, в принципе, Михаилу было прекрасно понятно, почему оно так. Правительству сейчас требовалось как можно быстрее решить проблему «демографической ямы» Долгой зимы. А потому «все лучшее — детям!» Ну и их родителям, заодно… По крайней мере, матерям.
* * *
Глядя на список будущих первоклассников, Новикова Наталья Николаевна, директор школы № 34, лишь грустно вздохнула… Два года назад в их школе было аж пять первых классов! Тогда поступали те, кто родился в 1966 году — причем, к местным ребятам добавились и дети эвакуированных. Так что если до Долгой зимы у них было по три, иногда четыре, класса, то за счет эвакуированных это число увеличилось до пяти стабильно. Естественно, не хватало учителей, не хватало помещений — даже с учетом сокращения программы по ряду предметов. Часто объединяли занятия — и тогда в одну комнату забивалось по два класса. Мало того, что за одну парту садилось по три человека, так еще и их сами сдвинули, оставив единственный проход. Днем шли занятия с первого по шестой класс, во вторую смену — с восьмого по десятый…
В прошлый год число учеников в школе резко уменьшилось… Набралось всего два не слишком больших класса. Родившихся в 1967 году было почти втрое меньше, чем в прошлый год. И почти все они родились в первой половине года — то есть те, чьи матери забеременели еще до августа 1966 года. Максимум — июльские…
