Ник какое-то время смотрел остекленевшими глазами на любимого питомца, принявшего страшную смерть. У него в голове не укладывалось, кто мог сотворить подобное. Сознание оставило Скворцова на долю секунды, и он пошатнулся.
— Шеф… — тихо позвал Дима. Никита проследил за движением ноги водителя, который что-то нащупал в траве.
Крик застыл в горле, в голове мелькнула жуткая мысль, предположение, догадка. И когда он узнал предмет под ногой Димы, его стошнило. Прямо на цветущие розы.
Аркадий Семенович никогда не ошибался. Телефон действительно находился здесь. Рядом с телом убитой Берты.
Глава 12
Я думал, что смогу обнулить свое прошлое, забыть о боли, о гнетущем чувстве вины и ночных кошмарах. Семь лет назад я позволил отцу вернуться, принял и простил. Но не смог понять. Он пообещал мне, что вместе мы найдем способ жить дальше так, словно нечего не случилось. Я поверил ему, и какое-то время мне удавалось существовать с этой верой. Я притворился, что стал другим, освободился от страшных воспоминаний. Но ничто не исчезает бесследно. Память нельзя стереть одним желанием. Сколько не беги от себя, подсознание выведет тебя к тому берегу, с которого ты опрометчиво прыгнул в бездну. И, наверно, смысл происходящего заключен в том, смогу ли я устоять… на этот раз.
Никита Скворцов
Диана судорожно искала в сумочке племянницы мобильник, визитки или любой другой источник, из которого женщина смогла бы извлечь необходимую ей информацию. Вывалив все содержимое прямо на пол, Ди критически осмотрела беспорядочно разбросанную гору женских штучек. Расческа, кошелек, флакон духами, помада, тушь, запасная прокладка, ручка и пустой блокнот, брелок с ключами, кредитные карты и даже катушка ниток с иголкой. Среди массы необходимых каждой девушке безделушек, телефона не оказалось. Диана выругалась, с досадой закусила губу, откинула со лба светлую прядь волос. Взгляд метнулся к спящей на диване Маргарите. Даже под действием сильного успокоительного, введенного Дианой полчаса назад, девушка продолжала беспокойно вздрагивать и метаться.
— Соберись, Диана. Думай. — вслух сказала женщина, собирая содержимое сумки Марго обратно. — Что же с тобой случилось, Гошка. Что ты натворила? — бормотала Диана, чувствуя, что с каждой минутой беспокойство и паника возрастают. В вещах Марго отсутствовал не только телефон, но и пузырек с таблетками. Неужели она снова пропустила прием лекарств? Или срыв спровоцировало что-то другое?
Отводя глаза от бледного лица племянницы, Диана Казанцева заставила себя встать на ноги и пройти на кухню. Открыла холодильник, взяла бутылку виски, достала стакан из мойки, бросила в него пару кубиков льда, плеснула спиртное. Хлебнула напиток, горло обожгло, очень крепкий виски. Села на угловой диванчик, продолжая делать большие глотки из стакана, пока не осушила все содержимое. В желудке потеплело, в голове появились первые признаки опьянения. Кто как, но Ди под градусом соображала лучше. Расшатанная нервная система постепенно приходила в норму. Собраться с мыслями, определить с дальнейшей схемой действий. Нельзя просто сидеть и ждать чуда. Разложить произошедшее по полочкам. Попытаться понять…
Но как?
Час назад, когда в дверь позвонили, Диана не могла и представить, что ей предстоит увидеть. На пороге стояла Марго, в ужасном состоянии. Размазанная по лицу косметика, безумный лихорадочный взгляд, растрепанные волосы с застрявшими в них частицами листьев и травы, брючный костюм в грязи и бурых пятнах. Она раскачивалась, как маятник, глядя перед собой и нечленораздельно бормоча под нос, прижимала к груди туфли, ноги босые, со следами запекшейся крови, ногти на пальцах рук обломаны. Диана никогда не видела Маргариту такой. Испуганно отшатнувшись, она позволила девушке войти. Казалось, Марго даже не узнавала Диану, прошла в комнату, села на пол возле дивана, прижала колени к груди и обняла их. Не шелохнулась в течении нескольких минут, потом снова начала раскачиваться и завывать. Диана приблизилась к ней, присела рядом, дотронулась до волос. В ноздри ударил металлический запах. Кровь. И Ди испугалась, никогда прежде ей не было так страшно. Даже в прошлом, когда пыталась бороться с болезнью сестры… Мирослава была агрессивна, но неспособна на насильственные действия по отношению к другим. Ее гнев был четко направлен на саму себя. Остальные просто мешали ей, мешали ненавидеть себя, возвращали в мир, который Мира презирала, которого боялась. Болезнь Марго проявлялась иначе. Она была сильнее, и подолгу могла удерживать психику в стабильном состоянии, но во время срывов совершенно теряла контроль. Она представляла опасность для тех, кто оказывался рядом в моменты помутнения ее рассудка. И почувствовав на себе прикосновение рук Дианы, Маргарита разразилась потоком отборной брани. Она говорила фразы, полностью лишенные смысла, не связанные между собой. Нелогичная агрессивная речь, сквернословие и ярость. Марго отбросила Диану в сторону с невероятной силой, которую сложно заподозрить в хрупкой на вид девушке. Справившись с первым приступом паники и шока, Диана выбежала из комнаты, и направилась в ванну, где хранила аптечку, набрала в шприц сильное успокоительное и вернулась к бушующей племяннице. Каким-то чудом женщине удалось сделать Маргарите укол, и девушка постепенно угомонилась. Диана даже смогла уговорить ее прилечь на диван.
— Ненавижу тебя. — обессиленным хриплым шепотом произнесла Марго, яростно глядя в лицо тетки. — Ненавижу вас всех. Зачем вы позволили мне родиться? Я — генетический урод, ошибка. За что вы так со мной? Она была права. Ничего нет, кроме картонных коробок. Мы вырезанные из бумаги куклы, брошенные в карточный домик. Я была на луне и видела бумажный снег. Такая холодная… Никогда не согреться. Так страшно… Если солнце снова зажжется, мы все сгорим…
Она продолжала шептать, и чем дальше, тем запутаннее и бредовей. Логика напрочь отсутствовала в словах Марго, но для нее существовал особый смысл во всем, что она говорила.
Она затихла через несколько минут, и Диана осторожно раздела племянницу, обтерла грязь влажным полотенцем, накрыла пледом. Ее саму сотрясала нервная дрожь, и понадобилось немало душевных сил, чтобы хоть как-то придти в себя и собраться с мыслями.
Прокрутив события последних событий в голове, Диана так и не пришла к необходимому решению. Виски в стакане закончилось, а она по-прежнему терялась в догадках относительно срыва Маргариты. Ясно одно, даже, если девушка придет в норму после сна и действия препарата, она все равно ничего не вспомнит. Диана боялась, что племянница могла совершить нечто ужасное. Откуда взялась кровь на ее одежде? У самой Марго на теле не было ран, и Ди сразу вспомнилась история с другом Вадима Смирнова. Тогда в приступе гнева, Маргарита вцепилась зубами в горло несчастного парня, и он чуть не умер от потери крови. Дело удалось уладить полюбовно, но на этот раз все могло оказаться куда хуже. Диана ничего не знала о новом возлюбленном Марго, с которым та провела последние несколько дней, и сейчас Ди всерьез боялась за его жизнь.
