начал работать в местной газете, и такое событие, как гибель королевской семьи, не мог оставить без внимания. Он был уверен, что, устроив свое расследование, заслужит почет и уважение, а также сможет стать ведущим репортером в той газете, а не работать на побегушках. Он завел дружбу с жандармами, которые вели расследование, и часть информации выведывал у них, потчуя их вином. В общем, делал то же, что и я. Но кроме этого, он еще разговаривал с выжившими слугами, еще до того, как с ними переговорили королевские дознаватели, и всю информацию записывал, а потом и анализировал. И тогда он получил подтверждение, что короля убили, а уже потом начался пожар. У него даже зарисовки ран были, которые жандармы делали в первые минуты и где эти раны было видно. А еще он помнит, что тело королевы так и не смогли точно опознать. Тогда-то он и написал свою статью, в которой это рассказал. А затем к нему наведались какие-то люди в масках, которые очень доходчиво объяснили ему, чтобы он не совался туда, куда не следует. И забрали его жену, пока он не выпустит опровержение. В итоге: опровержение он написал, но жену ему вернули только через несколько дней. Что там с ней делали эти дни, она не призналась, но вскоре наложила на себя руки. В общем, с тех пор он один и ненавидит существующую власть. Но самое главное! Мне кажется, что все свои заметки и записи тех времен он где-то спрятал. И, если его хорошо заинтересовать, то вполне возможно, что он их отдаст нам, и мы там найдем подтверждения насильственной смерти вашего батюшки.
Я выслушала молча и задумалась. Конечно же, иметь эти документы, если они есть у этого Вельски, хотелось, да и потом ими можно было бы воспользоваться, но как их получить? Самый эффективный способ был бы — это признаться ему и сыграть на его ненависти правящей королевской семье… Но этого делать я не собиралась. Во всяком случае, сейчас. Если уж у Олафа получилось так легко его разговорить, то не факт, что другим этого не удастся. А это риск разоблачения, который может поставить под угрозу весь мой план. Нет, тут нужно придумать что-то другое… Но, главное, он подтвердил слова Матильды и то, что тело королевы Амалии никто не видел. А значит, есть вероятность, что моя биологическая мама все-таки жива и мне удастся её найти.
Видя, что я задумалась, в разговор вмешалась подруга:
— Спасибо, Олаф, ты хорошо постарался. Её Высочество обдумает все и примет решение, но сейчас у меня для вас, парни, есть задание. Моя госпожа потеряла ключ от очень ценной для неё вещи, но у нас остался слепок этого ключа. Ваша задача: найти мастера, желательно не в столице, и заказать у него ключ, а лучше два, а то я такая нерасторопная, все теряю… Но это должно быть в тайне ото всех и желательно, чтобы и сам мастер не знал вас. А точнее, не знал, кому вы служите. Справитесь?
Марк с Олафом переглянулись, и Марк ответил:
— Леди Юлия, я могу сам отправиться на поиски этого мастера, а Олаф займется вашей охраной. Мне нужно будет пара дней, проедусь до Изборга, что в пятидесяти верстах от столицы. Там городок крупный, обязательно найду такого умельца.
— Ну вот и хорошо, тогда сегодня и отправляйся. Вот, возьми, только не держи близко к телу, чтобы воск не нагрелся. Иначе оттиск уже будет неточным.
Марк взял слепки и положил их в свою напоясную сумку, после чего поклонился нам и отправился собираться в дорогу, а я обратилась к Олафу:
— Олаф, для тебя у меня будет ответственное задание. По имеющейся у меня информации, злоумышленники хотят подстроить для меня компрометирующую ситуацию, и твоя задача — организовать дежурство у меня под дверью и окнами моих покоев. А также организовать мое сопровождение, куда бы я ни пошла. И никого ко мне не подпускать близко, если только я сама не разрешу этому человеку подойти. Справишься? У нас хватит людей, которым ты можешь доверять?
— Будет исполнено, Ваше Высочество! Но мне тогда нужны полномочия…
— Да, извини, не учла! С сегодняшнего дня назначаю тебя главой моей личной охраны, и ты можешь передавать всем приказы от моего имени.
Олаф поклонился и согласно кивнул, а я подумала и добавила:
— Тогда Марк будет твоим заместителем. Так мы закроем этот вопрос раз и навсегда. Собери к вечеру наших людей, и я объявлю им свое решение.
— Как скажете! А теперь позвольте вас сопроводить в ваши покои, чтобы я мог спокойно отправляться выполнять ваше поручение.
— Да, давай. Все, что хотели, мы уже узнали…
С этими словами я направилась в сторону дворца, а Юлька и охранники пошли следом. Впереди были два дня до возвращения Марка с ключом и их предстояло потратить с пользой. Ведь у нас же были списки аристократов, которые гостили в «Белом поместье» в тот роковой день и стоило узнать судьбу каждого из них. Нет, некоторые сейчас имели должности при дворе, но в списке были и незнакомые мне фамилии, и вот они и представляли для меня интерес…
Глава 39
Ирэния
Последующие два дня пролетели как в тумане: я играла роль послушной курицы, посещала совместные завтраки, а потом втихоря подслушивала переговоры Дагвина с представителями империи. Парадокс: за столько времени они не смогли толком договориться, какие пункты включат в мирный договор.
Дагвин юлил, постоянно переносил встречи, или его советники городили такую ахинею, что я вообще поражалась выдержке имперцев. Но основное, что мне удалось понять, так это то, что имперцы требовали передать им права на шахту, в которой добывался тариант — очень редкий, но очень прочный металл. А Дагвин, разумеется, не хотел этого делать.
Я даже переговорила с казначеем по поводу этой шахты. Оказывается, добыча этого металла была сложна и требовались немалые вливания в эту шахту, чтобы увеличить объём добычи этого металла. Вернее, породы, из которой потом этот металл добывают. Что стоит он немерено, и у нас его перекупает Иллания.
Услышав первый раз это название, я задумалась: что-то знакомое крутилось в голове, но я не могла вспомнить, что же именно. И только спустя несколько дней, перебирая свои записи из поездок по королевству, наткнулась на упоминание того, что в Асванском уезде я находила информацию о том, что там
