Читаем без скачивания Санитары - Сергей Зайцев

— Как ты видишь в такой тьме? У тебя что, тепловизор?

— Я сам по себе тепловизор. На, держи фонарь. Только в лицо мне не свети.

Тычок в грудь в полной тьме. Димка на ощупь определил — фонарик с ременной петлей. Как по заказу — руки, которые все еще трясло мелкой дрожью после боя, останутся свободными.

Он торопливо натянул налобник на голову, включил.

Свет… Яркий, чистый, волшебный.

Живой.

Тьма раздосадованно зашипела, отступая в потайные углы, ускользая от луча, залившего коридор, четко высветившего спину топавшего впереди сталкера. Тот шагал спокойно, размеренно. Обходил мусор на полу, словно и в самом деле смотрел сквозь тепловизор. Да, Натуралист всегда славился своим ночным зрением, это Димка помнил. Но видеть в полной, абсолютной тьме — это что-то неестественное. Запредельное.

Почему он его совсем не опасается? Почему думает, что Димка не вцепится в него сзади? Не понимает, что раскрыт? Что-то тут не то. Неужели он ошибся и Натуралист действительно не причастен к похищению? Но тогда вся эта смертельная прогулка будет зряшной потерей времени. А может, просто притупляет бдительность напускным доверием, чтобы… Чтобы — что? Выбрать момент и убить? Тогда зачем было спасать? Нужно было просто дать харибде доделать работу. Как-то все неправильно…

Димка понял, что если сейчас же не прояснит ситуацию, то просто взорвется от распиравших его сомнений. Наделает глупостей, о которых будет жалеть. Но Натуралист, словно почувствовав, что творится у бауманца в душе, его смятение и злость, заговорил первым:

— Думаю, ты здесь не случайно.

— Не случайно? Да. — Охрипший голос показался чужим. Димка прокашлялся. — Как и ты. Ты тоже здесь не случайно. Человек, которого мы преследовали от станции, был причастен к похищению моей сестры. Он пытался скрыться через твою берлогу. Так я сюда и попал.

— А как получилось, что ты остался один?

— Кое-кто любит оставлять на пути растяжки, — недобро бросил Димка. — Надеюсь, под тем завалом никто не погиб…

— Даже так? Завал? Серьезный?

— Более чем. Свод обрушился, путь перекрыт.

— Поверь, я тоже надеюсь, что никто не погиб. Старая растяжка, не думал, что сработает. И, раз на то пошло, не думал, что вообще кому-то, кроме нас, придется зайти в этот коридор…

Странный разговор. И все не о том, что интересовало Димку на самом деле. Надоело ходить вокруг да около.

— Ту записку… ты ведь для Испанца ее оставлял?

— Даже это уже знаете. И что случилось с Испанцем?

Димка ожидал совсем другой реакции, но и такой ответ подтвердил его подозрения. Причастен! Натуралист причастен к похищению. А значит, все было не зря. Но так спокойно, так самоуверенно Натуралист в этом признался… Словно нет никакого похищения, а так, недоразумение, прогулка по свежему воздуху. Никаких тревог и волнений родственников, никаких испорченных нервов десятков людей, задействованных в поисках.

— А ну стой! — заорал Димка, сжимая кулаки и чувствуя, что от захлестнувшей сознание ярости мутится рассудок. — Стой, сволочь! Отвечай, что ты сделал с моей сестрой!

Не сдержавшись, он попытался схватить сталкера за плечо, чтобы заставить повернуться, посмотреть в лживые глаза, прочитать там ответ. Тот неожиданно ловким движением ускользнул от его пальцев, и в лицо Димки тут же уставился зрачок автоматного ствола.

— Не горячись, парень. Сперва ответь на мой вопрос. Так что случилось с Испанцем?

— Я прострелил ему башку, — выпалил Димка. — И это тоже вышло не случайно. Я стрелял в него и попал. И что ты теперь сделаешь? Убьешь меня?

Несколько секунд томительного молчания. Димка готов уже был снова броситься на сталкера — подыхать, так в борьбе за свою жизнь. Но тот заговорил раньше, снова с удивительной точностью предупредив его порыв:

— Зачем тогда было тебя спасать? — Все такой же спокойный голос, разве что теперь глуховатый, пронизанный искренней печалью. — Что же до Испанца… он был хорошим человеком. Одним из нас. К сожалению, в этом мире многое предопределено и многое не дано исправить. Так ты хочешь увидеть сестру? Да или нет?

— Она жива?!

— Да жива, дурень. Живее тебя будет, ты вон на ногах уже еле держишься, а все хорохоришься. Все, не стой столбом, иди за мной. Все ответы получишь, когда придем, тут недалеко.

Спокойствие этого человека, его беззлобность обезоруживали. Как Димка ни искал фальши в его поведении, он не мог ее обнаружить. Вспомнилась фраза, которую часто повторял Ворчун, пока Димка проходил обучение в Полисе: «Всегда старайся лучше разобраться в ситуации, прежде чем делать выводы».

— Ты идешь или нет?

Димка упрямо мотнул головой и, прихрамывая, последовал за сталкером, уже медленно таявшим впереди во тьме, за границей освещения.

«Разберемся. Во всем разберемся…»

Глава 15

УБЕЖИЩЕ

Остаток пути занял всего несколько минут.

Они подошли к глухой металлической двери, перегородившей проход. Никаких замочных скважин, глазков. Луч света упал на совершенно ровную матовую поверхность с каким-то особым покрытием поверх стали, не поддавшимся действию времени. Димка подумал, что сейчас последует какой-нибудь условный стук, но сталкер просто остановился и коротко обронил:

— Ждем.

Не прошло и десяти секунд, как дверь дрогнула, открываясь почти бесшумно, — за ее состоянием хорошо следили. Димка обратил внимание, насколько массивна она в сечении и какие мощные зубья у замкового механизма, проступавшие из ребра. Натуралист явно привел его в какой-то тайный бункер, построенный еще до Катаклизма.

— Быстро ты обернулся. — Худощавый, темноволосый парень, ровесник Димки, отпустил колесо штурвала, запиравшего дверь изнутри, и улыбнулся сталкеру. Зажмурился, прикрывая глаза ладонью, когда луч света упал на его лицо. А затем так же приветливо поздоровался с бауманцем: — Привет! Я Игорь.

Димка не ответил на приветствие, холодно проигнорировав протянутую руку.

— Не обращай внимания, Дмитрий на взводе, — пояснил Натуралист. — Отойдет, познакомитесь поближе.

— Хорошо, Олег, — миролюбиво кивнул парень.

Парень остался возиться в темноте с замком, а Димка шагнул за сталкером в следующую дверь, попроще, из тонкого листового металла.

И остановился.

Контраст после тьмы и смертельной борьбы в туннеле буквально ударил по сознанию — настолько безмятежной показалась царившая обстановка здесь, за дверью.

— Выключи свет, не слепи людей, — негромко приказал Натуралист. Димка молча повиновался.

Вместо электрического освещения, как в Бауманке или в Ганзе, — лампадки на стенах. Их тусклого света едва хватало, чтобы разглядеть короткий широкий коридор, который метров через шесть заканчивался еще более массивной дверью, ведущей, видимо, в сам бункер. Но пространство было жилым именно здесь, на этом участке. С каждой стороны коридора — по три боковых проема, все двери нараспашку, чтобы поступал теплый воздух от работавшей в коридоре небольшой «буржуйки», труба дымохода которой вела в вентиляционное отверстие под потолком. Видимо, раньше эти помещения предназначались для размещения обслуживающего персонала бункера или охранников, а теперь здесь жили люди. Напротив печурки, поближе к живому теплу, — деревянный стол, за ним на разномастных стульях, собранных где придется, — грузная пожилая женщина и двое мужчин среднего возраста, похожих друг на друга как две капли воды. Близнецы? На столе чашки, от которых тянет знакомым грибным запахом, какая-то снедь. В тот момент, когда они вошли, худощавый седой старик закидывал в «буржуйку» парочку небольших поленьев. Весело пыхнуло пламя, дверца захлопнулась, по-домашнему уютно потянуло дымом.

— Вовремя. Мы тут свежий кипяточек замутили, — старик улыбнулся беззубым ртом. — Присоединитесь?

— Не сейчас, Остапыч, — покачал головой сталкер. — Давай-ка разойдитесь пока, нам тут с Дмитрием надо потолковать. И собирайте вещички, у вас час, не больше. Будем переходить на запасную базу. Берите только самое ценное, что можно легко унести.

— Жалость какая… ну, надо так надо.

— Вот зараза, нас все-таки спалили! — сокрушенно бросил один из близнецов. — Как чувствовал!

— Не ты один, — ответил второй.

И на этом разговор закончился. Люди послушно разошлись по комнатам, прихватив лишь чашки — допить чай. Ни уговоров, ни дополнительных приказов и распоряжений, ни бестолковой суеты, уточняющих вопросов, ругани, агрессии, непонимания. Все это казалось как-то неестественно. Словно отрепетировано заранее. И это — санитары? Какая-то злая, жестокая насмешка. Эти люди не выглядели опасными заговорщиками, как отрекомендовал их Шрам. Они выглядели совершенно… обычно. «Нельзя верить, нельзя забывать, зачем я здесь», — угрюмо напомнил себе Димка.