зачесались от отсутствия в них пера и бумаги.
С горем пополам маленькие клыки сумели освободить меня от этих пут. Потерев запястье, а затем погладив мохнатую морду, я поднялся с кровати.
— Воу, воу, воу, полегче сопляк! — сказал Семен. — Какого хрена мое тело поднимается без моего ведома?
— Потому что это мое тело, — ответил я. — Понимаешь, так получилось, что мы с тобой попали в один… сосуд. Но так как ты был в спячке, долгое время управлял им я.
Мужик затих, но после не долгого размышления сделал что-то неприятное. От этого голова закружилась.
— Какого?
— Тогда отдай мне это тело, ты и так уже нагулялся. Иначе…
Голова закружилась еще сильнее.
— С**а, прекрати, больно же. Ты нас угробить захотел?
— Освободи меня бл**ь!
— Как, я даже не знаю, как ты оказался в моем теле!
Вру, конечно, изначально это тело принадлежало его душе, но если бы не я. То Сема бы точно потерял все воспоминания и переродился как новая личность. Все-таки личность души — формирует тело и разум человека, а не наоборот.
— Тогда получай, паскуда!
Очередной толчок и в мозгах кольнуло так, что я чуть кровью из носа не брызнул. Я вскрикнул и попросил нового сожителя черепной коробки остановиться, но мужик продолжил наводить суету, причиняя мне все больше страданий.
— Да остановись ты! — не выдержал я и гул затих.
— Ты, ты, чего сделал. Я не могу пошевелиться. — запаниковал Сема, а я вспомнил описания навыка. Моя душа главная в этом теле не его. Поэтому он будет подчиняться.
— Слушай Сема, в этом теле главный я и точка. Уяснил?
— Ах ты, сопляк. — огрызнулся дебошир, а я отчетливо услышал скрип зубов в своей голове.
— Теперь выставляю правила. Я дам тебе свободу на несколько часов, но позже. — все-таки он тоже человек. Не думаю, что мне бы понравилось находиться в чьей-то голове без возможности управлять телом и наслаждаться жизнью. — Во-первых, не предпринимать опрометчивых действий, когда я дам тебе контроль. Во-вторых, пока что я буду выпускать тебя только на несколько часов в день. Когда освоишься с телом и этим миром, будем вместе искать возможность, как бы разделить наши сознания.
— С*ка, — буркнул русский. — надеюсь, что это все-таки наркота.
Глава 15
Вечера на хуторе близь…
Время в Сажках проходит довольно быстро и незаметно, но в отличие от буйных городов моего прошлого мира, спокойно. Если в шустром ворохе городской суеты некогда бывает даже голову поднять, потому что вечно что-то торопит и толкает вперёд, не давая возможности вырываться из бесконечного круга событий; то здесь успеваешь поразмыслить над жизнью, полюбоваться на облака и даже провести философскую дискуссию у себя в голове.
Выйдя на улицу, я понял, что проспал почти пятнадцать часов, так как вчера под вечер небо затягивали тучи, сегодня чистая голубая гладь, а под ногами грязь и лужи. Да и солнце только недавно встало.
— Что за деревня? — спросил Сема, с любопытством рассматривая все вокруг через призму моих глаз.
— Сажки.
— Хех, какое мудреное название.
— Ага, до этого я вообще жил в деревне Мандо.
— ХАхахахах, — сокрушительный смех промчался по чертогам моего разума, от чего в мозгах больно кольнуло. — Мандо? Хах, сопляк, рассмешил! Все мы когда-то жили в 'Мандо'. — сострил Сема и вновь залился смехом.
Я тоже улыбнулся. Давно такого юмора не слышал. Обычный, туповатый, без каких-либо замудренностей. Эх, даже соскучился.
Заприметив курящего Лоро во дворе дома, я направился к нему. Старик сидел за столом под старой яблоней. Я сначала удивился, тому, что кухонный стол и стул стоят на улице в такую-то погоду, но вспомнил об одном важном событии.
Подойдя к старику со спины, я резко похлопал его по плечам: — С днем рождения, старый!
Староста подпрыгнул на месте, обернувшись ко мне. Его испуганная старческая морда исказилась ужасом, а затем гневом.
— Ты чего творишь!? Так и до гроба не далеко. — на повышенных тонах ответил старик. Осознав что-то, он отошел от меня подальше. — Ты Зен или черт?
АХхахахаха, — расхохотался Семен в моей голове. — Бл*, сопляк, я смотрю тебя тут уважают.
— Э, — мое лицо скривилось. — Я Зен.
— Хм, — почесав бороду, Лоро сузил глаза. — Черт бы так и сказал.
Семен в моей голове уже валялся на полу и плакал от смеха, приговаривая — 'Ой, ахах, фуф, я не могу! Щас лопну! ХАхАХ!'. С*ка, вот же урод.
— Хозяин, я хочу кушать! — пропищал выбежавший на улицу Хитрец. Лоро их не слышал, так как все эти голоса звучали только в моей голове. — Адела куда-то ушла, а кушать не положила. Хозяин, покорми меня.
— О, ты точно не черт. Животные такое сразу чувствуют. Слава творцам.
— Ага, и их яйцам, — прошептал я и спросил дабы перевести тему. — А где Адела?
— Так сегодня ж праздник у меня, сам поздравлял, — пожимает плечами старика. — Сколько раз говорил жителям, что это обычный день, но они все равно празднуют. Адела в нашей харчевни с самого утра к выступлению готовится. Барды высоко ценят внучку, говорят ее голос дарование небес. Она у нас самая популярная певичка, даже девок бардов затмила. Каждый год не упускает возможности блеснуть талантом.
— Не знал, — улыбнулся я.
— Да это ладно. Мужики достали, пьянчуги неотесанные. Здесь любой праздник уже весомый повод напиться и устроить дебош на всё село. И бабы их туда же. С утра набедокурить успели.
Пока Лоро говорил, я косился на еду, расставленную на столе. Желудок жалобно рыкнул, а Сема напомнил о 'хавчике'. Его, видите ли, тоже голод терзает.
Старик заметил мой жадный взгляд и пригласил за стол. Закинув в рот пару кусков свежего мясца, голова прояснилась, и я вновь приобрел способность говорить.
— А чего… ам… ты сделал… мм… для деревни? — пережевывая еду, спросил я. Матушка за такое пренебрежение этикетом заставила бы рассказывать ей все правила аристократского общества.
— Да просто наладил торговлю через старые связи. Сослуживцы мои кто куда подался, вот и узнавал, поездил много куда, и так получилось.
— Красава мужик, матерый. — сказал Сема. — Батю моего напоминает.
Соглашусь с мужиком, все-таки смотря на эту деревню понимаешь, что ее индустрии развитее тех, что я наблюдал в Мандо или Рибисе.
Лоро стряхнул табак и покосился на меня.
— Чего это я тут с тобой лясы точу! — строго произнес усач. — Ты зачем с рыцарями драться начал, а? Меня чуть старая в гроб не потянула, когда я услышал о ваших с Лури проделках.
