сама не разглядела бы её, если бы Артея не отклонилась вбок, освещая теперь именно ту часть скалы.
— Рискнём? — Озорно улыбнулся лемуросвин.
— Путь отчаявшихся. И отчаянных. — Я уверенна кивнула и поднялась с земли.
Что бы ни таилось в этой пещере, я чувствовала, что именно там найду ответы на свои вопросы.
28
Вход в пещеру был совсем низкий и узкий, покрытый густым влажным мхом и нежными паутинками. Но как только мы с Аргоком протиснулись внутрь, пещера расширилась, позволяя встать в полный рост. Каменные стены оказались удивительно гладкими, словно были наполированы тысячами прикосновений. Воздух здесь был прохладным и влажным, наполненным запахом земли. А магия, царившая здесь, ощущалась так явно, что я завороженно затаила дыхание, боясь нарушить хрупкое равновесие своим вторжением. Само время здесь словно остановилось, отрезав меня от остального мира.
Каждый мой шаг, вздох и шорох юбки отражался призрачным эхом, которое заставляло сердце неистово трепыхаться в груди.
Потолок пещеры был покрыт рисунками и символами, высеченными прямо в камне. Они были такими яркими, что казалось, будто их выбили только что. Символы эти светились слабым мерцанием, как светлячки.
Мы неспешно продвигались вперёд, кое-где пробираясь через узкие проходы и резкие перепады высоты, и вскоре я услышала слабый шепот, который доносился из глубин пещеры. Этот шёпот не пугал, напротив, именно теперь я ощутила всю правильность происходящего. Будто всю свою жизнь готовилась именно к тому, чтобы в этот самый момент оказаться здесь, в этой сырой пещере.
Следуя за нежным вкрадчивым голосом мы добрались до центра — так, во всяком случае, я решила. Поток света, проникающий сквозь маленькое отверстие в потолке, отбрасывал игривые тени на стены. Они танцевали и переплетались словно живые существа, рассказывая свою собственную историю.
Прямо под этим отверстием обнаружился каменный алтарь, украшенный символами и рунами, излучающий слабое свечение. Прикосновение к алтарю пробудило чувство надежды и предвкушения. Именно здесь, среди волшебства и загадок, ждало меня древнее пророчество, воплощенное в тысячелетнем камне. Символы и слова, переплетенные в красочные узоры, готовились раскрыть мне тайны прошлого и пролить свет на будущее.
Шёпот стих, и я вытащила из лифа платья смятый клочок бумаги, который отдал мне учитель Догрис.
— Так, свин, что дальше?
— Читай. — Свин шумно шмыгнул носом.
— Я не умею. Думала, оно как-то само должно получиться.
— Тфу ты! Ничему тебя Эрида не научила? Магия — это не «само как-то». Магию порождает намерение, твёрдое и осознанное. А ты даже не попробовала, а уже «Не умею, не могу»! Читай, говорю!
Я подняла бумагу с написанным пророчеством так, чтобы сравнить символы с теми, что были высечены на алтаре. Сходство было стопроцентным. К тому же, если у меня пророчество кончалось рваным краем, то на камне оно было полным, в два раза длинней моего.
— Ладно. — Я коротко выдохнула, поочередно растёрла повлажневшие ладони о юбку, повела плечами, расслабляя мышцы. — Э…эм. Так. М. Так.
Как ни крути, символы расшифровке не поддавались: спирали, чёрточки, точки, завитушки, и как их можно прочесть — уме не приложу!
Но тут снова откуда-то из темноты каменных коридоров донесся шёпот, ласковый и нежный:
— In hain iccenin…
— In hain iccenin. — Сбивчиво повторила я с явным акцентом.
Дальше произошло настоящее волшебство. Символы, поддавшись силе голоса, на глазах менялись и превращались во что-то, что я уже могла прочесть. Смысл отыскать я пока не пыталась, сосредоточившись на том, что нужно хотя бы озвучить написанное.
— In hain iccenin, — повторила уже куда уверенней. — a fuir ni i'feia a'i elf, cyfudd oedd grym a nerth y Dduwies Llachar wedi'i guddio.
— Великая Светлая! — Заверещал лемуросвин. — Продолжай!
— Galwir y baban Hini — uchelgais drylliaeth. — Знакомое слово, произнесённое с каким-то нелепым придыханием, резануло по ушам. Шёпот вторил моим словам.
— Bydd Hini'n danfon y byd ar ei ben, neu'i ddinistrio trwy dân du. Dim ond gwaed go iawn gan Dduw Tenebrau all ddiffodd y tân hwnnw. Ynghyd-fyndiad dwy hudoliaeth, gwyn fel gwallt Mam Llachar, ac du fel llygad tad Tenebrau, adfywiolir Faeystreya.
Дочитав, я осела на землю без сил. Перед глазами плясами огни символов, в голове стучало, меня мутило.
— Интересно! Вот бы ещё понять смысл тех слов. — Задумчиво протянул Аргок.
— У него будет сила богов и благословение богов, и будет он поцелован Светлой богиней. Малыша назовут Хини — высшее колдовство. Мир будет уничтожен чёрным огнем, или он сам будет уничтожен огнем. Только истинная кровь Тёмного бога приручит тот огонь. Единство двух магий, белой, как волос праматери, и чёрной, как глаза праотца, возродят Фейстрею.
Я тараторила, запечатывая в памяти каждое сказанное слово. Я знала, что отныне и навсегда текст этого пророчества будет со мной, внутри меня. Теперь оно — часть меня, а я — часть него.
Смысл этих слов ускользал. Я пыталась зацепиться, но чувствовала, что словам нужно улечься в сознании. Ясно было лишь то, что одной мне дальше точно не справиться.
— Хочешь познакомиться с ещё одним моим другом, Аргок?
— Он такой же мерзкий, как тот жабоед? — Поросёнок Нахмурил пятачок.
Я не стала спорить о том, что Россеваль вовсе не мерзкий. Какая разница, если совсем скоро Аргок узнает о моей дружбе с Ронтагуром? Вот тогда и поскандалим!
***
То ли мне наконец удалось поверить в собственные силы, то ли помог сам воздух пещеры, пропитанный древней магией, но фокус с перемещением удался снова, и без каких либо сложностей.
Стоило лишь сконцентрироваться на лице Ронтагура и представить, что стою рядом с ним, как тёмная змея выскользнула из моей груди и тугими кольцами обвилась вокруг щиколоток, поднялась выше и взяла нас с Аргоком в плотный кокон. Кокон сжался и мы испарились из этого места, чтобы уже через мгновение оказаться в другом.
По-прежнему стояла ночь, но на горизонте звёзды уже потускнели на фоне светлеющего неба. Тонкая розовая полоска пробила облака. Близился рассвет.
Вопреки ожиданиям, переместились мы не в замок Ронтагура, а на какую-то просёлочную дорогу. Вокруг не было ни души, но вдалеке горели огни города, и я решила идти прямо к ним.
— Не понимаю, — бубнила себе под нос, то и дело встряхивая из мягких туфель мелкие камешки, — почему нельзя было подкинуть нас прямо к замку? Сколько ещё тащиться?
— Думаю, дело не в твоей магии, а в этом городе. — Лемуросвин кивнул пятачком вперёд. — Колдовство в Минкосе под запретом. Кстати, не хочешь объясниться?
— Объясниться?
— Давно ты водишь дружбу с местным монархом? — Аргок грозно фыркнул. —
