– Что это?
– Один для Худжуна, а другой…
Гынён принялась разглядывать конверты, но, заметив беспокойство Инхён, отложила их.
– У тебя есть знакомые репортеры? – осторожно спросила Инхён.
– Знаешь, я раньше была журналистом, поэтому у меня много связей в этой сфере.
Инхён никак не отреагировала, и Гынён отметила непоколебимую решимость девушки.
– Знаю также репортера, который отвечает за Худжуна, – тихо добавила она.
– Понятно. Это хорошо, – кивнула Инхён. Было сложно понять, о чем она думает, ее взгляд метался, пока не остановился на Гынён.
– Я передала твои слова Худжуну, не волнуйся, – сказала Гынён, желая заполнить тишину.
– Он вряд ли послушал. – На лице девушки появилась грустная улыбка. – Я не ждала от него таких поступков. Я хотела, чтобы Худжун забыл обо мне, но он сделал по-своему.
Инхён опустила взгляд и горько улыбнулась.
– Должно быть, потому что я немного исказила твои слова.
Гынён пыталась утешить Инхён, а в голову пришло только это. Они были знакомы с Инхён три месяца, виделись всего несколько раз и не знали друг друга достаточно хорошо, чтобы общаться открыто.
Инхён посмотрела на часы, словно ждала кого-то, и оглянулась по сторонам.
– Должен уже прийти. – Девушка будто хотела сказать что-то еще, но не стала. Через какое-то время она снова посмотрела на Гынён. – Я рада, что познакомилась с тобой. Я хотела сказать это лично.
На мгновение на глазах Инхён появились слезы. Чувствуя себя неловко, Гынён попыталась взять ее за руку, но Инхён тут же встала и направилась к выходу.
– Увидимся в следующий раз, – попрощалась Гынён.
Девушка остановилась и оглянулась.
– Да.
Поколебавшись мгновение, Инхён улыбнулась. Гынён помахала ей, словно прощалась с давней подругой. Выглядело немного неловко, но ей хотелось так сделать. Инхён растерянно подняла руку, помахала в ответ и вышла.
Гынён медленно опустила ладонь и еще пару секунд смотрела на дверь, за которой скрылась Инхён. Она чувствовала тревогу и думала, что не стоило отпускать девушку так. Гынён не знала почему, но ее сердце сильно билось и тревожилось.
![]()
Следующим утром Гынён бежала по лестнице офисного здания Худжуна, сжимая в руках газету. От пота ее глаза покраснели. Девушку одолевали беспокойство и печаль.
Гынён тяжело выдохнула и вошла в офис с вывеской «Бэнни энтертейнмент». Джихян сидел, опустив голову. Затем он с несчастным лицом посмотрел на Гынён.
– Как? Что случилось? – дрожащим голосом спросила девушка и протянула газету Джихяну. На ее глазах навернулись слезы.
– Со мной тоже некоторое время назад связались. – Голос Джихяна также дрожал. – Я не могу дозвониться Джуни.
Гынён выронила газету, которую держала в руках, и та упала на пол.
Джей-Джей был обнаружен вместе с женщиной, пытавшейся покончить с собой. Состояние тяжелое.
Гынён достала конверты, которые дала ей Инхён. Первое письмо предназначалось Худжуну, второе – репортеру. Девушке очень хотелось открыть конверт для прессы, но она не могла предать Инхён. Теперь же Гынён чувствовала, что должна открыть его.
Уважаемый журналист.
Я мечтаю о покое. Просто хочу сбежать от мира, полного шрамов и ужасных людей. Но больше всего я не могу терпеть себя.
Мое единственное желание, чтобы из-за меня никто не пострадал.
Но к сожалению, думаю, это невозможно.
Итак, впервые в жизни я пытаюсь быть собой.
Я не женщина, брошенная кем-то.
Я сама отказалась от любви ради собственного успеха.
И наказание очень скоро меня настигло.
Вместо любви и спокойствия, дающих силы идти по жизни, я узнала боль, и страдание, и то, как их вынести. Виноват в этом лишь один человек.
Боюсь, окружающие неправильно все поймут и подумают, будто я приняла роковое решение из-за пресс-конференции Худжуна.
На самом деле я задумала уйти уже давно. Хотела стать самостоятельной, а не быть в заложниках у того человека, но я просто не могла. Собиралась отложить из-за пресс-конференции Худжуна, но теперь мне невыносимо происходящее.
Все случившееся вызывает во мне только эгоистичное желание обрести умиротворение.
Мне жаль, что я так прощаюсь. Надеюсь, все недоразумения будут устранены.
Чон Инхён Руки Гынён дрожали, пока она читала письмо. Наконец девушка осознала, почему тревожилась, когда вчера вечером встретила Инхён.
Гынён должна была ее остановить. Должна была удержать, не дать уйти. Но она лишь махнула на прощанье рукой и сказала, что они увидятся снова, а улыбающаяся Инхён ответила согласием.
Слезы потекли по щекам Гынён и упали на край письма, которое она держала. Позади себя девушка услышала шаги.
– Говоря, что Джей-Джей и Инхён сейчас в больнице. Может, и Джуни поехал туда, – торопливо сказал Джихян. Затем увидел заплаканное лицо Гынён и подошел ближе.
– Вчера вечером мы виделись с Инхён. Она попросила передать это репортеру.
Девушка протянула Джихяну письмо. Джихян аккуратно взял его и с задумчивым видом прочитал.
![]()
В больнице Гынён и Джихян без труда нашли Худжуна. Толпа репортеров собралась у дверей неотложной помощи и без конца снимала.
Худжун сидел перед операционной. Он не плакал, только смотрел в одну точку, сжимая кулаки до белизны в костяшках. При виде этой картины Джихян закусил губу, словно сдерживая свою печаль, и сел рядом с другом.
– Почему ты тут один? Тебе следовало позвонить мне. – Джихян с жалостью посмотрел на Худжуна и похлопал его по плечу.
– Я не могу в это поверить. Сколько бы я ни думал, кажется, это лишь кошмарный сон, от которого невозможно проснуться, – беспомощно пробормотал он.
Джихян обнял Худжуна за плечи, а тот даже не пошевелился. Затем Гынён, стоявшая поодаль, встретилась с певцом взглядом. Она подняла руку, чтобы помахать ему, но тут же опустила. Худжун некоторое время смотрел на Гынён, а затем отвернулся.
В это время из операционной вышел врач в хирургическом халате. Худжун и Джихян одновременно вскочили со своих мест и подошли к нему. От слов доктора мужчины слегка вздрогнули. Гынён осторожно приблизилась к ним.
Врач снова вернулся в операционную. Худжун с потерянным видом облокотился на стену, пытаясь сохранить равновесие. Гынён подошла ближе, но не осмелилась придержать его. Из-за гложущего чувства вины за то, что не уберегла Инхён, ей казалось, будто она не имеет на это права.
– Говорят, состояние Инхён гораздо хуже, чем Джей-Джея. Она потеряла очень много крови, и нужно быть готовыми к худшему, – объяснил Джихян, заметив Гынён.
Девушка молча кивнула, а затем достала письмо, которое Инхён написала для Худжуна. Мужчина обернулся и посмотрел на конверт.
– Прости. Я даже не догадывалась, что она собирается сделать подобное, и просто отпустила ее. Она просила передать это письмо тебе. – Из-за чувства вины голос девушки звучал приглушенно.
Худжун взял письмо дрожащими руками, сел и начал читать.
К Гынён подошла медсестра и стала рассказывать, что произошло. Оказывается, Джей-Джея и Инхён нашли в ванной комнате. Руки Джей-Джея были привязаны к дверной ручке, кожа на его запястьях содрана до крови из-за трения веревок. Инхён потеряла сознание, наполнив ванну и вскрыв себе вены. Вся вода побагровела от ее крови. Джей-Джей истошно кричал.
Если Гынён правильно поняла, то каким-то образом Инхён затащила пьяного Джей-Джея в ванную, привязала его к дверной ручке и стала ждать, когда тот проснется. Девушка собиралась умереть медленно прямо на глазах у своего мучителя. Она надеялась, что Джей-Джей будет жить с этим до конца своих дней и утонет в чувстве вины.
