ними дома. Это единственное, что помогает мне отвлечься от мыслей о ней. Через пятнадцать минут иду к машине и выезжаю за дочерью. Эми, как и все, каждый день спрашивает о соседке и не понимает почему её нет, а мне приходится говорить об отъезде, чтобы лишний раз не нагружать ребёнка. Мы частенько вечерами занимаемся играми и просмотрами мультфильмов лишь бы отвлечь внимание от пропажи Энни.
Этот вечер тоже не стал исключением, Эмилия, поднимаясь по ступенькам начала говорить о Энни и проситься, чтобы мы позвонили ей. Но я, как всегда, смог заинтересовать дочь приготовлением пищи, пока прокручивал в голове слова из письма. Все мои мысли отобрала Энни, я даже не обращаю внимание на реальность, когда летаю в мыслях. Я ем и играю с дочерью на автомате, а потом кладу её спать, читая книгу. Суть вылетает из памяти, как и попытки заняться работой.
Поздним вечером, когда я выхожу из комнаты, чувствую вибрацию телефона и достаю его из кармана. Не успеваю ответить нашему адвокату приходится перезвонить, пока собираю игрушки по местам.
— Мистер Райт, я звонил вам по поводу суда, его перенесли на завтра на утро.
— С какого перепуга? — я кидаю мягкую игрушку в корзину и замираю, — Почему меня не оповестили?
— Я сам только узнал об этом и, собственно, начал звонить вам. Судья перенёс заседание на девять утра, — я тру переносицу пытаясь успокоится и поскорее избавиться от всех родственников.
— Они хотели, чтобы я не пришёл на суд и таким образом отобрать Эмилию? — зло бросаю я.
— На этот вопрос я ответить не могу, я только донёс до вас информацию.
— Хорошо, завтра встретимся, — сбрасываю звонок и набираю Деона, он отвечает с первого раза, — Ты в курсе завтрашнего дня?
— Только получил эту информацию, и понять не могу, чего добиваются эти люди, они скорее всего ждут твоей оплошности. Главное, мы завтра будем, только оставь принцессу дома, Даннис. Ей незачем видеть это, а я отправлю кого-нибудь из ребят посмотреть за ней.
— Я позвоню Хейз она мне не откажет, — отвечаю ему и набираюсь смелость спросить о Энни, — Есть новости?
— Насчёт Энни неизвестно, она словно сквозь землю провалилась, ищем. А вот Аларих засветился у банкомата, ребята завтра проследят и, возможно, поймают его. Ты занимайся пока своими делами с дочерью, я, буду держать тебя в курсе событий.
— Звони если что.
Глава 19
Энниса
Головная боль заставляющая меня постоянно спать не даёт возможности определить, что в данный момент со мной происходит. Я постоянно теряюсь между реальностью и сном, мне часто снятся кошмары, в которых меня поймали и пытаются выдать замуж. Он крутится и раз за разом воспроизводит мужчину, от которого я бежала год назад. Мне больно шевелить конечностями, словно моё тело пролежало связанным несколько дней. Хочется пить, но сказать об этом не могу, просто не хватает сил. Я каждый раз прихожу в себя и слышу какие-то отдалённые голоса, они мне напоминают что-то, а вот что не понимаю.
Последним, что я помню, это счастье, мне было настолько сильно хорошо и я улыбалась, а потом тупая боль, которая заглотила меня в темноту. Где я? Почему мне настолько тяжело открыть глаза, хотя я пришла в себя? Я в больнице? Что случилось?
Мои воспоминания постоянно путаются, и я вижу своего брата и Хейз, а потом и маленькую девочку, которая постоянно смеётся. Она рыженькая и такая красивая, что хочется обнять её и получить кусочек радости. Но вместе с этим приходит образ мужчины, которого я знаю, или я так чувствую? Он обнимает меня и постоянно целует, от этого становится тепло и совсем не страшно.
Даннис. Да, его зовут Даннис, и он пообещал мне быть всегда рядом, а сейчас его тут нет. Почему? Я знаю его? Должно же быть хоть что-то, что подскажет мне не упускаю ли я главного. Меня отправили из Балтимора, чтобы спрятать от отца и замужества, я поселилась в доме. Точно! Я вспомнила, Даннис мой сосед и он тот, кто впервые показал мне ласку и счастье, но…
Я пытаюсь открыть глаза, а они словно налитые бетоном не поддаются, но мой слух и рассудок возвращается. Меня накрывают воспоминания, и я понимаю, что всё вспомнила от начала до конца. Я была с Даннисом, а потом стало темно и больно, когда я зашла в свою квартиру.
Черт, как же болит всё тело!
Собираюсь с мыслями и приоткрываю глаза, моё зрение размытое, как и картинка передо мной. Я вижу свет льющейся с окна и от этого жмурюсь, глазные яблоки как будто разъедает кислота. Мне приходится сделать ещё одно усилие и попытаться понять, что происходит, я не дома, и это факт. Попытка двинуть головой отдаётся болью во всём теле, но у меня выходит слегка пошевелиться, а потом открыть глаза полностью. Комната в светлых тонах встречает меня пустотой вокруг, есть только кровать, на которой я лежу. Звуки города обретают чёткость, как и несколько голосов за закрытой дверью, я не могу разобраться, о чем они говорят, но мне становится страшно. Страшно от того, что я могу быть поймана отцом или того хуже Аларихом, который вызовет во мне новый приступ.
Я не верю! Этого не может быть!
В голове что-то щёлкает, и я ловлю приток адреналина в кровь, я подскакиваю и вижу наручники с длинной цепью, а потом пристегнутые ноги к спинке кровати. К горлу сразу подбирается желчь, ведь именно так делал отец, когда считал меня провинившейся. Меня нашли!
Сквозь боль и затекшее тело, я встаю и падаю обратно, моя голова кружится от резкого подъёма. Пальцами пытаюсь сдавить виски и унять сильный шум, у меня сотрясение? Резко открыв глаза, я слышу шаги, которые приближаются к двери, а потом щелчок замка. Моё сердце пускается вскачь, когда на пороге вижу папу, он смотрит на меня своими голубыми глазами и едко улыбается.
— Наконец-то пришла в себя, а то долго пришлось с тобой возиться, — кривится он и делает несколько шагов, а за ним следом входит моя смерть.
Я начинаю ловить воздух ртом и глаза сразу наполняются слезами, меня душит его взгляд, который на протяжении года приходил ко мне во снах. Я там умирала каждый раз, как только он касался меня, а в этот раз умру от нехватки кислорода и истерики. Кое-как заползая на кровать, я стараюсь быть дальше от него, но Аларих подходит ближе,
