держать от меня секретов. Не после того, что случилось с Джианной. Помнишь обещание, которое ты мне дала?
Я помнила. Я обошла стол и остановилась перед Лукой.
— Я знаю. Я надеялась, что все разрешится само собой. Я только хотела, чтобы Лили была счастлива. Ромеро и она влюблены. Это что-то прекрасное. Что-то, что я не хотела разрушать.
Я скользнула между его ног и положила ладони ему на грудь, когда он откинулся на спинку стула, чтобы осмотреть мое лицо.
— Уничтожив меня?
— Ты Капо. Ты бы остановил Ромеро от преследования Лили. Твоя обязанность ставить семью на первое место, у меня нет.
Он выпрямился, так что наши лица оказались на одном уровне. Его глаза горели яростью.
— Ты должна ставить на первое место наш брак. И когда это я ставил семью перед тобой? Я должен, черт возьми, я не должен даже думать о тебе, когда я принимаю решения, которые касаются семьи, но я всегда это делаю, и ты это знаешь.
— Я знаю, — прошептала я. — Разве мне нельзя хранить некоторые секреты? Я не хотела обременять тебя всем, что происходит, и не думала, что ей придется выйти замуж так скоро.
— Когда дело касается твоих братьев и сестер, ты никогда не продумываешь все до конца. Ты слишком эмоциональна.
— Ты ведь сохранил был тайну Маттео?
— Не переводи стрелки на меня, — тихо сказал он.
Я провела рукой по его шее и темным волосам. Он не расслабился под моим прикосновением, но и не отстранился, что я восприняла как хороший знак.
— У всех есть секреты. Я бы никогда не стала скрывать от тебя то, что касается наших отношений.
— Ты уверен, что можешь провести черту? — Спросил лука.
Я вздохнула.
— Прости, лЛука. Это все, что я могу сказать. Мы найдем выход из этой ситуации.
— Твоя сестра выйдет замуж за Брасси и притворится девственницей. Это все, что нужно сделать. Мы ничего не выясним.
Голос Луки не допускал возражений, но мысль о том, чтобы позволить Лили взять вину на себя, меня не устраивала.
— Мы не можем позволить ей выйти замуж за этого человека.
— Ты вышла замуж за человека, которого боялась, потому что это было во благо компании, Джианна вышла замуж за человека, которого не хотела, и теперь твоей сестре Лили придется сделать то же самое.
— Это не одно и то же. Мы близки по возрасту, как и Джианна с Маттео, а вы с Маттео не садисты по отношению к женщинам.
— Но ты не знала этого до того, как вышла за меня замуж, Ария. Ты боялась меня, как дьявола, вздрагивала от моего прикосновения, ожидала, что я изнасилую и изобью тебя, и все же сказала «да». Ты сделала то, что от тебя ожидали, потому что ты знаешь правила нашего мира, и даже твоя сестра Джианна смирилась со своей судьбой после той единственной неудачи. Ты не можешь защитить Лили от этого мира.
Я прижалась лбом к его.
— Я боялась тебя, но ты доказал, что я ошибалась. Ты подарил мне то, что я считала невозможным в нашем мире, — прошептала я. Взгляд Луки стал мягче, чем прежде, но в нем все еще чувствовался гнев. — Ты подарил мне любовь и нежность, и нет слов, чтобы выразить, как я тебе благодарна. Я знаю, что и то и другое редко встречается в нашем мире, и я не хочу, чтобы ты думал, что я принимаю твою любовь или твое доверие как должное, потому что это не так. Я знаю, это честь, что ты такой со мной.
Я замолчала, и Лука тоже ничего не сказал, но его руки легонько коснулись моей талии. Я взяла его руку и поцеловала шрам на ладони. — Я благодарна, что эти руки всегда относятся ко мне с заботой, когда им пришлось совершить так много насильственных действий.
Лука притянул меня ближе, его губы нашли мои, прежде чем он снова отступил и прошептал.
— Я все еще зол на тебя, но я ценю то, что ты сказала.
Я кивнула. Я знала, что он простит меня, потому что в глубине души он понимал, что я не шла против него. Я действовала только из-за сестры.
Глава 12
Лука
В конце октября Ария и я были приглашены на ужин в дом Данте за два дня до того, как Лилиана должна была выйти замуж за Брасси. До сих пор никто ничего не подозревал, и я мог только надеяться, что так и останется в их первую брачную ночь.
Как только мы переступили порог его дома, стало очевидно, что Данте не очень-то рад моему присутствию, и я это понял. Его жена была беременна и уязвима, а где-то в доме спал его беззащитный ребенок. Даже если между нами и был мир, это не означало, что мы доверяли друг другу. С начала перемирия ситуация не улучшилась. За исключением того, что мы не нападали друг на друга, мы почти не работали вместе последние несколько лет, и если Лилиане не удастся убедить Брасси, что она девственница, результатом будет война.
Мы с Арией вошли в вестибюль виллы Кавалларо, и мои глаза быстро осмотрели окрестности. Валентина была беременна. Она обняла Арию и повернулась ко мне с более сдержанной улыбкой. Она была очень контролируемой женщиной, не такой контролируемой, как Данте, конечно, но никто не был. Несмотря на сдержанность, она не могла скрыть своего беспокойства рядом со мной. Я поцеловал ей руку, избавив от необходимости решать, обнимать меня или нет. То, как этот маленький поцелуй уже заставил Данте напрячься, было к лучшему, что я не обнял ее.
Мои глаза скосились на Арию. Если бы она была беременна, я бы не подпустил Данте к ней, но Ария не была беременна, и я был рад. Жизнь была слишком опасна в данный момент, и я не создан быть отцом.
— Рада, что вы пришли к нам на ужин, — сказала Валентина с легкой улыбкой. Данте наклонил голову, но его глаза говорили совсем другое. Моя хватка на руке Арии усилилась, когда мы последовали за ними в столовую и уселись вокруг накрытого стола. Данте и я сели напротив друг друга, и мои мышцы напряглись из-за выражения его лица.
— Твоя сестра будет великолепной невестой, — сказала Валентина, пытаясь нарушить напряженное молчание.
— Может, это отвлечет от того факта, что она была отдана старику, как кусок мяса, — сказала Ария, бросив острый взгляд на Данте.
Я
