Читаем без скачивания Там, где тепло - Павел Корнев

— Евгений! — дернул меня Напалм. — Ты как?

— Идем! — встрепенувшись, поспешил я дальше.

Мы прошмыгнули мимо дремавшей за своим столом тетеньки-администратора, свернули к столовой и ввалились в комнату отдыха. На этот раз Кирилл Ефимович пребывал там не в одиночестве, а в компании с развалившимся в кресле Крестовским.

Повернувшийся к нам толстяк немедленно отложил кий на бильярдный стол и заулыбался:

— О, вдвоем за дело взяться решили? Вот это по-нашему!

Только, по логике, там третий нужен. Для полного комплекта.

Я хотел просто пройти мимо, но Напалм с нехорошей ухмылкой остановился и начал считать, по очереди тыкая в нас своим костлявым указательным пальцем:

— Раз, два, три. — Закончив на себе, он сделал вид, будто раздумывает над предложением толстяка, а потом начал обратный отсчет: — Три, два, раз. — И теперь последним оказался уже торговец. — Нет, три-два-раз нам не нужен.

— Чего?! — вмиг взъярился Кирилл Ефимович и рванул к пироманту.

— Потом. — Упершись в грудь толстяка открытой ладонью, я заставил его остановиться и раздраженно поморщился: — Брейк.

— Потом. — Раздув щеки, Кирилл Ефимович смерил Напалма гневным взглядом и вновь вернулся к бильярдному столу. — Потом.

— Он мне Бывалого-Моргунова чем-то напоминает, — сообщил Напалм, когда мы подошли к нашей сауне.

Я пропустил его слова мимо ушей и постучал в дверь:

— Марина, это мы!

Будто караулившая нас девушка немедленно открыла, и я впихнул остолбеневшего пироманта внутрь.

— Вот ни хрена себе! — только и выдохнул тот.

— Вот тебе и ни хрена! — накинулась на него успевшая отмыть пол Марина. — Ты почему ушел вообще?!

— Мешать не хотел. — Напалм осторожно прошел к столу.

— Идиот!

— Все, успокоились быстро! — скомандовал я и, расстегнув мастерку, кинул ее в шкаф. — Помолчите, мне подумать надо.

— Да чего тут думать-то?! — горестно протянул пиромант, и без того острое лицо которого от увиденного вытянулось еще больше. — Встряли!

— Заткнись! — прямым текстом потребовал я и присел рядом с трупом боксера, который свалил меня на пол ударом в подбородок. Помимо пулевого отверстия во лбу, чуть ниже колена его правая штанина оказалась разрезана и перепачкана в подсохшей крови.

Не иначе осколком зеркала ему сухожилие перехватил. Очень на то похоже.

Наскоро обшарив карманы мертвеца и найдя там лишь пачку сигарет, коробок с тремя спичками и оставшуюся от жареных семечек шелуху, я решил проверить руку. А точнее, мельком замеченную татуировку.

Наколка и в самом деле мне не привиделась. На фалангах пальцев обнаружились четыре выцветшие синие буквы.

«ВОВА». Очень информативно!

Я уже хотел отойти к следующему мертвецу, когда скорее угадал ясновидением, нежели увидел тщательно сведенную татуировку. Кое-как повернув к свету не успевшее остыть и толком задеревенеть запястье, я пригляделся и с трудом разобрал почти неразличимое изображение цифры семь.

Семера?!

Но тогда почему татуировка сведена? Разошлись пути-дорожки? Непонятно.

— А может… — заикнулся было пиромант, но я вновь отмахнулся от него, не дав договорить.

— Не сейчас!

Мне и в самом деле было не до него. Дурман наркотика на время отступил, и в голове завертелась добрая дюжина предположений, увязывавших в единое целое неудачное нападение, сведенную татуировку и странное спокойствие Марины, которая смоченным полотенцем деловито вытирала со стен и кожаного дивана брызги крови. Ей бы истерику устроить, но нет — трудотерапией занимается.

Черт, никак не могу сосредоточиться!

Черт, черт, черт!

Решив отложить все догадки на потом, я перешел к следующему жмуру, валявшемуся у стола с засевшим в горле ножом, но его осмотр ситуацию нисколько не прояснил. Мертвый, разумеется; без документов, но с кучей сведенных наколок, большую часть которых и разобрать-то уже невозможно. В карманах голяк. Запасная обойма, и все.

С трудом поборов нервную дрожь, я заставил себя опуститься на колени рядом с последним мертвецом, на лице, шее и правом запястье которого белели глубокие порезы, а одежда оказалась покрыта коркой запекшейся крови. Этому досталось больше всех, и умирал он, должно быть, особенно паскудно.

Хотя, судя по брызгам крови на стене, один из секущих ударов перехватил артерию, и, возможно, головорезу повезло в считаные секунды истечь кровью.

А зная особенности поведения своего альтер-эго, могу с уверенностью предположить, что смертельным был самый первый удар. Не в его — моих? — привычках оставлять противнику шансы продырявить себе — нам? — шкуру.

— Что делать-то будем? — вновь не выдержал Напалм, который закурил, пытаясь перебить запах крови. — Если пойдем сдаваться, нас тут надолго закроют!

— Сдаваться?! — вскинулась Марина. — Ты в своем уме?

— Никто сдаваться и не собирается. Время у нас еще остается — думаю, с час.

Карманы покойника оказались ожидаемо пусты; я оставил его в покое, проверил, насколько хорошо протерт диван, и плюхнулся на него, нисколько не беспокоясь, что мои ботинки едва не касаются изуродованного лица. Неожиданно накатила апатия, и хотелось лишь завалиться навзничь и бездумно смотреть в потолок, покачиваясь на волнах плескавшегося в голове дурмана.

— И что ты собираешься делать? — Рыжая кинула на пол перепачканную в крови тряпку и сполоснула в ведре руки. — А?

— Для начала я хочу выяснить, что именно тут произошло.

— В смысле?

— В смысле, зачем вообще кому-то понадобилось на нас нападать?

— Ну, мало ли что могло прийти в голову этим беспредельщикам, — тут же заявил Напалм. Не очень, впрочем, уверенно.

— Чушь! — отмахнулся я. — Они точно знали, за чем пришли. Так, Марина?

— Представления не имею, что им могло понадобиться, — не моргнув глазом, пошла девушка в отказ.

— Вообще не в курсах, — закивал пиромант.

— Тебе верю, — ткнул я указательным пальцем в Напалма и перевел взгляд на рыжую. — А тебе — нет.

— Евгений…

— Послушай меня! У нас на руках три трупа, но я и пальцем не пошевелю, чтобы избавиться от них, прежде чем ты мне все не объяснишь. И не надо голову морочить. Ясно ведь, что тебя подрядили в перевозчики, и Напалм охраняет вовсе не меня. Поэтому рассказывай, и будем решать, как быть дальше.

— Да чего там решать… — буркнул пиромант.

— Я везу в Северореченск неограненные алмазы, — вздохнула присевшая на другой край дивана Марина. — Ну, доволен?

— Кто тебе их дал, с какой целью и кто посторонний мог об этом знать?

— А обязательно об этом сейчас говорить?

— Если хочешь добраться до Северореченска целой и невредимой — да. Как много алмазов, кстати?

— Чуть больше ста граммов.

— Сколько?! — присвистнул Напалм. — Чтоб я так жил!

— А почему их просто не продали колдунам для заливки магической энергии? — потер я подбородок. — Гимназисты с руками бы оторвали.

— Цены не те, — поморщилась девушка. — Камни разные, средний вес около пяти каратов. Цвет и чистоту оценить сложно, но если продавать алмазы в нормальном мире, выручить за них получится порядка миллиона долларов.

— Неплохо, — кивнул я. — По меркам того мира. Вот только есть одна проблема…

— Нам удалось выйти на кондуктора, который может переправить их туда и рассчитаться товаром.

— Бартер на миллион зеленых? Сомнительно. — О кондукторах мне доводилось слышать самые невероятные байки, но в то, что кто-то из них, таская из нормального мира товары народного потребления, умудрился отложить пусть не сто, а хотя бы и пятьдесят тысяч золотом, не верилось совершенно.

— Часть он оплачивает серебром, часть оружием. Остальное в рассрочку, — вздохнула девушка.

— И кто мог знать об алмазах?

— Не представляю. Но Селин их в Форте светить не хотел. Даже от идеи огранить отказался, хотя так намного выгодней выходило.

— Это Селин тебя на это дело подрядил? — Да.

— Понятно. Теперь понятно… — Денис в последнее время остепенился, но еще не так давно водил знакомства с очень мутными людьми. Вполне мог и с Семерой делишки обделывать. И если это его бывшие партнеры решили прибрать к рукам чужую долю, то визит громил становился вполне объяснимым.

— Что тебе понятно?

— Кто-то трепанул лишнего, вот что понятно.

— Да какая теперь разница?! — не выдержал пиромант. — Надо от трупов избавляться!

— В топку их!

— Чего?! В какую еще топку? Как мы их в котельную незаметно пронесем?!

— Шучу. — Я поднялся с дивана и расстелил на полу окровавленную простыню. — Завернем, чтобы с них в коридоре не натекло, и в сугробах закопаем.

— Может сработать, — кивнул Напалм.

— А если они не одни были? — вздрогнула Марина.

— Будем надеяться, остальные решат, что подельники сорвали джек-пот и решили их кинуть, — скривился пиромант, помогая мне заматывать простыней первого мертвеца. — Всех сразу закатаем?