одинокого поместья, а горгулий — поискать его с воздуха. Дейв с напарником пообещали своих знакомцев порасспрашивать.
Ольга придумала какой-то заумный способ определить нужное направление и засела за опыты. В выпрошенной у мага книжке она обнаружила слишком много (на мой взгляд) интересного и горела желанием доказать, что не зря ее страницы листала. Теперь не только мимо столовой с экспериментально приготовленным шием, но и рядом с ведьминской комнатой проходить стало страшно. Все вокруг шкворчало, дымилось, пыталось взорваться и рикошетило обрывками заклинаний.
Нескольких самых смышленых и наименее болтливых лепреконов снова отправили за чиновниками следить. Но сначала с будущими шпионами подруга и Дейв о правильном поведении побеседовали, запугав бедолаг до почти полного послушания и онемения. Может, какой толк из этого и выйдет.
Магистрат стал для меня основным (за неимением конкурентов) подозреваемым в похищении постояльцев. Таинственный мавкин принц — ерунда полная. У лабиринтной твари поместий с садом не наблюдалось, она совсем в других, призрачных местах обитает. Чем больше я об этом думала, тем сильнее уверялась, что ее и вовсе не существует. Все мои кошмары и ночные похождения — от переживаний и годами копившейся усталости. Или просто схожу с ума потихоньку, в таких обстоятельствах — чему удивляться? Главное, в буйство не впасть, в приюте и без меня таких хватает.
Первые новости принес Дейв. Господин Наррин в последнее время зачастил с посещениями своего загородного имения, а сегодня еще и главу герцогской комиссии туда повез. Вроде бы ничего преступного в этом не угадывалось: решил проворовавшийся градоправитель перед проверяющим выслужиться. Но никакой другой ниточки у нас не было, поэтому решили с той, что под руки попалась разбираться.
А от Наррина всего ожидать можно, кроме хорошего и для общества полезного.
Сварганенный Ольгой амулет указывал в том же направлении. Особенной веры ее изобретению у меня не было, но ведьма клялась и божилась, что все должно работать. По идее. Идейная магическая хрень упорно поворачивалась в сторону поместья градоправителя и противно попискивала. Пока не взрывалась, но мне все равно хотелось ее посорее расковырять и какой-нибудь красный проводок выдернуть.
Волколаки оббежали имение по кругу и доложили, что указанным Йожкой приметам оно полностью соответствует. Деревья, глухой высокий забор и много травы вокруг. Все — абсолютно несъедобное и очень неаппетитное. Сообразительная Аллина немного повыла у ограды и, вроде бы, услышала ответные стенания умертвия. Но точно была не уверена.
К страже с такими доказательствами не обратишься, она не нам — непосредственному начальству поверит. Еще и проблем не оберешься. Снова устраивать демонстрации и привлекать Марка было бесполезно: пока мы шумиху разводим, Наррин всех похищенных постояльцев перебьет, и концы в земле под клумбой спрячет. Да и не было у нас полной уверенности, что именно он преступник.
Ольга и, не растерявшая за столетия боевой дух и кровожадность, баньши предлагали взять поместье штурмом, но от этой идеи я сразу отказалась. Постояльцев мы, может, и освободим, только, как потом свою правоту докажем? Сначала в самом центре города на уважаемого чиновника напали, потом в его дом вломились, а все истории про похищения — клевета и выдумки.
Оставался всего один выход, и он мне ужасно не нравился. Но деваться некуда, придется к Вилену на поклон идти, он же обещал с этими пропажами разобраться! Да и веры высокопоставленному чиновнику намного больше будет, чем Йожке в качестве свидетельницы. Вот только… не слишком правильно наша последняя встреча закончилась. Слежка моя дурацкая, обвинения глупые… а чуть припекло — за помощью прибежала. Некрасиво и стыдно получается.
Не хотелось мне сейчас на глаза Вилену показываться, все внутри при одной только мысли об этом дыбов вставало, но… Надо, Вера, надо!
Глава 19
О пользе и вреде подслушивания
По закону всемирной подлости Вилена на месте не оказалось. В пустой приемной даже секретаря-кобольда не было. Я еще раз подергала закрытую дверь и немного в нее потарабанила. Вспомнила, что воспитанные люди начинают свой визит со стука, и повторила все в обратном порядке. Никакой пользы приличное поведение не принесло. Если кто-то и прятался в кабинете, то моя вежливость его только напугала.
От магии проку тоже не было. Я честно перечислила все известные мне отпирающие заклинания, но ни «сим-сим», ни «ешкин кот», ни «Откройте, полиция!» никакого впечатления на массивную дверь не произвели — она еще и не такое за свою дубовую жизнь слыхала.
Откладывать встречу до завтра я побоялась, мало ли, кто еще за это время пропасть успеет. Искать загулявшего чиновника по многочисленным переходам и кабинетам мне тоже не хотелось — не стоит лишнее внимание к нашей встрече привлекать. По этой же причине и в пустой приемной не осталась.
Решила пока сходить в гости к Марку. Общительный редактор всегда в курсе местных новостей и сплетен, может быть, еще какие-нибудь улики против градоправителя из его болтовни выужу. К выходу я шла неспешно, степенно, по-чиновничьи, — все еще надеялась Вилена по дороге встретить. Именно поэтому и заметила появившуюся в соседнем переходе новинку.
В какую не слишком светлую с похмелья голову пришла мысль украсить магистратские коридоры скульптурами, я не знаю. Кто воплотил эту нетрезвую идею в жизнь — даже гадать не хочу, мне и нашего Базилика с его творениями хватает. Но местный мастер его по всем статьям переплюнул. Народ и раньше не слишком охотно в гости к местным властям захаживал, а появившиеся статуи последних посетителей распугали.
Я заворожено уставилась на… Опознать с первого взгляда получившуюся у скульптора зверюгу мне не удалось. После второго я поняла: мне с моими постояльцами чудо, как повезло, — все они, включая упырей и горгулий, — красавцы писаные! А также обаяшки, симпатяжки и вообще на редкость милые создания. Если с некоторыми произведениями искусства сравнивать.
Произведение загораживало половину прохода и настойчиво требовало внимания. Разочаровывать бедную скотинку не хотелось, ей и так в жизни не повезло. Объемистое пузо почти расплющило нижние конечности каменного монстра. Еще три пары лапок хаотично торчали из самых неожиданных мест и радовали взгляд сомнительным разнообразием. Украшали их шипы, перепонки, когти, недоразвитые челюсти и щупальца. О том, что на свете существует анатомия, ни скульптор, ни заглянувшая к нему муза не слышали.
Но самой заметной и впечатляющей часть каменной твари была задняя. Судя по ее внушительным размерам, неведомое существо вело исключительно нездоровый, сидячий образ жизни и очень много кушало. Неубедительно обвисшие по бокам крылышки поднять такой филей и на пару сантиметров не
