Читаем без скачивания Долгие прогулки. Практический подход к творчеству - Джулия Кэмерон

6. Сварила суп.

7. Ввела данные о счетах в программу управления домашними финансами.

8. Поговорила с Брюсом – мгновенное эмоциональное восстановление.

9. Час поработала над диссертацией.

10. Записала собаку к собачьему парикмахеру.

11. Подшила обтрепавшийся подол юбки.

12. Заказала в Amazon книги для работы над диссертацией.

13. Выбрала краску для кухонного подоконника.

14. Послушала «Оперный час» по радио.

Ваш список выполненных дел вполне может быть в два раза длиннее. Часто наши дни интенсивнее и продуктивнее, чем кажется. Кроме того, этот список имеет и стимулирующее значение: «Мне будет приятно вписать это», – думаем мы, приступая к чему-то, чего прежде избегали. Если списки будущих дел отражают наши приоритеты, то списки выполненных дел помогают признавать достижения. Видите, я сегодня занимался творчеством! Творческая жизнь состоит из минут, а минуты добавляют к ней выполненные дела.

Хорошо становиться лучше!

Мы, художники, заинтересованы не просто в самовыражении – это что-то из области психотерапии. Мы заинтересованы все точнее, все лучше выражать себя. Здесь мы вплотную подходим к вопросу мастерства, к нашей потребности в том, чтобы то, что мы делаем, адекватно оценивали и другие, и мы сами.

Даже когда находишься в полном замешательстве, канал души остается открытым. Возможно, его нелегко отыскать, поскольку к середине жизни он сильно зарос, причем особенно густые заросли появились из того, что мы называем «образование». И все же он никуда не делся, и чтобы иметь доступ к глубочайшим уголкам своей души, следует держать его открытым.

Научиться выражать себя точнее и лучше легче всего в компании людей, которых отличает сбалансированная смесь жизненного опыта и творческого совершенства. Именно по этой причине художники всегда учатся у других художников. Хороший преподаватель музыки всегда задает форму и настроение исполнения своим ученикам: в них одновременно и самобытность проявляется, и отпечаток личности учителя. Отчасти это связано с передачей исполнительской техники, отчасти – музыкальных ценностей. Хороший преподаватель и студентов хороших привлекает. Это своего рода передача духовного опыта, или, выражаясь терминами рынка, бренд. Музыканты, вышедшие из стен знаменитой консерватории со знаменитыми преподавателями, несут на себе ее отблеск.

Но иногда учителя и учеников, похоже, больше интересуют планы высших сил, чем учебный процесс. Так было с Эммой и ее преподавателем.

Великая виолончелистка и преподаватель игры на этом инструменте Джойс Роббинс после долгих лет преподавания в Нью-Йорке завершила карьеру и переехала на юг Калифорнии. А одаренная исполнительница, тоже оказавшаяся в Калифорнии, разыскала Роббинс и договорилась о прохождении курса обучения, который изменил и ее манеру игры, и ее восприятие. Она научилась слушать.

«Мы буквально разминулись с ней в Нью-Йорке. Она переехала в Калифорнию в тот год, когда я поступила учиться. Я не собиралась жить на юге, но, оказавшись там, разыскала ее. Дорога к ней занимала три с половиной часа в оба конца, так что у меня было время познакомиться с калифорнийскими шоссе. С другой стороны, я научилась по-настоящему слушать свое исполнение. Моя игра стала мягче, ушла былая резкость, я научилась слышать извлекаемый звук, перестав концентрироваться на технике – то есть на том, как я это делаю. В результате стало получаться гораздо лучше. С тех пор, слыша особенно полное и мягкое звучание виолончели какого-нибудь студента, задаюсь вопросом: не учился ли и он у моей преподавательницы, тоже одарившей его способностью слушать, как и меня».

И все же художники есть повсюду, а вот художественные школы и консерватории не везде. И у родителей молодого талантливого живописца с юга Милуоки может не хватить средств, чтобы отправить его учиться куда-то далеко, а местные преподаватели бывают и хорошими, и не очень – если, скажем, им самим недостает мастерства, если их собственный талант не до конца раскрылся или если они попали под влияние каких-то чрезмерно переусложненных современных направлений живописи.

Постарайся найти свое истинное, честное, не книжное «я».

Если мы хотим цвести там, где были посажены, то ищем местных преподавателей, и нам или везет, или нет – когда, например, понятно, что их творческое развитие остановилось и что они будут не столько помогать, сколько мешать. Однако многие ученики, не желая показаться эгоистами, слишком долго не решаются что-то изменить и остаются с учителями, которых переросли. Дискомфорт из-за невозможности развиваться вызывает трения, а иногда и прямое соперничество ученика и учителя – сложную ситуацию, из которой довольно трудно выйти. Не скажем же мы: «Думаю, я вас перерос»? А если и говорим, то поблагодарив наставника за уделенное нам время и усилия, – и прощаемся с ним навсегда.

Как хороший учитель может сделать начинающего художника сильнее и зорче, так плохой способен навредить ему, заглушив талант и замутив видение. Именно из-за плохих учителей у многих художников блокируется творческое развитие или возникает сначала здоровое, а затем и патологическое желание отгородиться от негативного внешнего влияния. Они заявляют, что находятся вне рынка, но это приводит к одному из следующих вариантов (или какой-то их комбинации): им либо удается создать и развить поразительно оригинальный стиль (что хорошо), либо приходится упереться в искусственно низкий потолок (довести уровень работ до предела, превзойти который без вливания извне не получается).

Творчество в определенном смысле не отличается от любого другого нашего умения – сначала мы получаем удовольствие от того, что делаем свое дело, потом от того, что делаем его хорошо, потом – от того, что делаем его еще лучше. И нет ничего чистого в нежелании разрешить себе инструменты и методы, которые позволят совершить этот переход от «хорошего» к «лучшему», оправдывая его стремлением к «чистоте стиля». Есть лишь гордость и страх, бросающие тень на наше творчество. Да, внутренний художник может быть похож на ребенка, но тут мы переходим черту незрелости. Защищаясь и отгораживаясь от мира, сбиваемся с дороги истинного роста.

Я скажу вам, чему научилась. Мне помогает долгая 8–10-километровая прогулка на целый день. Причем гулять нужно одной.

Талантливый гитарист регионального масштаба может годами сражаться со своими многочисленными, как ему кажется, недостатками, а потом встретит опытного преподавателя и услышит: «Ты давно перерос этот инструмент, он тормозит твой рост – откажись от него!» Художнику нельзя полагаться только на ощущения.

Но стремление к росту у нас, художников, часто определяется именно ощущениями – духовными и интеллектуальными. Мы видим – и не можем нарисовать. Слышим, но не способны сыграть. Нам нужна помощь. И мы можем ее получить – или сдаемся, обескураженные разрывом между внутренними стандартами и неспособностью им соответствовать. Правильно предупреждал писатель Тилли Олсен об опасности «кинжала профессионализма в искусстве»: если постоянно держать его у своего горла, мы не сдвинемся с места, поскольку блокировали процесс обучения. Хороший учитель поможет преодолеть подобные препятствия на вашем творческом пути.

Все мы учимся по-своему и со своей скоростью, и все же предложенные кем-то другим отличные методы способны принести пользу, если мы открыты возможности учиться.

Однако наша цель – подлинный, оригинальный рост, которого невозможно добиться, если выбранные занятия и учебные программы окажутся застойными, душными или просто неадекватными и бесполезными. В конце концов, мы же стремимся к совершенству, и найти его реально, только искать нужно не только в себе, но и в других. С громкими именами стоит быть осторожными; нельзя ни игнорировать их, ни давать им себя ослепить. Нельзя игнорировать, потому что они действительно могут предложить что-то ценное. Нельзя давать себя ослепить тем, что они могли бы дать, всякий раз проверяя, что может дать конкретный человек. Иными словами, нужно быть открытыми к поиску учителей и к тому, чтобы учиться – осознавая при этом, что наши оригинальные ощущения и навыки нуждаются в защите.

Лучший совет по построению карьеры, который можно дать молодым, – выяснить, что вам нравится делать больше всего, и найти того, кто будет за это платить.

Часто можно услышать, что «если ученик готов, учитель появится». На протяжении многих лет я слышала множество историй о таинственных совпадениях и встречах. Для высшего разума нет непреодолимых расстояний, и молитва студента в Омахе слышна ему так же громко и четко, как призыв студента из Манхэттена. Когда мы просим указать путь, его указывают. Когда просим вести, нас ведут. Когда просим научить, нас учат. Молодой скульптор, живущий в небольшом промышленном городке Среднего Запада, молится о наставничестве – и знакомится со знаменитым художником, который работает в паре десятков километров от него. Талантливый актер из маленького городка в Нью-Мексико случайно пересекается с голливудским режиссером, отошедшим от дел, который помогает ему получить стипендию в лучшей школе актерского мастерства. Добрый совет и щедрая помощь всегда доступнее, чем кажется. Остается только встречать их с открытым сердцем и уповать, что в нужный момент удастся их узнать.